Доступ к правосудию

Определение Конституционного Суда РФ от 09.02.2016 N 220-О
«Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы граждан Матросовой Татьяны Акимовны и Рассказовой Людмилы Анатольевны на нарушение их конституционных прав положением пункта 6 статьи 181.4 Гражданского кодекса Российской Федерации»

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 9 февраля 2016 г. N 220-О

ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ

ГРАЖДАН МАТРОСОВОЙ ТАТЬЯНЫ АКИМОВНЫ И РАССКАЗОВОЙ ЛЮДМИЛЫ

АНАТОЛЬЕВНЫ НА НАРУШЕНИЕ ИХ КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ ПОЛОЖЕНИЕМ

ПУНКТА 6 СТАТЬИ 181.4 ГРАЖДАНСКОГО КОДЕКСА

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей К.В. Арановского, А.И. Бойцова, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, Г.А. Жилина, С.М. Казанцева, М.И. Клеандрова, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, О.С. Хохряковой, В.Г. Ярославцева,

заслушав заключение судьи Г.А. Жилина, проводившего на основании статьи 41 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» предварительное изучение жалобы граждан Т.А. Матросовой и Л.А. Рассказовой,

установил:

1. Согласно пункту 6 статьи 181.4 ГК Российской Федерации лицо, оспаривающее решение собрания, должно уведомить в письменной форме заблаговременно участников соответствующего гражданско-правового сообщества о намерении обратиться с таким иском в суд и предоставить иную информацию, имеющую отношение к делу; участники соответствующего гражданско-правового сообщества, не присоединившиеся в порядке, установленном процессуальным законодательством, к такому иску, в том числе имеющие иные основания для оспаривания данного решения, в последующем не вправе обращаться в суд с требованиями об оспаривании данного решения, если только суд не признает причины этого обращения уважительными.

Как следует из представленных в Конституционный Суд Российской Федерации материалов, Т.А. Матросова и Л.А. Рассказова — члены садоводческого некоммерческого товарищества «Восход» обратились в Кировский городской суд Ленинградской области с иском о признании недействительными принятых 14 июня 2014 года решений общего собрания членов товарищества. Определением судьи данного суда от 29 сентября 2014 года исковое заявление было оставлено без движения на основании статьи 136 ГПК Российской Федерации, а истцам предоставлен срок для устранения недостатков, при этом, в частности, им была разъяснена необходимость выполнения требования пункта 6 статьи 181.4 ГК Российской Федерации об уведомлении других членов садоводческого некоммерческого товарищества о намерении обратиться в суд с таким иском и предоставлении иной информации, имеющей отношение к делу.

Определением судьи Кировского городского суда Ленинградской области от 6 ноября 2014 года, оставленным без изменения определением судебной коллегии по гражданским делам Ленинградского областного суда от 25 декабря 2014 года, исковое заявление Т.А. Матросовой и Л.А. Рассказовой на основании статей 135 и 136 ГПК Российской Федерации было возвращено в связи с невыполнением требований, содержащихся в определении судьи об оставлении искового заявления без движения.

Определением судьи Ленинградского областного суда от 18 мая 2015 года и определением судьи Верховного Суда Российской Федерации от 2 июля 2015 года в передаче кассационных жалоб на определение о возвращении искового заявления и определение апелляционной инстанции для рассмотрения в судебном заседании судов кассационной инстанции заявительницам было отказано.

По мнению заявительниц, требование пункта 6 статьи 181.4 ГК Российской Федерации об обязательном заблаговременном письменном уведомлении других членов гражданско-правового сообщества о намерении обратиться в суд с иском о признании решения собрания недействительным и предоставлении иной информации, имеющей отношение к делу, создает непреодолимое препятствие для доступа к правосудию, нарушает их право на судебную защиту и тем самым противоречит статьям 46 и 47 Конституции Российской Федерации.

2. Согласно Конституции Российской Федерации каждому гарантируется государственная, в том числе судебная, защита его прав и свобод (статья 45, часть 1; статья 46, часть 1); право на судебную защиту является непосредственно действующим, оно признается и гарантируется в Российской Федерации согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (статья 17, часть 1; статья 18).

Принцип беспрепятственного доступа к правосудию признан международным сообществом в качестве фундаментального. Согласно Всеобщей декларации прав человека (статьи 7, 8 и 10), Конвенции о защите прав человека и основных свобод (пункт 1 статьи 6) и Международному пакту о гражданских и политических правах (пункт 1 статьи 14) каждый в случае спора о его гражданских правах и обязанностях имеет право на справедливое и публичное разбирательство дела в разумный срок независимым, беспристрастным и компетентным судом, созданным на основании закона.

Раскрывая содержание конституционного права на судебную защиту, Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях, в том числе в постановлениях от 16 марта 1998 года N 9-П, от 20 февраля 2006 года N 1-П, от 17 января 2008 года N 1-П, от 25 июня 2013 года N 14-П, от 18 ноября 2014 года, выразил следующие правовые позиции.

Право на судебную защиту предполагает конкретные гарантии эффективного восстановления в правах посредством правосудия, отвечающего требованиям справедливости. Из статьи 46 Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее статьями 19 (часть 1), 47 (часть 1) и 123 (часть 3), закрепляющими равенство всех перед законом и судом, право каждого на рассмотрение его дела в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено законом, и принцип осуществления судопроизводства на основе состязательности и равноправия сторон, следует, что конституционное право на судебную защиту — это не только право на обращение в суд, но и возможность получения реальной судебной защиты в форме восстановления нарушенных прав и свобод в соответствии с законодательно закрепленными критериями, которые в нормативной форме (в виде общих правил) предопределяют, в каком суде и в какой процедуре подлежит рассмотрению конкретное дело, позволяя суду (судье), сторонам, другим участникам процесса, а также иным заинтересованным лицам избежать правовой неопределенности в данном вопросе.

Право на доступ к правосудию, закрепленный Конституцией Российской Федерации и международно-правовыми актами, являющимися в силу статьи 15 (часть 4) Конституции Российской Федерации составной частью правовой системы Российской Федерации, по самой своей природе требует законодательного регулирования, при осуществлении которого федеральный законодатель располагает определенной свободой усмотрения, что, однако, не освобождает его от обязанности соблюдать вытекающее из Конституции Российской Федерации требование разумности между используемыми средствами и поставленной целью.

3. Исходя из предписаний статей 45 (часть 2) и 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации заинтересованное лицо по своему усмотрению выбирает формы и способы защиты своих прав, не запрещенные законом, в том числе посредством обращения за судебной защитой, будучи связанным, как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях, лишь установленным федеральным законом порядком судопроизводства (Постановление от 22 апреля 2013 года N 8-П, определения от 17 ноября 2009 года N 1427-О-О, от 23 марта 2010 года N 388-О-О, от 25 сентября 2014 года N 2134-О и др.).

В соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации одним из способов защиты гражданских прав является признание недействительным решения собрания (абзац пятый статьи 12). При этом общий порядок оспаривания решения собрания, установленный главой 9.1 «Решения собраний» данного Кодекса, предусматривает, в частности, обязанность лица, оспаривающего решение собрания, уведомить в письменной форме заблаговременно участников соответствующего гражданско-правового сообщества о намерении обратиться с таким иском в суд и предоставить иную информацию, имеющую отношение к делу.

Как следует из содержания пункта 6 статьи 181.4 ГК Российской Федерации, такое правовое регулирование установлено федеральным законодателем в целях оспаривания в едином процессе решения собрания и направлено на недопущение вынесения противоречивых судебных решений по данному вопросу, сведение к минимуму состояния неопределенности, в котором находится оспариваемое решение, а также на предоставление лицу, управомоченному на его оспаривание, возможности присоединиться к иску и представить собственные аргументы. В силу этого само по себе такое правовое регулирование не может рассматриваться как не отвечающее требованиям разумности и сбалансированности используемых средств и поставленной цели.

Согласно пункту 115 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» отсутствие доказательств об уведомлении лицом, оспаривающим решение собрания, других участников гражданско-правового сообщества является в силу части первой статьи 136 ГПК Российской Федерации основанием для оставления искового заявления без движения. При этом Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации предусматривает, что судья предоставляет заявителю разумный срок для исправления недостатков; в случае невыполнения указаний судьи заявление считается неподанным и возвращается заявителю вместе с приложенными документами, что не препятствует его повторному обращению в суд с иском к тому же ответчику, о том же предмете и по тем же основаниям после устранения допущенного нарушения (части 2 и 3 статьи 135, части 1 и 2 статьи 136 ГПК Российской Федерации).

По смыслу пункта 6 статьи 181.4 ГК Российской Федерации, управомоченное на оспаривание решения собрания лицо должно предпринять все меры, необходимые для уведомления о своем намерении других участников гражданско-правового сообщества и предоставления им иной имеющей отношение к делу информации, до обращения в суд с соответствующим иском. К уведомлениям, которые направляются на основании данной нормы, в том числе во исполнение определения суда об оставлении искового заявления без движения, применяются правила статьи 165.1 ГК Российской Федерации, по смыслу пункта 1 которой юридически значимое сообщение, адресованное гражданину, должно быть направлено по адресу его регистрации по месту жительства или пребывания либо по адресу, который гражданин указал сам, либо его представителю (пункты 63 и 116 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Однако при всей добросовестности лица, оспаривающего решение собрания, персональное уведомление каждого участника соответствующего гражданско-правового сообщества может оказаться невозможным, в том числе в силу предписаний статей 3 и 7 Федерального закона от 27 июля 2006 года N 152-ФЗ «О персональных данных», запрещающих раскрывать третьим лицам персональные данные без согласия субъекта персональных данных. Учитывая вероятные затруднения, Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 65 названного постановления разъяснил, что юридически значимое сообщение (уведомление) может осуществляться в иной форме, соответствующей характеру сообщения и отношений, информация о которых содержится в таком сообщении, когда можно достоверно установить, от кого исходило сообщение и кому оно адресовано (например, в форме размещения на сайте хозяйственного общества в сети «Интернет» информации для участников этого общества, в форме размещения на специальном стенде информации об общем собрании собственников помещений в многоквартирном доме и т.п.).

При этом Пленум Верховного Суда Российской Федерации не исключил возможность рассмотрения судом иска об оспаривании решения собрания, когда другие участники гражданско-правового сообщества окажутся не уведомленными лицами, оспаривающими решение собрания. Как указано в его постановлении «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», при обращении неприсоединившегося к иску об оспаривании решения собрания участника гражданско-правового сообщества с самостоятельным иском суд устанавливает причины неприсоединения, к числу уважительных причин им может быть отнесено неуведомление такого участника о первоначальном иске в порядке, установленном пунктом 6 статьи 181.4 ГК Российской Федерации (пункт 117).

Соответственно, само по себе непредоставление требуемой информации — в случае, когда лицо, оспаривающее решение собрания, заблаговременно использовало все доступные ему формы уведомления других участников гражданско-правового сообщества о намерении обратиться в суд с таким иском, но по не зависящим от него причинам не предоставило соответствующую информацию каждому участнику гражданско-правового сообщества персонально, — не может служить препятствием для принятия судом искового заявления к своему производству. Иное означало бы создание несоразмерных ограничений в реализации права на судебную защиту, непреодолимых препятствий для доступа к правосудию и вступало бы в противоречие с неоднократно выраженной в решениях Конституционного Суда Российской Федерации правовой позицией о необходимости обеспечения заинтересованным лицам реальной судебной защиты.

Как следует из вынесенных по делу Т.А. Матросовой и Л.А. Рассказовой судебных постановлений, до обращения в суд с иском об оспаривании решений собраний членов садоводческого некоммерческого товарищества они не предпринимали каких-либо мер по исполнению требований оспариваемого ими законоположения, что наряду с другими недостатками искового заявления послужило основанием для оставления его без движения.

Таким образом, с учетом указанных обстоятельств оспариваемое положение пункта 6 статьи 181.4 ГК Российской Федерации, примененное в их конкретном деле, не может рассматриваться как нарушающее их конституционные права, а потому данная жалоба, не отвечающая, по смыслу статей 96 и 98 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», критериям допустимости обращений в Конституционный Суд Российской Федерации, не может быть принята им к рассмотрению.

Установление же того, имелась ли у заявительниц реальная возможность, используя все доступные им формы уведомления, сообщить о своем намерении обратиться в суд с таким иском другим членам садоводческого некоммерческого товарищества и предоставить им иную имеющую отношение к делу информацию, связано с исследованием и оценкой фактических обстоятельств, что не входит в компетенцию Конституционного Суда Российской Федерации, как она определена в статье 125 Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации».

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 статьи 43 и частью первой статьи 79 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации

определил:

1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы граждан Матросовой Татьяны Акимовны и Рассказовой Людмилы Анатольевны, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.

2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.

3. Настоящее Определение подлежит опубликованию на «Официальном интернет-портале правовой информации» (www.pravo.gov.ru) и в «Вестнике Конституционного Суда Российской Федерации».

Председатель

Конституционного Суда

Российской Федерации

В.Д.ЗОРЬКИН

Право на доступ к правосудию

Право на судебную защиту, провозглашенное Конституцией, должно быть подкреплено системой обеспечительных средств, позволяющих на деле реализовать комплекс субъективных юридических прав, входящих в содержание одного из основополагающих принципов уголовного правосудия. Система этих средств должна действовать равным образом для каждого вовлеченного в сферу уголовно-процессуальных отношений, безотносительно к тому является ли лицо обвиняемым (подозреваемым), потерпевшим или свидетелем по делу и даже вне зависимости от того, признан ли человек соответствующим участником уголовного процесса или нет.

Володина Л.М.

Право каждого на свободный доступ к правосудию закреплено в ст. 8 Всеобщей декларации прав человека, в ст. 6 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод, в ст. 14 Международного Пакта о гражданских и политических правах и других международно-правовых документах. В Российской Федерации право каждого на защиту прав и свобод, в том числе и на судебную защиту, закреплено в статьях 45, 46 и 52 Конституции.

Право на судебную защиту, провозглашенное Конституцией, должно быть подкреплено системой обеспечительных средств, позволяющих на деле реализовать комплекс субъективных юридических прав, входящих в содержание одного из основополагающих принципов уголовного правосудия. Система этих средств должна действовать равным образом для каждого вовлеченного в сферу уголовно-процессуальных отношений, безотносительно к тому является ли лицо обвиняемым (подозреваемым), потерпевшим или свидетелем по делу и даже вне зависимости от того, признан ли человек соответствующим участником уголовного процесса или нет. Действие обеспечительного механизма подчинено в первую очередь целевым установкам, заданным законом: от того, как определены эти цели, зависит уровень правового регулирования и его эффективность.

Цель уголовного судопроизводства определена ст. 6 УПК РФ: «уголовное судопроизводство имеет своим назначением защиту прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений; защиту личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения ее прав и свобод. Уголовное преследование и назначение виновным справедливого наказания в той же мере отвечают назначению уголовного судопроизводства, что и отказ от уголовного преследования невиновных, освобождение их от наказания, реабилитация каждого, кто необоснованно подвергся уголовному преследованию».

Эффективность любой системы, в том числе и правоохранительной, определяется слаженностью ее взаимодействующих элементов, иначе система «не срабатывает» либо становится малоэффективной. Правозащитные механизмы должны быть отлажены настолько безупречно, чтобы человек, вовлеченный в орбиту уголовно-процессуальных отношений, не обладая профессиональной подготовкой, знаниями в области юриспруденции, мог ориентироваться в способах и средствах защиты своих прав и законных интересов.

Правоприменитель должен содействовать реализации права на беспрепятственное обращение в суд. В соответствии с толкованием решения Европейского Суда, данным по делу Эйри против Ирландии, выполнение обязательств по Европейской Конвенции требует не только не препятствовать реализации прав, но и совершения определенных позитивных действий, направленных на обеспечение доступа к правосудию.

Право на всеобщность судебной защиты в УПК РФ не закреплено в качестве принципа уголовного судопроизводства.

Справедливость правосудия заключается не только в справедливости принимаемого решения, но и в справедливости процедуры его принятия. Об этом свидетельствует анализ становления уголовного судопроизводства, который рожден собственно потребностью человека найти справедливость,

По делу Моисеев против России от 9 октября 2008 г. Европейский Суд признал нарушением права на справедливое судебное разбирательство процессуальные нарушения, связанные с ограничением юридической помощи обвиняемому. Суд отметил, что «орган обвинения фактически злоупотреблял своим доминирующим положением, отказываясь удовлетворить ходатайство адвоката заявителя о неограниченном доступе и угрожая ей уголовным преследованием». Кроме того, Суд отразил в постановлении «очевидное нарушение конфиденциальности отношений адвоката с клиентом», а также ограничения доступа защиты к материалам дела.

Анализируя судебную власть как инструмент самоограничения государства, И.Б. Михайловская пишет: «доступность судебной защиты определяется характером правового регулирования не только порядка обращения в суд, но и всей процедуры рассмотрения дел, а также организационно-техническими факторами, которые влияют на реальную возможность использования права на судебную защиту».

Европейский Суд в своих решениях неоднократно подчеркивал обязательность соблюдения процедуры производства по уголовному делу. Так, по делу Эдвардс и Льюис против Соединенного Королевства от 22 июля 2003 года Суд пришел к выводу о том, что непредоставление стороне защиты со ссылкой на государственные интересы материалов дела для ознакомления является нарушением пункта 1 статьи 6 Конвенции.

Решением Европейского Суда было признано нарушением процедуры неуведомление о времени заседания суда, рассматривавшего дело в надзорном производстве (дело Шаромова против России от 15 января 2009 г.).

Уголовно-процессуальная форма, обеспечивая движение уголовного дела, должна включать не только регламентацию последовательности процессуальных действий, основания, условия, процедуру и сроки их производства, но и жесткую систему контроля законности, обоснованности и своевременности действий и принимаемых в ходе производства по делу решений. Из этого вытекает важнейшее требование международных стандартов — право на законную процедуру рассмотрения и разрешения дела.

В постановлении Конституционного Суда РФ от 8 декабря 2003 г. содержится ряд требований, которым должно соответствовать судебное разбирательство, обеспечивающее справедливость судебной защиты. В данный перечень входят:

а) установление на основе исследованных доказательств обстоятельств совершенного преступления, в связи с которым было возбуждено уголовное дело;

б) правильная правовая оценка события преступления;

в) установление конкретного вреда, причиненного преступлением обществу и отдельным лицам;

г) определение действительной степени вины лица в совершении инкриминируемого ему деяния;

д) предоставленная обвиняемому и потерпевшему возможность довести до сведения суда свою позицию по существу дела и изложить доводы, которые они считают необходимыми для ее обоснования.

Иначе говоря, Конституционный Суд рассматривает обеспечение справедливости судебной защиты, прежде всего, с точки зрения доказанности обстоятельств, входящих в предмет доказывания. Кроме того, Суд обращает внимание на правильность правовой оценки события преступления и степени вины, а также на одно из прав обвиняемого и потерпевшего и возможность его реализации. Представляется, что речь должна идти в целом о беспристрастной объективной оценке всех обстоятельств дела. Что же касается права на доведение до сведения суда своей позиции по существу дела, то, безусловно, — это важнейшее из прав, однако при этом не упоминаются иные, не менее важные права названных участников процесса.

Право на справедливую судебную защиту, безусловно, предполагает право на справедливый приговор. Справедливость приговора как требование, закрепленное в уголовно-процессуальном законе, означает доказанность всех обстоятельств уголовного дела, установления истины по делу, объективность, беспристрастность оценки обстоятельств дела, соответствие оценки деяния нормам материального права, а также соответствие наказания тяжести преступления. Назначение наказания по справедливости как воздаяние за содеянное зло предполагает соблюдение определенных правил, выражающихся, в частности, в индивидуализации наказания.

Приговор как акт правосудия – есть собственно итог справедливой процедуры рассмотрения и разрешения уголовного дела, проведенной в соответствии с требованиями действующего закона.

Безусловно, лицо, заинтересованное в исходе дела, имеет право на исполнение судебного решения. Практика Европейского Суда имеет примеры, связанные с разрешением вопросов, касающихся жалоб на длительное неисполнение вступивших в законную силу судебных решений. Несвоевременность исполнения решений суда признается нарушением ст. 6 Конвенции (например, дело Хорнсби против Греции). Право доступа к правосудию должно быть обеспечено исполнением судебного решения, обладающего юридической силой. Обязанность обеспечения решения суда лежит на государстве.

Право на судебную защиту как процессуальный институт, на наш взгляд, исходя из анализа судебной практики Европейского Суда по защите прав человека, есть комплекс процессуальных прав, относимых к ряду субъективных юридических прав индивида, включающий:

  • право на беспрепятственное обращение каждого в суд, в том числе — право на обжалование любых незаконных действий и решений должностных лиц и органов, осуществляющих производство по уголовному делу, препятствующих реализации права на доступ к правосудию или незаконно ограничивающих это право;
  • право на эффективное и своевременное расследование уголовного дела;
  • право на рассмотрение дела независимым судом;
  • право на легитимный (законный) состав суда;
  • право на беспристрастное рассмотрение и разрешение уголовного дела;
  • право на рассмотрение и разрешение дела в разумные (установленные законом) сроки;
  • право на законную процедуру рассмотрения и разрешения дела;
  • право на гласную процедуру рассмотрения дела;
  • право на состязательность процесса, обеспечиваемого равенством сторон;
  • право потерпевшего на адекватность средств защиты прав и законных интересов;
  • право на восстановление нарушенных прав и соответствующую компенсацию причиненного вреда;
  • право на пересмотр приговора вышестоящим судом;
  • право на исполнение судебного решения

Право на судебную защиту должно быть обеспечено системой правовых гарантий, направленных на реализацию каждого из названных компонентов, входящих в содержание этого права. Представляется, что обеспечительный механизм должен включать в себя ряд элементов. Структура механизма должна отражать форму расположения этих элементов и характер взаимодействия их сторон и свойств. Говоря языком философов: это — «совокупность устойчивых связей объекта, обеспечивающих его целостность». Таким образом, в содержание этого понятия, во-первых, входит некоторое число элементов и, во-вторых, расположение этих элементов таково, что оно предполагает достаточно устойчивую связь их между собою, чем собственно и определяется целостность структурного образования. Обеспечение права на справедливую судебную защиту должно быть основано, прежде всего, на четко определенных законом целях и задачах уголовного судопроизводства, поскольку эффективность любого вида деятельности зависит от целевой программы и конкретизации задач как средств ее осуществления.

Право на справедливую судебную защиту должно быть обеспечено также четкостью процедур, представляющих собой порядок производства по уголовному делу, установленный законом. Единство уголовно-процессуальной формы выступает как гарант справедливости и равных возможностей. Юридическая сила обеспечительного механизма должна быть обусловлена системой принципов, отражающих потребности общественного развития.

К другим элементам этого механизма следует отнести четкую определенность прав всех участников уголовного процесса, обязанностей властных субъектов, осуществляющих производство по уголовному делу, и, безусловно, установленные законом в соответствии с требованиями международных стандартов процедуры, обеспечивающие эффективность правосудия.

Механизм как система звеньев, направленных на обеспечение права человека на судебную защиту, должен действовать так, чтобы все элементы, определяющие содержание этого права, могли быть реализованы наилучшим образом.

Бесспорно, право на доступ к правосудию существует для каждого, но по воле властных субъектов человек может быть лишен этого права. Правоприменитель должен содействовать реализации права на беспрепятственное обращение в суд. В соответствии с толкованием решения Европейского Суда, данным по делу Эйри против Ирландии, выполнение обязательств по Европейской Конвенции требует не только не препятствовать реализации прав, но и совершения определенных позитивных действий, направленных на обеспечение доступа к правосудию.

В юридической литературе справедливо ставится вопрос о необходимости закрепления принципа свободы доступа к правосудию в УПК РФ.

Предлагаемая нами норма, закрепляющая принцип свободы доступа к справедливому правосудию, может иметь следующую редакцию:

Статья… Свобода доступа к правосудию

  1. Свобода доступа к правосудию предполагает право каждого на беспрепятственное обращение в суд, право на беспристрастное рассмотрение и разрешение дела независимым судом в установленные законом сроки, право на справедливое решение суда, восстановление нарушенных прав и на полную компенсацию причиненного вреда.
  2. Свобода доступа к правосудию предполагает право на обжалование любого незаконного действия и решения должностных лиц и органов, осуществляющих производство по уголовному делу.
  3. Органы и должностные лица, осуществляющие производство по делу, обязаны обеспечить право на судебную защиту каждого.
  4. Свобода доступа к правосудию обеспечивается установленной настоящим Кодексом процедурой возбуждения, расследования, рассмотрения и разрешения уголовного дела.

Предлагаемое дополнение системы принципов придало бы закрепленным в главе второй УПК РФ основным началам уголовного судопроизводства большую значимость с точки зрения соответствия общепризнанным принципам и нормам международного права и международным договорам. С точки зрения внутринациональной значимости названный принцип явился бы дополнительно гарантией обеспечения прав человека и гражданина в сфере уголовного судопроизводства России.

Источники и литература

  1. Ученые по-разному относятся к понятию, содержанию, структуре нормы, содержащейся в ст. 6 УПК РФ. Подробно см. Володина Л.М. Проблемы уголовного судопроизводства: закон, теория, практика. М.:Издат. Группа «Юрист». 2006. С. 6 — 59.
  2. Европейский Суд по правам человека. Избранные решения. Т.1. М., 2000. С. 45-46.
  3. Бюллетень Европейского Суда по правам человека. Российское издание. 2009, № 2.
  4. Судебная власть / Под ред. И.Л. Петрухина. М.: ООО «ТК Велби». 2003. С.47-48.
  5. Бюллетень Европейского Суда по правам человека. Российское издание. 2009, № 12.
  6. Бюллетень Европейского Суда по правам человека. Российское издание. 2009, № 4.
  7. Постановление Конституционного Суда РФ от 8 декабря 2003 г № 18-П «По делу о проверке конституционных положений ст. 125, 129, 227, 229, 237, 239, 246, 254, 271, 378, 405 и 408, а также глав 35 и 39 УПК РФ в связи с запросами судов общей юрисдикции и жалобами граждан» // СЗ РФ. 2003, № 51. Ст. 5026.
  8. Хорнсби (Hornsby) против Греции. Решение Европейского Суда по правам человека от 19 марта 1997 г.
  9. Более подробно см. Л.М. Володина, А.Н. Володина. Уголовное судопроизводство: право на справедливую и гласную судебную защиту. М.: Юрлитинформ. 2010.
  10. См.: Краткая философская энциклопедия. М.: Изд. группа «Прогресс» — «Энциклопедия», 1994. С. 438.
  11. Европейский Суд по правам человека. Избранные решения. Т.1. М., 2000. С. 45-46.
  12. Воскобитова Л.А. Процессуальное регулирование доступа граждан к правосудию в уголовном судопроизводстве / Материалы Международной научно-практической конференции «Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации: год правоприменения». М.: МГЮА.2004. С. 43-46.

Опубликовано: Бюллетень Уральского отделения МАСП. Екатеринбург: «Аграф», 2010.

Что такое доступ к правосудию?

Равное право на доступ к правосудию означает, что каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод, что закреплено в ст. 46 Конституции РФ. Доступ к правосудию означает прежде всего возможность обращения в судебные органы и рассмотрения ими этого обращения. Считается, что право взыскания судебных расходов является одной из гарантий принципа равного доступа к правосудию.

Кроме этого, возмещаются расходы на досудебный сбор доказательств, которые были необходимы для реализации права на обращение в суд (п. 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела»).

Однако данная категория не является критерием при рассмотрении вопроса о возмещении судебных издержек, понесенных уже в процессе рассмотрения дела.

Для ответа на ваш вопрос по существу необходимо обратиться к процессуальному законодательству.

Будем исходить из того, что ваш спор рассматривался в порядке административного искового производства по правилам Кодекса административного судопроизводства РФ.

Согласно ст. 106 КАС РФ к издержкам, связанным с рассмотрением административного дела, относятся:

1) суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам;

2) расходы на оплату услуг переводчика, понесенные иностранными гражданами и лицами без гражданства, если иное не предусмотрено международным договором РФ;

3) расходы на проезд и проживание сторон, заинтересованных лиц, связанные с явкой в суд;

4) расходы на оплату услуг представителей;

5) расходы на производство осмотра на месте;

6) почтовые расходы, связанные с рассмотрением административного дела и понесенные сторонами и заинтересованными лицами;

7) другие признанные судом необходимыми расходы.

Как видно из текста статьи, перечень не является исчерпывающим, а единственным критерием отнесения расходов к судебным издержкам является связь с рассмотрением административного дела.

В силу п. 10 указанного постановления Пленума Верховного Суда РФ лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием.

Данная связь оценивается судом по своему внутреннему убеждению индивидуально в каждом конкретном деле. Полагаем, эта связь должна устанавливаться в зависимости от того, является ли представленное вами заключение доказательством по делу и было ли оно необходимо для принятия судом конкретного решения.

В соответствии с ч. 1 ст. 59 КАС РФ доказательствами по административному делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основании которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения административного дела. Согласно ч. 2 данной статьи в качестве доказательств допускаются объяснения лиц, участвующих в деле, и показания свидетелей, полученные в том числе путем использования систем видеоконференц-связи, а также письменные и вещественные доказательства, аудио- и видеозаписи, заключения экспертов.

При этом в силу ст. 60 КАС РФ суд принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения административного дела.

Согласно ч. 3 ст. 84 КАС РФ суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимосвязь доказательств в их совокупности. Согласно ч. 8 ст. 84 КАС РФ результаты оценки доказательств суд обязан отразить в своем решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими.

Бремя доказывания распределяется согласно ч. 2 ст. 62 КАС РФ: в общем случае лица, участвующие в деле, обязаны доказывать обстоятельства, на которые они ссылаются как на основания своих требований или возражений. Однако в силу ч. 11 ст. 226 КАС РФ бремя доказывания оснований принятия оспариваемого решения органа власти возложено именно на этот орган, а заявитель обязан доказать только нарушение своего субъективного права и соблюдение срока исковой давности.

Иными словами, если орган не докажет, что его решение принято на законных основаниях и соответствует требованиям правовых норм, то административный иск может быть удовлетворен. Это означает, что административный истец не обязан представлять доказательства того, что оспариваемое решение является незаконным, суд должен вынести решение в его пользу, даже если орган власти не докажет обратного.

Таким образом, возможность взыскания судебных расходов на подготовку заключения специалиста зависит от наличия совокупности следующих обстоятельств:

во-первых, оно принято судом в качестве доказательства;

во-вторых, ему была дана оценка в качестве достоверного, относимого и допустимого доказательства;

в-третьих, суд обосновал свое решение данным доказательством;

в-четвертых, данное доказательство было единственным или ключевым для принятия именно такого решения.

Все это можно установить, проанализировав мотивировочную часть решения суда. Если из текста следует, что заключение являлось «избыточным», то во взыскании судебных расходов отказано правомерно. Однако если суд прямо указал на заключение как на единственное доказательство незаконности заключения комиссии, при этом не сославшись на правила распределения бремени доказывания по делу, то существует вероятность положительного результата обжалования отказа во взыскании судебных расходов.

Также следует обратить внимание на основания, по которым было отказано в ходатайстве о назначении строительно-технической экспертизы. Возможно, исходя из материалов дела, суд счел, что обстоятельства, которые предлагалось исследовать эксперту, уже установлены либо не относятся к предмету доказывания по делу. В этом случае отказ во взыскании судебных расходов на проведенное исследование также обоснован.

Что касается расходов на изготовление нового технического паспорта, то они в данном случае не относятся к судебным расходам, поскольку явились следствием нарушения комиссией ваших прав, что подтвердил уже ранее принятый судебный акт, а не необходимостью для разбирательства как такового. Эти расходы могут быть убытком по смыслу ст. 15 Гражданского кодекса РФ, в каковом случае их взыскание должно происходить в рамках самостоятельного производства. Точнее на этот вопрос возможно ответить, ознакомившись с документами дела.

Использование комиссией заключения не противоречит закону, поскольку было направлено на исполнение решения суда, на это заключение, видимо, сославшегося. Согласно ч. 1 ст. 16 КАС РФ вступившие в законную силу судебные акты являются обязательными и подлежат исполнению на всей территории РФ.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *