Характеристика личности коррупционера

Криминологическая характеристика личности преступника, совершающего преступления коррупционной направленности в фармацевтической сфере

(Двоеглазов В. А.) («Медицинское право», 2012, N 4)

КРИМИНОЛОГИЧЕСКАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ЛИЧНОСТИ ПРЕСТУПНИКА, СОВЕРШАЮЩЕГО ПРЕСТУПЛЕНИЯ КОРРУПЦИОННОЙ НАПРАВЛЕННОСТИ В ФАРМАЦЕВТИЧЕСКОЙ СФЕРЕ

В. А. ДВОЕГЛАЗОВ

Двоеглазов Виталий Анатольевич, следователь отделения по расследованию преступлений на территории, обслуживаемой ОП N 3 Следственного управления УМВД России по г. Кирову.

Коррупция как всепроникающее явление не обошла стороной и фармацевтическую сферу. Количество коррупционных проявлений в данной сфере с каждым годом неуклонно растет. Преступления коррупционной направленности, совершаемые в данной сфере, разнообразны. Личности преступника медицинского работника и работника фармацевтической сферы, совершающего преступления коррупционной направленности в исследуемой сфере, свойственны те же основные криминологические показатели, что и личности любого преступника. Но тем не менее исследуемая личность преступника обладает и определенными особенностями, которые связаны прежде всего со спецификой рассматриваемой сферы. Изучение личности преступника медицинского работника и работника фармацевтической сферы, совершающего преступления коррупционной направленности в фармацевтической сфере, важно для осуществления предупреждения и прогнозирования подобных преступлений, а также для выявления и оценки тех свойств, которые порождают или способствуют преступному поведению в рассматриваемой сфере.

Ключевые слова: коррупция, преступление коррупционной направленности, фармацевтическая сфера, личность преступника, криминологические показатели, медицинский работник, работник фармацевтической сферы.

Одной из серьезных проблем современного Российского государства и общества является рост коррупционных проявлений в фармацевтической сфере. С каждым годом наблюдается неуклонное увеличение количества преступлений коррупционной направленности среди медицинских работников и работников фармацевтической сферы. Ежегодно в системе здравоохранения и фармацевтической промышленности вскрываются тысячи преступлений. Так, например, по данным ГИАЦ МВД России, за десять лет с 1997 по 2006 гг. число выявленных преступлений в названной сфере увеличилось втрое: если в 1997 г. в сфере здравоохранения было выявлено 3770 преступлений экономической направленности, то в 2006 г. уже 10107 подобных преступлений. При этом наблюдается ежегодный рост масштабов причиненного материального ущерба <1>. Особую же опасность для экономической безопасности государства, в частности, в связи со своей высокой латентностью, представляет получившее широкое распространение в фармацевтической сфере взяточничество, доля которого среди общего количества совершаемых должностных преступлений в данной сфере наиболее велика. Ежегодно регистрируется до одной тысячи должностных преступлений в данной сфере, из них факты взяточничества составляют более половины от общего числа зарегистрированных преступлений <2>. В связи с вышеуказанными обстоятельствами сбор и анализ криминологического материала, связанного с личностью преступника — медицинского работника и работника фармацевтической сферы, совершающих преступления коррупционной направленности, важен не только для последующей организации и осуществления предупреждения и прогнозирования подобных преступлений как основных задач криминологической науки, но также и для выявления и оценки тех свойств, которые порождают или способствуют преступному поведению в рассматриваемой сфере. ——————————— <1> Коваленко К. Ю. Противодействие преступлениям, совершаемых на объектах фармацевтического рынка: уголовно-правовые и криминологические меры: Автореф. дис. … к. ю.н. Нижний Новгород, 2007. <2> Аналитический обзор практики борьбы с экономическими преступлениями в сфере производства, закупок и оборота лекарственных препаратов / ВНИИ МВД РФ.

Слабый контроль государства в области здравоохранения и, в частности, за фармацевтической сферой приводит в конечном итоге к росту числа коррупционных проявлений, имеющих место среди медицинских работников и работников фармацевтической сферы. К преступлениям коррупционной направленности, совершаемым в фармацевтической сфере, относятся, в частности, злоупотребление должностными полномочиями (ст. 285 УК РФ), нецелевое расходование бюджетных средств (ст. 285.1 УК РФ), получение взятки (ст. 290 УК РФ), служебный подлог (ст. 292 УК РФ), коммерческий подкуп (ст. 204 УК РФ), а также ряд других составов преступлений. Так, например, сотрудниками ОБЭП УМВД по Владимирской области пресечена преступная деятельность главного врача областной психиатрической больницы N 2 Д., который, используя свое служебное положение, неоднократно получал незаконные вознаграждения от частного предпринимателя С. за создание ему благоприятных условий коммерческой деятельности при реализации лекарственных препаратов, в том числе сильнодействующих наркотиков. Сумма взяток составила более 1 млн. руб. По итогам проверки возбуждено уголовное дело по признакам ч. 4 ст. 290 УК РФ <3>. ——————————— <3> Там же.

Обстановка бесконтрольности порождает массовые злоупотребления работников розничной торговли. Так, в Республике Мордовия сотрудниками УБЭП МВД изобличена в коммерческом подкупе старший провизор районного производственного предприятия «Фармация» г. Саранска В., которая вымогала деньги в сумме 1,5 тыс. руб. с заведующих аптеками за сокрытие выявленных ею в ходе проверок нарушений. По итогам проверки было возбуждено уголовное дело по ст. 30, ч. 4 ст. 204 УК РФ <4>. ——————————— <4> Там же.

Нередки и случаи нецелевого использования денежных средств Министерством здравоохранения и социального развития России. Так, Счетной палатой в ходе периодически проводимых проверок выявляются целые системы злоупотреблений, способствующие хищению денежных средств, выделенных из федерального бюджета на целевые программы. Так, например, были выявлены факты нецелевого использования бюджетных средств, выделенных на реализацию федеральной программы «Сахарный диабет». Недостаточный контроль за руководителями различных лечебных учреждений приводит к тому, что зачастую создаются условия для незаконного использования государственных средств, отпускаемых для приобретения лекарств. Так, привлечена к ответственности директор ГП «Фармация» г. Ярославля Ч., которая, злоупотребляя служебным положением, занималась закупкой и реализацией неучтенных медикаментов, извлекая таким путем преступные доходы в крупных размерах <5>. ——————————— <5> Там же.

Таким образом, можно выстроить обобщенную типологию преступников — медицинских работников и работников фармацевтической сферы, совершающих преступления коррупционной направленности в рассматриваемой сфере. Всех подобных преступников по данному критерию можно распределить по следующим категориям: коррупционеры-злоупотребители, коррупционеры-взяткополучатели и коррупционеры-расхитители. Рассмотрим особенности социально-демографических показателей личности преступника, совершающего преступления коррупционной направленности в фармацевтической сфере. Одним из основных социально-демографических показателей в характеристике личности преступника — медицинского работника и работника фармацевтической сферы является пол. В целом процентное соотношение женщин и мужчин, совершающих преступления в сфере здравоохранения, распределяется как 80,3% и 17,7%. Объясняется такое процентное соотношение мужчин и женщин прежде всего тем, что сфера здравоохранения является традиционно «женской». В системе здравоохранения России еще со времен существования Советского Союза преобладают преимущественно лица женского пола. К этому можно прибавить и тот фактор, что женщины, как правило, выбирают те профессии, которые позволяют больше времени уделять семье, поэтому и выбирают профессии врача, фармацевта, провизора, педагога. Кроме того, особенности психологии и физиологии женщин просто не позволяют ей совершать преступления, требующие больших физических усилий. Они более склонны к переживаниям и к решению своих проблем путем тех преступлений, которые требуют хитрости, скрытности, продумывания своих планов <6>. К последним как раз и относятся преступления коррупционной направленности в фармацевтической сфере. Если же взять абсолютную статистику, то свыше 50% всех преступлений, совершаемых женщинами, носят корыстный характер <7>. Отметим, что большей частью преступников, совершающих преступления коррупционной направленности, руководят именно корыстные побуждения. ——————————— <6> Кудрявцев В. Н. Лекции по криминологии: М.: Юристъ, 2005. С. 59. —————————————————————— КонсультантПлюс: примечание. Учебник «Криминология» (под ред. В. Д. Малкова) включен в информационный банк согласно публикации — Юстицинформ, 2006 (2-е издание, переработанное и дополненное). —————————————————————— <7> Малков В. Д. и др. Криминология: М.: Юстицинформ, 2004. С. 86.

Важным криминологическим показателем, характеризующим личность преступника, является возраст. Он определяет не только физическое состояние и возможности лица, но и круг его интересов, жизненные установки и ориентации. Другими словами, возрастная характеристика преступников позволяет судить нам о степени и интенсивности проявления криминогенной активности и особенностях преступного поведения представителей различных возрастных групп <8>. ——————————— <8> Там же.

Ниже приведена табл. 1, в которой указывается возрастная характеристика преступников — работников сферы здравоохранения, совершивших преступления коррупционной направленности.

Таблица 1

Возрастная характеристика работников здравоохранения, совершивших преступления коррупционной направленности <9>

——————————— <9> Червонных Е. В. Криминологическая характеристика личности преступника — медицинского работника // Общество и право. 2008. N 3.

медицинские работники и работники фармацевтической сферы возраст коррупционные преступления

должностные иные

16 — 19 лет 4,2% 6,4%

30 — 39 лет 22,5% 20,6%

40 — 45 лет 27,3% 30,0%

46 — 55 лет 39,3% 39,3%

55 лет и 6,2% 5,9% старше

Приведенные в таблице данные свидетельствуют о том, что наибольший процент работников здравоохранения (медицинских работников и работников фармацевтической сферы), совершивших преступления коррупционной направленности (39,3% и 37,1% соответственно), приходится на возрастную группу 46 — 55 лет. Также довольно велика доля преступников, совершающих подобные преступления в возрасте 40 — 45 лет (27,8% и 30,0% соответственно) и в возрасте (30 — 39 лет) (22,5% и 20,6% соответственно). Из приведенной выше таблицы видно также, что возрастные группы 18 — 29 лет и от 55 лет по объему совершаемых преступлений коррупционной направленности являются наименее криминализированными. Объясняется такое положение дел довольно просто. Для лиц более старшего возраста свойственно более обдуманное совершение преступлений. Для них также характерен высокий опыт, квалификация, широкие связи в различных кругах, что во многом и позволяет совершать преступления коррупционной направленности. Медицинский работник или работник фармацевтической сферы, занимая достаточно высокую должность, имеет возможность брать взятки и решать важные вопросы не в 20 лет, а все-таки в 30, 40 и более. Еще одной составной частью криминологической характеристики личности преступника является такие показатели, как образовательный и интеллектуальный уровень, которые во многом определяют характер преступления и служат неким ориентиром для осуществления индивидуальной профилактической работы. Это и понятно, поскольку данные показатели в значительной мере влияют на круг интересов и потребностей, направленность общения и времяпрепровождения, и в конечном счете, на образ поведения лица <10>. ——————————— —————————————————————— КонсультантПлюс: примечание. Учебник «Криминология» (под ред. В. Д. Малкова) включен в информационный банк согласно публикации — Юстицинформ, 2006 (2-е издание, переработанное и дополненное). —————————————————————— <10> Малков В. Д. и др. Указ. соч. С. 86.

Применительно к медицинским работникам и работникам фармацевтической сферы их образовательный уровень характеризуется двумя основными категориями: высшее медицинское и фармацевтическое (характерно для врачебной и провизорской деятельности) и среднее специальное образование (характерно для работников среднего медицинского звена, фармацевтов). Отметим, что большинство медицинских лиц, совершающих преступления коррупционной направленности в фармацевтической сфере (до 80%), имеют высшее медицинское или фармацевтическое образование, среднее специальное образование — чуть более 20% <11>. ——————————— <11> Червонных Е. В. Указ. соч. 2008. N 3.

В комплексе социально-демографических показателей определенное криминологическое значение имеют данные о семейном положении. Характеризуя по этому показателю медицинских работников и работников фармацевтической сферы, совершивших преступления коррупционной направленности, можно отметить, что именно семейные работники сферы здравоохранения наиболее склонны к совершению подобных преступлений <12>. ——————————— <12> Там же.

Все вышеперечисленные показатели (пол, возраст, образовательный и интеллектуальный уровни, семейное положение и др.) характерны как для личности в общепринятом понимании ее сущности, так и для личности преступника. Наиболее важной в понимании специфики личности преступника является уголовно-правовая характеристика. Именно она отражает степень социальной деформации личности, ее особые свойства, позволяет выделить наиболее существенные признаки лиц, совершивших преступления. К числу таких признаков относятся: мотивация преступных действий, наличие судимостей за преступную деятельность, ролевое участие в конкретном преступлении, степень подготовленности (организованности) к преступлению <13>. ——————————— —————————————————————— КонсультантПлюс: примечание. Учебник «Криминология» (под ред. В. Д. Малкова) включен в информационный банк согласно публикации — Юстицинформ, 2006 (2-е издание, переработанное и дополненное). —————————————————————— <13> Малков В. Д. и др. Указ. соч. С. 89 — 90.

Здесь стоит отметить, что примерно одна седьмая всех преступлений коррупционной направленности, совершаемых медицинскими работниками и работниками фармацевтической сферы, совершаются в группе лиц по предварительному сговору <14>. Большинство же подобных преступлений совершается в одиночку. Отметим также, что никто из вышеуказанных работников здравоохранения, которые были осуждены за подобные преступления, ранее не имели судимостей за аналогичные преступления <15>. ——————————— <14> Червонных Е. В. Указ. соч. <15> Там же.

Обобщенная типология преступников — медицинских работников и работников фармацевтической сферы, совершающих преступления коррупционной направленности в рассматриваемой сфере по критерию направленности их преступной деятельности, основываясь на конкретных примерах, представлена выше. Мотивы преступлений коррупционной направленности, совершаемых в фармацевтической сфере, не отличаются от мотивов коррупционных преступлений в иных сферах общественной деятельности. Обычно здесь превалируют корыстные побуждения, связанные с игнорированием права собственности. Не последнюю роль в характеристике личности преступника играют нравственно-психологические качества. Криминогенные нравственные качества и психологические особенности личности коррупционеров, прежде всего, зависят от характера сложившихся у них потребностей и интересов, гипертрофированных или извращенных по сравнению с подавляющим большинством членов общества <16>. ——————————— <16> Там же.

По характеру антисоциальной направленности личность преступника (медицинского работника и работника фармацевтической сферы), совершающего преступления коррупционной направленности, относится к личности с корыстной направленностью. Подобных лиц характеризует и объединяет жажда накопления, стяжательство, эгоизм, пренебрежение интересами общества, вера во всесилие денег и пренебрежительное отношение к добросовестным труженикам <17>. Также зачастую у данных лиц наблюдается нарушение профессиональной мотивации, которое возникает еще на этапе получения человеком образования и со временем только расширяет свои границы, углубляя антисоциальную направленность личности. ——————————— —————————————————————— КонсультантПлюс: примечание. Учебник «Криминология» (под ред. В. Д. Малкова) включен в информационный банк согласно публикации — Юстицинформ, 2006 (2-е издание, переработанное и дополненное). —————————————————————— <17> Малков В. Д. и др. Указ. соч. С. 93.

Отметим также, что обычно лица, совершающие преступления коррупционной направленности в рассматриваемой сфере по месту работы, а также по месту жительства, характеризуются положительно <18>. ——————————— <18> Червонных Е. В. Указ. соч.

Таким образом, на основании вышеизложенных характеристики и показателей можно построить усредненную модель личности преступника — медицинского работника или работника фармацевтической сферы, совершающего преступления коррупционной направленности в фармацевтической сфере. Итак, это женщина 46 — 47 лет, имеющая высшее медицинское или фармацевтическое образование, достаточно высокий интеллектуальный уровень, занимающая определенную должность (не ниже уровня врача районной больницы), состоящая в браке. Преступление коррупционной направленности она совершает в одиночку, ранее за аналогичные преступления она не судима, по месту работы и жительства характеризуется положительно. В своей преступной деятельности ею руководят корыстные побуждения. Итак, проанализированные в работе элементы структуры личности преступника — медицинского работника и работника фармацевтической сферы, совершающего преступления коррупционной направленности в фармацевтической сфере, имеют важное значение при изучении и анализе конкретной личности в связи с решением вопросов о привлечении к уголовной ответственности и применении к ней мер индивидуально-профилактического воздействия. Полученная в работе обобщенная типичная характеристика личности преступника данной категории будет также способствовать более тщательной организации общего предупреждения преступлений коррупционной направленности в данной сфере жизнедеятельности общества.

Список литературы

1. Аналитический обзор практики борьбы с экономическими преступлениями в сфере производства, закупок и оборота лекарственных препаратов. ВНИИ МВД РФ. 2. Коваленко К. Ю. Противодействие преступлениям, совершаемым на объектах фармацевтического рынка: уголовно-правовые и криминологические меры: Автореф. дис. … к. ю.н. Нижний Новгород, 2007. 3. Кудрявцев В. Н. Лекции по криминологии. М.: Юристъ, 2005. 188 с. —————————————————————— КонсультантПлюс: примечание. Учебник «Криминология» (под ред. В. Д. Малкова) включен в информационный банк согласно публикации — Юстицинформ, 2006 (2-е издание, переработанное и дополненное). —————————————————————— 4. Малков В. Д. и др. Криминология. М.: Юстицинформ, 2004. 528 с. 5. Методические рекомендации по выявлению, пресечению и раскрытию преступлений в сфере оборота лекарственных и фармацевтических препаратов / ВНИИ МВД России. 6. Уголовный кодекс Российской Федерации от 13.06.1996 N 63-ФЗ (ред. от 01.04.2011) // Российская газета. N 113. 18.06.1996; N 114. 19.06.1996; N 115. 20.06.1996; N 118. 25.06.1996. 7. Червонных Е. В. Криминологическая характеристика личности преступника — медицинского работника // Общество и право. 2008. N 3.

КРИМИНОЛОГИЧЕСКАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ЛИЧНОСТИ КОРРУПЦИОНЕРА

Изучение личности преступника — коррупционера необходимо проводить с учетом различных обстоятельств, позволяющих выявить и систематизировать присущие ей признаки. Стоит отметить, что «личность коррупционера» и «личность коррупционного преступника» не идентичные понятия. «Личность коррупционного преступника» — понятие более широкое, так как оно объединяет и личность коррупционера (коррумпируемый субъект) и личность корруптера (лицо, подкупающее коррупционера). Несмотря на схожесть этих понятий, они имеют и существенные различия. Исходя из целей и задач исследования, нами будет изучена «личность коррупционера».

По мнению Ю.М. Антоняна и В.Е. Эминова «Личность коррупционера, имеющего высокий служебный статус, во многом остается не изученной». Рассмотрим личность преступника (коррупционера) исходя из общего понимания модели структуры личности, понятия «личность преступника» и специфики, присущей именно коррупционным элементам преступного мира.

Энциклопедические определения коррупционного преступника варьируются от наиболее простых терминологических значений к расширенному пониманию, включающему ряд ключевых признаков. В словаре иностранных слов под коррупционером рассматривается лицо, замешанное в коррупции, подкупе, взяточничестве, продажности. Подобное определение не конкретизирует детально отдельные признаки. Основной его признак — это причастность лица к коррупции, однако, уточнение коррупционных проявлений позволяет сделать некоторые выводы относительно интериндивидуального уровня обозначенной модели структуры личности. К нему можно отнести возможность участия в таких негативных социальных проявлениях, как подкуп и взяточничество. Обозначенные виды коррупционных преступлений вероятны только при взаимодействии нескольких лиц, тем самым подтверждая социальную обусловленность явления. К интраиндивидуаль- ному уровню мы отнесли продажность лица, так как данный показатель характеризует внутренние личностные свойства, проявляющиеся в субъективном решении человека выполнить определенные действия (либо не выполнять их) за вознаграждение. Метаиндивидуальный уровень через данное определение не раскрывается.

Исследование термина «личность коррупционера» выявило следующий интересный, на наш взгляд, факт: в многочисленных диссертационных исследованиях, посвященных коррупции в целом, либо отдельным ее проявлениям в какой-либо конкретной сфере, нами практически не обнаружено изучения таких дефиниций как «личность коррупционного преступника» и «личность коррупционера», диссертационные исследования практически не содержат авторских определений обозначенных понятий. В большинстве своем анализ проводится либо отдельных черт коррупционера, либо ограничивается изучением его социально-демографических и психологических характеристик.

Рассмотрим несколько авторских определений понятия «коррупционер» и «личность коррупционного преступника». Так, С.В. Максимов к коррупционерам относит не только должностное лицо, получающее взятки, но и лицо, выполняющее управленческие функции в коммерческой или иной организации, получающее незаконное вознаграждение, а также лицо, дающее взятку (вознаграждение); избиратель, отдающий свой голос за вознаграждение. Как видим, приведенное определение, наоборот расширяет круг лиц с поведением коррупционной направленностью. Автор к интериндивидуальным факторам отнес, наряду с уже выделенными ранее в других определениях, социальный статус в виде должности лица, а также его управленческие функции, заключающиеся в возможности влияния на подчиненных лиц и принятие определенных управленческих решений. К лицам с коррупционным поведением С.В. Максимов справедливо отнес и лицо, дающее взятку и избирателя, продающего свой голос. Интраиндивидуальными факторами в данной дефиниции можно назвать продажность взяточника и избирателя. Метаиндивидуальный уровень проявился, на наш взгляд, в оценке поведения одного лица другими лицами, которые готовы оплатить коррупционное поведение обозначенных лиц. Спорным, на наш взгляд, в данном определении является наличие взяткодателя, так как он является корруптером, а, следовательно, это определение в большей степени подходит к «личности коррупционного преступника».

Т.М. Коршунова под личностью коррупционного преступника понимает: «совокупность социально значимых свойств личности, образовавшихся в процессе ее общественной либо государственной деятельности (опыта социального управления) и обусловливающих использование ею для достижения личных, групповых или корпоративных целей средств, порицаемых с позиции уголовного закона» . Данную точку зрения разделяет и Г. С. Гончаренко .

В предложенном определении, на наш взгляд, произошел синтез криминологических и уголовно-правовых признаков. Данное определение включает в себя черты, присущие и коррупционерам и корруптерам. Анализ определения в соответствии с предложенной моделью структуры личности, выявляет такие интериндивидуальные признаки, как процесс социализации с четко определенной социальной сферой в виде государственной деятельности или социального управления. Наличие интериндивидуальных признаков прослеживается также и в целей, которые могут быть не только групповыми или даже корпоративными, что существенно расширяет круг лиц, заинтересованных в совершении коррупционных преступлений. Интраиндивидуальные признаки в предложенном понимании личности коррупционного преступника не ярко выражены. К ним мы отнесли свойства личности, как совокупность индивидуальных характеристик, а также личные корыстные цели. Метаиндивидуальные признаки, на наш взгляд, проявились в порицании с позиций уголовного закона данного деяния, так как такое порицание отражает общественную оценку совершаемого деяния. Наряду с вышеперечисленными признаками, как нами уже отмечалось, в данном определении автор выделили и уголовные признаки: обязательное закрепление данного деяния в уголовном законе, что вполне отвечает законам логики, так как только криминализированное деяние, т.е. деяние, предусмотренное уголовным законом, считается преступлением. Еще одним уголовно-правовым признаком являются последствия порицаемости, выраженные в применении определенных мер уголовного воздействия.

В труде «Портреты преступников» Ю.М. Антонян и В.Е. Эминов не дают четкого определения личности коррупционера, однако, делают акценты на его специфических чертах. Анализируя их через призму выбранной модели структуры личности преступника, к интериндивидуальным факторам отнесем социальный статус, обусловленный должностью, общественной и политической деятельностью, а также положением государственного чиновничества, обозначенный статус способен влиять на принятие ключевых решений в различных сферах деятельности. К интраиндивидуальному уровню можно отнести «негативное содержание ценностно-нормативной системы», а также продажность указанных лиц. Метаиндивидуальный уровень проявляется в том, что нравственные особенности складываются «под влиянием тех социальных отношений, в которые был включен индивид», а значит, социальное окружение своим отношением также определяет выбор коррупционного поведения, т.е. человек становится заложником отношений своего окружения, где большинство «берет» и «дает».

Исходя из анализа приведенных определений, рассматриваемой дефиниции и выбранной модели структуры личности, выявим основные признаки, присущие личности преступника-коррупционера.

Интериндивидуальные признаки личности коррупционера проявляются в следующем.

Во-первых, личность коррупционера, как субъекта жизнедеятельности, связана с наличием у особого социального статуса. Содержание статуса «личности может быть выражено совокупностью прав и обязанностей, которые очертят границы, пределы действия данного статуса, его предмет». В данном случае границы прав, обязанностей, а также пределы действия статуса реализуются через должность, государственный чин, службу, осуществление экономических, политических и иных ролей.

Отметим, что совершать коррупционные преступления может и лицо, не обладающее особым социальным статусом, выраженном в должности, государственном чине или службе. Преступления, предусмотренные ст.ст. 291 и 291.1У К РФ не предполагают наличие специального субъекта, т.е. лица с особым социальным статусом. При этом мы считаем, что корруптер может обладать и общим статусом, не обусловленным обязательным наличием властных полномочий, он также может не представлять государственные органы, учреждения. Статус такой личности коррупционного преступника является общим и определяется только его социальными связями, побудившими к совершению преступления.

Проанализированная судебная практика подтверждает обозначенные цифры. Статья 291 «Дача взятки» УК РФ в большинстве своем представала в виде незаконного предложения денежных средств сотрудникам ГИБДД и иным должностным лицам, корруптерами преступлений не являлись лица с особым социальным статусом. Материалы судебной практики свидетельствуют о том, что часть лиц, участвовавшая в совершении преступлений, предусмотренных ст. 291 и 291.1 УК РФ, имели особый социальный статус.

Таким образом, личность коррупционного преступника может обладать как общим, так и особым социальным статусом. Однако личность коррупционера обладает именно особым статусом, что также отличает ее от корруптера.

Во-вторых, личность коррупционера включает в себя совокупность социально значимых свойств, которые обусловлены социальными функциями, раскрывающиеся, в том числе и через управленческую деятельность в общественной, экономической или политической сферах. Не последнюю роль в уровне управленческой деятельности играют организационные способности лица, дающие возможность расширить за счет других лиц коррупционные схемы, мотивировать их участие, а также руководить ими.

И нтраин див и дуальные факторы отражают следующие признаки личности коррупционера:

Во-первых, уровень морально-нравственных характеристик личности преступника коррупционера определяет понимание человеком общественных ценностей, а также отождествление своих представлений со сложившимися общественными ориентирами. Формирование ценностных ориентаций обуславливает нравственную специфику личности, которая среди таких преступников имеет ярко выраженный корыстный мотив.

Во-вторых, преступления коррупционной направленности совершаются с целью повышения личного благосостояния преступника, для решения его политических и экономических проблем. Однако в преступлениях коррупционной направленности могут присутствовать и групповые и корпоративные цели.

В-третьих, уровень управленческой деятельности лица коррупционной направленности обусловлен профессионализмом такого лица, позволяющим ему «эффективно совершать преступления и тождественные ему деяния», а также компетентность, предполагающая наличие системы знаний и навыков. Наличие возможности реализации актуальных коррупционных знаний увеличивает вероятность эффективного совершения коррупционных преступлений.

В-четвертых, личность коррупционера есть «субъект, способный к активной, целенаправленной, преобразующей деятельности». Такая деятельность возможна благодаря компенсаторному механизму, позволяющему замещать криминальные знания криминальными умениями и, наоборот, с целью достижения высокого качества результата, несмотря на изменяющиеся условия действительности. Коррупционные преступления относятся к категории интеллектуальных преступлений, определяющих особый образ мышления преступника, позволяющего ему исходя из рационального целеполагания придти к выводу о том, что «ввиду ее высокой латентности и соответственно относительной ненаказуемости, а также высокой доходности являются достаточно привлекательным видом деятельности».

В-пятых, для достижения обозначенных целей рассматриваемое лицо выбирает средства, запрещенные действующим законодательством. Именно выбор таких порицаемых средств и делает лицо преступником.

В рамках метаиндивидуального уровня структуры личности коррупционера, как нами уже было замечено, личность персонализируется в сознании другого человека. Парадокс подобной персонализации заключается в том, что такая личность воспринимается позитивно другими лицами, разделяющими ориентиры коррупционера, что в большей степени убеждает его в правильности выбора поведения. Общественное же порицание, осуждение, неприятие криминально-коррупционного поведения такой личностью не воспринимается, блокируется до момента негативной законодательной оценки деятельности такого лица.

На основе рассмотренных признаков, мы предлагаем следующее определение понятия личность коррупционера — это лицо, наделенное особым социальным статусом, обусловленным должностью, государственным чином, службой, обладающее негативными социальными свойствами, сложившимися в результате выполнения служебной, экономической, политической и иной деятельности, способствующие неправомерному личному, групповому, корпоративному обогащению при использовании средств, запрещенных действующим законодательством.

  • Антонян Ю.М., Эминов В.Е. Портреты преступников. Криминолого-псиохологиче-ский анализ. М., 2014. С. 92.
  • Комлев Н.Г.Словарь иностранных слов. М., 2006. С. 134.
  • Хинднкайнен Н.В. Коррупционная преступность в Российской Федерации. Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Ростов — на — Дону.2004; Магомедов Н.Н. Личность преступника — взяткополучателя. Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук. М., 2013; Изотов М.О. Коррупция в современной России. Диссертация на соискание ученой степени кандидата философских наук. Орел 2012; Мамедов ИЛ. Уголовно-правовые средства противодействиякоррупции. Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук.Рязань 2011; Нурутдинов А.З. Коррупция как общеправовой феномен. Диссертацияна соискание ученой степени кандидата юридических наук. Нижний Новгород 2004;Стребков Ю.П. Коррупционные преступления в сфере образования. Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук. М„ 2012
  • Макисмов С.В. Коррупция. Закон. Ответственность. М., 2000. С. 29.
  • Коршунова Т.М. Особенности личности осужденного коррупционера (по материалам уголовных дел, рассмотренных Нижнекамским городским судом за период с 1997по 2003 гг.) // Коррупция как социально-правовая проблема современной России: материалы круглого стола 27 апреля 2004 г. / под ред. д. э. н. Р.Ф. Муратова, проф. Н.Х. Са-фиуллина. Казань, 2004. С. 103.
  • Гончаренко Г.С. Анализ криминологической сущности коррупционного поведенияв обществе // Криминалистика в системе уголовно-правовых наук: актуальные направления развития теории и практики: Материалы второго Всероссийского «круглого стола». 15-16 мая 2009 года. Ростов-на-Дону: ДЮИ, 2009. С. 54-60.
  • Гончаренко Г. С. Анализ криминологической сущности коррупционного поведенияв обществе // Криминалистика в системе уголовно-правовых наук: актуальные направления развития теории и практики: Материалы второго Всероссийского «круглого стола». 15-16 мая 2009 года. Ростов-на-Дону: ДЮИ, 2009. С. 87.
  • Антонян Ю.М., Эминов В.Е. Портреты преступников. Криминолого-псиохологиче-ский анализ. М., 2014. С. 88.
  • Там же. С. 88.
  • Ведерников Н.Т. Личность преступника в криминалистике и криминологии // Вестник Томского государственного университета. 2014. № 384 С.149.
  • Дело № 1-329/2015 — Рудничный районный суд г. Прокопьевска (Кемеровская область); Дело № 22-5082/2015 — Верховный Суд Республики Татарстан (Республика Татарстан); Дело № 3/3-3/2015 — Калининский районный суд (Тверская область); Дело № 1 /88-2015 — Грачевс.кий районный суд (Ставропольский край) // (дата обращения 13.12.2016)
  • Дело № 205-013-2 — Верховный Суд РФ (г. Москва); Дело № 47-013-1СП — Верховный Суд РФ (г. Москва); Дело № 74-АПУ13-2 — Верховный Суд РФ (г. Москва) //http://dogovor-urist.ru./(flaTa обращения 13.12.2016)
  • Тулегенов В.В. Коррупция и криминальный профессионализм // Коррупция: состояние противодействия и направления оптимизации борьбы / Под редакцией профессораДолговой А.И. М., Российская криминологическая ассоциация, 2015. С. 105.
  • Антонян Ю.М., Эминов В.Е. Личность преступника. Криминолого-психологическоеисследование. М„ 2014. С. 202.
  • Тулегенов В.В. Коррупция и криминальный профессионализм // Коррупция: состояние противодействия и направления оптимизации борьбы / Под редакцией профессораДолговой А.И. М., Российская криминологическая ассоциация, 2015. С. 106.

Характеристика личности коррупционера (на примере личности взяткополучателя)

Полное представление о личности коррупционера получить проблематично, по той причине, что мы сталкиваемся с различными видами коррупции, каждый из которых имеет свои особенности, а значит и личности коррупционеров также достаточно разнообразны. Поэтому я посчитала наиболее удобным рассмотреть в качестве личности коррупционера — личность взяткополучателя, как субъекта наиболее часто совершаемых преступлений, которые мы включаем в понятие коррупции.

Под психологическими особенностями личности преступников вообще и коррупционеров в частности понимается относительно стабильная совокупность индивидуальных качеств, определяющих типичные формы реагирования и адаптивные механизмы поведения, система представлений человека о себе, межличностные отношения и характер социального взаимодействия. Полученные за последние годы результаты эмпирического изучения личности коррупционеров в сравнении с законопослушными гражданами убедительно свидетельствует о наличии некоторых отличительных особенностей, в том числе психологических, у первых. Оказалось, что законопослушные граждане намного превосходят коррупционеров по социально-позитивному отношению ко всем базовым ценностям, общему самоощущению, оценке смысла своей жизни. Таким образом, личность коррупционера отличается от личности законопослушного гражданина негативным содержанием ценностно-нормативной системы и устойчивыми психологическими особенностями, сочетание которых имеет криминогенное значение и специфично именно для преступников. Эта специфика их нравственно-психологического облика является одним из факторов совершения ими преступлений, что, однако, отнюдь не является психологизацией причин преступности, поскольку нравственные особенности складываются под влиянием тех социальных отношений, в которые был включен индивид, т.е. имеют все-таки социальное происхождение.

При этом очевидно, что личность коррупционера существенным образом отличается от личности других преступников. В большинстве своем это люди семейные, хорошие работники (многие из них имеют блестящий послужной список и отличаются исключительными деловыми качествами и высоким уровнем работоспособности), имеющие высшее образование (часто не одно). В возрастном отношении это также люди с устоявшейся психикой и мировоззрением. Также значительная часть коррупционеров, как это не парадоксально звучит, — люди с высоким материальным достатком. Нет никаких оснований упрекать большинство из них и в непатриотичном отношении к своей стране. Иными словами, можно смело утверждать, что изучение личности коррупционера лежит скорее в области социальной и юридической психологии, нежели в рамках обычных общих подходов к личности преступника.

В конце прошлого столетия структура криминологического портрета российских коррупционеров выглядела следующим образом: работники министерств, комитетов и их структур на территории субъектов Российской Федерации — 41,1%; сотрудники правоохранительных органов — 26,5%; работники контролирующих органов -8,9%; работники таможенной службы — 3,2%; депутаты-0,8%; иные категории -19,6% . Ведомости РФ — 1992. №30.

Из приведенного статистического анализа не следует, что в наибольшей степени коррупции подвержены служащие органов исполнительной власти, поскольку численность соответствующих групп лиц, имеющих публичный статус, существенно различается. Также необходимо учесть, что особый уголовно-процессуальный статус депутатов, судей и прокуроров препятствует эффективному выявлению и привлечению к уголовной ответственности коррумпированных должностных лиц из их числа.

Коррупционеры, как показало проведенное в Москве в 1994 -1996 гг. исследование, отличались бoльшим, чем среднестатистический преступник, средним возрастом (37 лет), а также повышением уровней феминизации (27% коррупционеров — женщины) и образования (52% лиц с высшим и неоконченным высшим образованием).

Опрос 124 осужденных за коррупционные преступления, проведенный в тот же период, показал, что 72% из них были осведомлены об уголовной противоправности своего деяния; 96% рассчитывали избежать наказания; 83% считали назначенное им наказание незаслуженно суровым и лишь 2% полагали, что понесли справедливое наказание (15% затруднились ответить).

В 1999 году за злоупотребление должностными полномочиями к уголовной ответственности были привлечены 1187 человека, в 2000 году — 1366. В 1999 году за превышение должностных полномочий к уголовной ответственности были привлечены 1786 государственных служащих, в 2000 году — 1766. В 1999 году за превышение полномочий должностного лица к уголовной ответственности были привлечены 7 человек, в 2000 году — 17. В 1999 году за незаконное участие в предпринимательской деятельности к уголовной ответственности было привлечено 10 служащих, в 2000 году — 25. В 1999 году за получение взятки привлечено к ответственности 1462 должностных лиц, в 2000 году — 1666. За дачу взятки в 1999 году привлекались 1459 человек, в 2000 году — 1815. В 1999 году за служебный подлог привлекались к уголовной ответственности 1057 человек, в 2000 году — 1394. За халатность в 1999 году было привлечено к ответственности 1480 должностных лиц, в 2000 году — 1575. Волженкин Б.В. Служебные преступления. М.,2000.

Таким образом, статистические данные свидетельствуют не только о весьма неблагополучной динамике развития основных коррупционных преступлений, но и о негативных процессах, связанных с тем, что изменяется и личность коррупционера. При этом следует иметь в виду, что большинство коррупционеров являются латентными. Более того, как свидетельствует исторический опыт, к уголовной ответственности привлекаются, как правило, коррупционеры низшего и в крайнем случае, среднего уровня.

Объяснение указанного обстоятельства видится в следующем:

  • · возрастает профессионализм преступных организаций, составляющим элементом деятельности которых являются коррупционеры и совершение коррупционных преступлений;
  • · несовершенство действующего законодательства;
  • · терпимость и лояльность населения к коррупционным проявлениям;
  • · налажены тесные деловые контакты у лиц, владеющих крупными денежными суммами, добытыми преступным путем, с государственными служащими, занимающими руководящие посты с властными полномочиями.Сафронов А.Д. Политическая коррупция// материалы Круглого стола на тему » Политическая коррупция в России», 25 сентября 2002г

Нельзя не учитывать и того, что коррумпированные лица обладают не только государственными способностями и профессиональными знаниями, но и определенным криминальным опытом; сами могут проявлять инициативу, выполняя те или иные действия (бездействия) в интересах подкупивших их лиц.

Коррупционеров трудно выявить еще и потому, что уголовной ответственности подлежат как они сами, так и лица, их подкупившие. И те и другие заинтересованы сохранять свою преступную деятельность в тайне, оказывая противодействие расследованию в самых различных формах. Обе стороны стараются действовать без очевидцев, принимают меры к сокрытию и уничтожению следов преступления, прибегают в случае возбуждения уголовного дела к фальсификации доказательств, подкупают или запугивают соучастников и свидетелей преступления, а в последнее время и лиц, производящих расследование и изобличение виновных. Сафронов А.Д. Политическая коррупция// материалы Круглого стола на тему » Политическая коррупция в России», 25 сентября 2002г.

Следует также иметь в виду, что коррумпированные должностные лица оказывают противодействие правоохранительным органам путем использования личных связей в государственных учреждениях.

Следовательно, личность коррупционера, занимающего достаточно высокий государственный уровень во многом остается неизученной.

А чтобы личность коррупционера была изучена нами более полноаспектно, я хочу рассмотреть конкретный пример- личность взяткополучателя.

Для характеристики личности взяткополучателя я воспользовалась данными, полученными при изучении уголовных дел о взяточничестве, рассмотренных Ангарским городским судом, Кировским и Октябрьским районными судами г. Иркутска, Иркутским областным судом. Изучено 52 уголовных дела с 1984 по 1999 год. В их числе: 37 дел по обвинению в получении взятки, 10 дел по обвинению в даче взятки, 5 уголовных дел по обвинению в даче и получении или в посредничестве в даче взятки. По этим делам в общей сложности осуждено 15 взяткодателей и 52 взяткополучателя. Минкина Н. Характеристика личности взяткополучателя// Российская юстиция ,2002. № 8.

Среди осужденных взяткополучателей (в обиходе называемых » взяточниками») 85%мужчин и 15% женщин. Наблюдается феминизация взяткополучателей в 90-х гг. по сравнению с 80-ми гг.: согласно изученным материалам в 80-е гг. по обвинению в получении взятки к ответственности привлечено 90% мужчин и 10% женщин; в 90-е гг. — 81% и 19% соответственно. Средний возраст женщин, осужденных за получение взятки,-43 года, мужчин- 33 года. Средний возраст осужденных обоих полов составляет 38 лет.

Общая тенденция » омоложения» преступности заметна и по данной категории дел: все чаще к ответственности за получение взятки привлекаются лица в возрасте от 21 года (с учетом специального признака субъекта преступления) до 30 лет. Возрастная структура указанных лиц такова: взяткополучатели в возрасте 21-30 лет- 44,6%; 30-35 лет- 30%; 35-40 лет- 8,4%; более 40 лет- 17%. В возрастной группе более 40 лет мужская преступная активность резко падает в отличие от женской.

На поведение, сферу интересов, круг общения, способ достижения жизненных целей личности влияет образование. Взяткополучатель, в отличие от других преступников, как правило, значительно более образованный человек. 44% осужденных взяточников имели высшее профессиональное образование, 20%- высшее юридическое образование, 26%- общее среднее образование, 19%- среднее специальное, 11%- среднее техническое. Взяткополучатели- это не только в большинстве случаев люди с высшим образованием и высоким уровнем знаний, но и нередко пользующиеся уважением и авторитетом окружающих.

К моменту совершения преступления и вынесения приговора 81% взяточников состояли в браке; 15%- в браке не состояли; 4%- находились в фактических брачных отношениях. 45%-имели на иждивении по одному ребенку; 19%- двоих детей; 13%- троих детей либо двоих детей и мать-пенсионерку (неработающую, беременную или серьезно больную жену либо родственника-инвалида).

Приведенные цифры показывают, что одним из условий, способствовавших получению взятки, было стечение неблагоприятных семейных обстоятельств, что, разумеется, не умаляет тяжести совершенного деяния, но учитываются в качестве смягчающего обстоятельства согласно уголовному законодательству.

Фрустрация, переживаемая человеком, который сознает невозможность законными средствами изменить противостоящую ему и воспринимаемую как враждебную, нищенскую действительность, выполнить свою важнейшую социальную роль — кормильца семьи, зачастую порождает депрессию либо агрессивность.

Такие нравственно-эмоциональные состояния резко снижают активность в оперативно-служебной деятельности, а властные полномочия, компрометирующие материалы, специальные средства и оружие, находящиеся в распоряжении сотрудника способны превратиться в потенциальные источники повышенной общественной опасности. Ряд сотрудников использую высокодоступную возможность изменить неблагоприятные жизненные обстоятельства нужды и унижения бедностью, устранить фрустрирующий фактор посредством конвертации своих властных полномочий в материальные ценности. Очень немногие сотрудники рассчитывают улучшить свое материальное положение за счет легальных преимуществ служебного роста. Слишком незначительна разница в должностных окладах между подчиненными и их руководителями. Сафронов А.Д. Политическая коррупция// материалы Круглого стола на тему » Политическая коррупция в России», 25 сентября 2002г.

73 % осужденных взяточников работали в правоохранительных органах, 6,3%-работники органов государственного и муниципального управления, 27%- работники различных государственных и муниципальных организаций и 4%- преподаватели вузовМинкина Н. Характеристика личности взяткополучателя// Российская юстиция ,2002. № 8. .

Однако на данный момент статистика представляет нам немного иную информацию: Сколько взяток платит Россия?- Экспертный Совет МОД » Против коррупции» //Российская газета, 18 мая 2006 г.

Таблица

Виды деятельности

2001 г.

2005 г.

Нефинансовая, контрольная, надзорная

39,5%

38,9%

Фискальная, налоговая

19%

12,2%

Лицензионная

19%

16,4%

Таможенная

4,2%

1,2%

Правоохранительная

10,5%

11,8%

Иная деятельность

3,3%

3%

  • 97,8% осужденных взяткополучателей совершили преступление впервые, у 2,2%- это была вторая судимость, причем первая была также за корыстное преступление — подделку или сбыт поддельных документов. Кроме того, по результатам проведенного криминологического исследования в 20,5% случаев взятка получалась группой лиц по предварительному сговору, причем, как правило, лиц молодого возраста.
  • 55% осужденных имели положительные характеристики по месту работы, 34%- характеризовались неоднозначно, 11% характеризовались крайне отрицательно, как посредственные работники, с низкими результатами работы. Часто меняющие место работы.

В 15% случаях взятки получены от лиц, зависимых по работе либо по учебе (студент-преподаватель); в 68% — от лиц, подконтрольных в силу служебных полномочий; в 17% — от знакомых и через знакомых как » благодарность». Минкина Н. Характеристика личности взяткополучателя// Российская юстиция ,2002. № 8.

45% осужденных признали свою вину полностью и раскаялись, иногда даже способствовали раскрытию преступления и добровольно возмещали ущерб. 55% осужденных свою вину не признали, отрицая сам факт взяточничества либо объясняя, что брали » в долг», «это был наш расчет». Жизненное кредо такого взяточника: » такова традиция», «не я первый, не я последний». По-видимому, он желает оставаться как в собственных глазах, так и в представлении окружающих порядочным человеком. Стала реальным фактом и высокая прагматичная толерантность (терпимость) руководителей органов внутренних дел и их подразделений к «мягкой» коррупции подчиненных, т.е. к мздоимству, не связанному с совершением других противоправных действий и вымогательством, поскольку она реально позволяет удержать часть кадров от увольнения и самим руководителям получать теневой доход. Сафронов А.Д. Политическая коррупция// материалы Круглого стола на тему » Политическая коррупция в России», 25 сентября 2002г.

Это свидетельствует о различных деформациях нравственного и правового сознания взяточника. Он, игнорируя требования уголовного закона, рассматривает получение взятки не как преступление, а как » норму жизни». Нельзя заподозрить взяточников в правовой неграмотности, скорее всего им потеряны ориентиры правомерного поведения; для них характерен правовой цинизм, а также значительно заниженные требования к себе и своим поступкам; назначенное им наказание они считают слишком суровым. Взяточникам в целом свойственно стремление к самооправданию, иногда даже » облагораживание» своего поведения.

Проведенное исследование дает некий обобщенный статистический «портрет» взяткополучателя с указанием на его социально-демографические, уголовно-правовые и психологические качества, таким образом, и являясь характеристикой личности взяткополучателя (а в его лице и коррупционеров вообще).

2.3.2. Особенности личности преступника-коррупционера

Пока существует преступность, проблема личности преступника будет сохранять свою актуальность. Постоянное, непрерывное изучение личности преступника необходимо для того, чтобы систематически выявлять и оценивать присущие ей черты характера (свойства), интересы, стремления и т.д. Такие и многие другие сведения о личности преступника – это своеобразная информационная база предупреждения преступности. Данные, полученные о личности и ее поведении, позволяют избрать такие методы и средства профилактики, которые наиболее адекватны особенностям именно этого типа личности. Знание личности преступника – важная и необходимая предпосылка научно обоснованной, успешной профилактики прежде всего индивидуального преступного поведения, — отмечают авторы учебника под редакцией Г.А. Аванесова27.

В криминологической и иной социологической литературе уже стало традицией начинать изучение личности преступника с анализа ее социально-демографических признаков. «Обнаружение в массе преступников каких-либо значительных отличий от населения в целом может свидетельствовать о повышенной предрасположенности к преступной деятельности отдельных общественных слоев или групп, об их «вкладе» в преступность»28. Без социально-демографической характеристики изучение личности преступника будет неполной. Не случайно ее признаки отражаются при расследовании уголовного дела, в процессе оперативно-розыскной деятельности.

«Социально-демографические свойства личности преступника сами по себе не криминогенны. Но они связаны с условиями формирования личности и ее жизнедеятельности, взаимодействуют с ними, с потребностями, мотивацией, с социальными ролями личности. Поэтому социально-демографические свойства являются существенным компонентом обобщенного представления о личности преступника и имеют важное значение для разработки и осуществления мер профилактики преступного поведения»29.

В криминологии выявлены многие закономерности, позволяющие учитывать в профилактической работе те или иные особенности социально-демографического характера: возраст, уровень образования, семейное положение, место службы и др. Указанные признаки важны при характеристике любых типов преступников, но они имеют определяющее значение при характеристике изучаемой категории преступников. Характер и место работы (службы) являются значительными при квалификации преступления как должностного и т.п.

Возраст. Возрастные особенности должны интересовать криминолога прежде всего как результат социальных изменений личности. Человек – существо социальное, поэтому с изменением возраста наступают не только биологические (физиологические) изменения его организма, изменяется обстановка, условия, в которых находится, живет, трудится человек, изменяются его социальные функции, социальный опыт, привычки, характер, способы реагирования на конфликтные ситуации.

Возраст во многом определяет потребности, жизненные цели людей, круг их интересов, образ жизни, что не может не сказаться на противоправных действиях. С изменением возраста естественно происходит изменение самой личности, меняются ее социальные позиции, роли и функции, опыт, привычки, мотивация поступков, реакция на различные конфликтные ситуации и т.п. Все это оказывает существенное влияние на поведение человека.

Возрастная характеристика позволяет делать выводы о криминологической активности и особенностях преступного поведения представителей различных возрастных групп, обусловленных психологическими особенностями их представителей30. Последняя проявляется в явном виде при рассмотрении навыков выхода из конфликтных ситуаций, в адаптационных возможностях.

Вопрос о влиянии возраста на преступность давно вызывает споры в юридической науке (Ч. Ломброзо31, М.Н. Гернет32, 1906; В.Н. Кудрявцев33, 1975; О.Д. Ситковская34, 1998; К. Бартол35, 2003 и др.). Так, М.Н. Гернет, не отрицая значения возраста для характера преступности, признавал, что его физиологическое влияние нейтрализуется действием более могучего фактора – социального и может быть устранено соответствующим реформированием социальной среды преступника36.

Семейное положение. Общеизвестна антикриминогенная роль семьи: «Семейное положение и его изменение у лиц, совершивших преступления, воздействует на формирование личностных качеств; определенным образом оно влияет на направленность и устойчивость преступного поведения…

… В целом распространенность преступности среди лиц, имеющих семью, ниже, чем среди холостяков и одиноких. В большинстве случаев семья стимулирует положительное поведение, осуществляет социальный контроль»37.

Отдельные авторы из числа криминологов в социально-демографической характеристике личности приоритет отдают семье: «Семья для большинства является значимым институтом. Некоторая вариация степени важности определяется, в первую очередь, тем, насколько удачно семейная жизнь сложилась у них самих. Остальные факторы – пол, возраст, уровень жизни – хотя и влияют на оценку важности, имеют меньшее значение»38.

Исследования последних лет показывают, что семейная ситуация способна определять поведение лица во всех остальных сферах — способствовать или препятствовать трудовой активности, стимулировать тот или иной тип потребления, определять психологическое самочувствие человека и тем самым влиять на состояние его здоровья39.

В литературе распространено мнение, что на совершение преступления, как правило, идут лица, не имеющие семьи, не испытывающие ее положительного влияния, не задумывающиеся о последствиях совершенного ими для близких. Этого нельзя сказать о лицах, являющихся объектом диссертационного исследования.

Следует отметить, что среди лиц, отбывающих наказание в виде лишения свободы за рассматриваемые преступления, превалируют осужденные, состоящие в зарегистрированном браке. Их удельный вес составляет 77,2%. Соответственно удельный вес лиц, состоявших в незарегистрированном браке равен – 22,8%; 6,6% осужденных заключили брак во время отбывания наказания. Нельзя не заметить значительную долю браков, которые распадаются во время отбывания наказания. Их доля среди лиц, состоявших в зарегистрированном браке, составляет 25,0%, среди лиц, состоящих в незарегистрированном браке – 7,7%.

Образовательный уровень. На поведение личности, сферу ее интересов, круг общения, выбор способов реализации жизненных целей влияет образование. «Высокий образовательный уровень проявляется как антикриминогенный фактор. Чем выше образование человека, тем менее вероятно совершение им преступления.

Характеристика образования лиц, совершивших преступления, имеет криминогенное значение, поскольку связана с культурой личности, ее социальным статусом, кругом интересов, жизненными планами и возможностями их реализации»40.

Побудить к пересмотру своих жизненных взглядов невозможно без убеждения последнего в ошибочности избранного им преступного образа жизни. «Изменение сложившихся асоциальных убеждений связано с обращением, прежде всего, к сознанию осужденного, его разуму. Важнейшим условием формирования убеждений является приобретение осужденным знаний о человеке как личности, преобразующей мир»41.

Известно, что образовательный уровень человека тесным образом связан с формированием его ценностных ориентаций, потребностей, интересов, выработкой мировоззрения, нравственным и духовным обликом42.

Высокий образовательный уровень преступников рассматриваемой категории обусловлен, на наш взгляд, следующими обстоятельствами. Во-первых, сам характер преступлений, особенно должностных, требует особой подготовки и профессиональных знаний, тем более чем выше должностное положение, тем более высокая профессиональная подготовка необходима лицу. Во-вторых, приведенные показатели об образовании формализованы и далеко не всегда отражают уровень фактической подготовленности и социальной зрелости личности. Здесь факт завершения образования и связанные с этим социальные ожидания у них не всегда правильно соотносятся с фактическим уровнем подготовки и, более того, нередко имеют тенденцию к завышенной самооценке. Таким образом, наличие диплома об образовании далеко не всегда говорит о грамотности и морально-нравственной выдержанности лица.

Изучение социально-демографических признаков показало, что для лиц, совершивших преступления коррупционного характера, является характерным: достаточно солидный возраст – 35,5 лет, что, в свою очередь, в значительной мере объясняет наличие у них в большинстве случаев семьи (63,2% ее имеют); характер совершенных преступлений презюмирует наличие определенного должностного положения, что, в свою очередь, предъявляет требования к образовательному уровню. Этим и объясняется их высокий образовательный уровень: 83,3% имеют образование среднее профессиональное и высшее; у 54,3% респондентов образование высшее, средний уровень образования 11,5 условных классов; большинство сотрудников, совершивших преступление, закончили гражданское высшее учебное заведение.

Уголовно-правовые признаки

Характер совершенного преступления. В большинстве случаев наиболее значимые отрицательные качества, характеризующие лиц, изучаемых нами, в концентрированном виде проявляются через совершаемые ими преступления. Важность данной характеристики определяется тем, что «она дает представление именно о тех чертах личности…, существование которых привело … к совершению преступления»43.

Уголовное законодательство основывается на необходимости учета особенностей личности при назначении наказания (ст. 52, 60 УК РФ). По мнению М.Р. Гета, обращение законодателя к требованию характеристики личности субъекта преступления обусловливается задачами следующего характера: выявление предпосылок исправления лица, совершившего уголовно наказуемое деяние; установление социальных последствий применения уголовно-правовых мер для преступника и его близких44.

Всякое воздействие, совершенное человеком, в большей или меньшей степени несет на себе отпечаток его личности. Это в особенной мере касается преступления, в котором проявляются многие черты личности виновного, особенно те дефекты, которые привели к преступлению и с которыми в первую очередь нужно бороться. В этом плане преступления, совершаемые сотрудниками правоохранительных органов, обладают такой специфической чертой – посягательство как минимум на два объекта. Совершая преступления, сотрудник правоохранительного органа нарушает нормальную деятельность органов правосудия и личную неприкосновенность граждан. «Поскольку работники правоохранительной системы наделены властными полномочиями, каких не имеют многие должностные лица, то преступность их не только специфична, но и во многих случаях более болезненно отзывается на функционировании государственного и общественного организма, правах и свободах личности»45. Общественная опасность преступлений, совершаемых сотрудниками учреждений и органов, исполняющих наказания, повышается еще и за счет того, что потерпевшие от них защищены в меньшей степени.

Коррупционные преступления в ранжированном ряду расположились в следующем порядке: получение взятки (ст. 209 УК) – 44,5%; злоупотребление должностными полномочиями (ст. 285 УК) – 26,3%; превышение должностных полномочий (ст. 286 УК) – 20,4%; присвоение или растрата (ст. 160 УК) – 3,7%; вымогательство (163 УК) – 2,9 %. Анализ указанных преступлений показывает:

  1. При получении взятки (ст. 290 УК) наибольшую долю составляют деяния, предусмотренные ч. 2 ст. 290 УК — получение ее должностным лицом за незаконные действия (бездействие) – 57,4%; далее – получение должностным лицом лично или через посредника взятки в виде денег, ценных бумаг, иного имущества или выгод имущественного характера за действия (бездействие) в пользу взяткодателя или представляемых им лиц, если такие действия (бездействие) входя в служебные полномочия должностного лица либо оно в силу должностного положения может способствовать таким действиям (бездействию), а равно за общее покровительство или попустительство по службе (ч. 1 ст. 290 УК) – 39,3%; деяния, предусмотренные ч. 1 и 2 ст. 290 УК, совершенные с вымогательством взятки (п. «в» ч. 4 ст. 290 УК) занимают третье место и составляют 3,4%.

  2. При злоупотреблении должностными полномочиями (ст. 285 УК) превалируют деяния в форме использования должностным лицом своих служебных полномочий вопреки интересам службы, если это деяние совершено из корыстной или иной личной заинтересованности и повлекли существенные нарушения прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества или государства (ч. 1 ст. 285 УК) – 96,9%. Деяния, предусмотренные ч. 1 ст. 285, повлекшие тяжкие последствия (ч. 3 ст. 285 УК), составляют 3,1%.

  3. В деяниях, предусмотренных ст. 286 УК (превышение должностных полномочий) наибольший удельный вес приходится на совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества или государства (ч. 1 ст. 286 УК) – 78,6%; удельный вес деяний, предусмотренных ч. 1 ст. 286 УК, совершаемые с применением насилия или с угрозой его применения, с причинением тяжких последствий (соответственно п. «а» и «в» ч. 3 ст. 286 УК) составляет 21,4%.

Следует заметить, что часть коррупционных преступлений совершаются в совокупности с другими преступлениями. Среди них: нарушение тайны переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных или иных сообщений (ст. 138 УК) – 9,5%; мошенничество (ст. 159 УК) – 19,1% и разбой (ст. 162 УК) – 19,1%; незаконные приобретение, хранение, перевозка, изготовление, переработка наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов (ст. 228 УК) – 47,6%; склонение к потреблению наркотических средств или психотропных веществ (ст. 230 УК) – 4,7%. В целом доля преступлений в сфере незаконного оборота наркотиков превалирует и составляет 52,3% от числа всех преступлений, совершаемых в совокупности с коррупционными преступлениями. В порядке иллюстрации можно привести несколько примеров.

Должностных лиц по последствиям совершенного деяния можно классифицировать на две группы: лица, совершившие деяния, содержащие формальный состав преступления (получение взятки – ст. 290 УК РФ, дача взятки – ст. 291 УК РФ, служебный подлог – 292 УК РФ); лица, совершившие деяния, повлекшие наступление материальных последствий (злоупотребление должностными полномочиями – ст. 285 УК РФ, превышение должностных полномочий – ст. 286 УК РФ).

Совершение преступления в соучастии. Общеизвестно, что преступление, совершенное в соучастии, является наиболее общественно опасным. Это обусловливается тем, что такие преступления приводят к наиболее тяжким последствиям, их легче скрыть и труднее раскрывать. Поэтому и лица, совершившие такие преступления, представляют наибольшую опасность. Данные преступления не только труднее раскрывать, но тяжесть их последствий увеличивается: наряду с последствиями уголовно-правового характера.

Судимость. Следует заметить, что и в целом из числа всех лиц, осужденных за коррупционные преступления, доля лиц, ранее привлекаемых к уголовной ответственности незначительна и составляет 7,0%46.

Назначенный срок наказания. Наказание является одним из важнейших уголовно-правовых средств борьбы с преступлениями. В ст. 60 УК РФ говорится, что «лицу, признанному виновным в совершении преступления, назначается справедливое наказание в пределах, предусмотренных соответствующей статьей особенной части настоящего Кодекса». «Угроза применения репрессивных мер удерживает потенциального правонарушителя от совершения преступления», – пишут Л. Прохоров и М. Тащилин47. Не случайно проблема наказаний, санкций является предметом ряда диссертационных исследований48. Крайне важным в этом плане является определение срока наказания. «Свою служебную роль санкция выполняет при условии, если ее минимальный и максимальный пределы соответствуют опасности преступления и если она эффективно используется судами»49.

Основным уголовно-правовым критерием характера и степени общественной опасности личности преступника является совершенное им преступное деяние. В зависимости от тех или иных обстоятельств дела оценка общественной опасности совершенного преступления и личности виновного конкретизируется в приговоре суда. В этом плане назначенное судом наказание представляет собой официальную оценку общественной опасности личности виновного.

«Изучение данного показателя уголовно-правовой характеристики позволяет проанализировать правоприменительную практику, выявить закономерности в назначении наказания различных категорий лиц. С другой стороны, величина назначенного срока наказания оказывает большое влияние на осужденного. Срок одного и того же размера одними осужденными может рассматриваться как справедливое воздаяние за совершенное преступление, другие могут воспринимать его как несправедливую кару»50.

Исходя из вышеизложенного можно сделать вывод, что при назначении наказания за коррупционные преступления суд главным образом, оценивает личность осужденного. Именно она, её признаки чаще всего и определяют уровень судебной репрессии, характер и вид наказания. При изучении судебных приговоров по делам указанного характера не удалось установить мотивы принятия таковых решений, хотя на необходимость их указывать в приговоре суда, наряду со сведениями, характеризующими личность подсудимого, мотивы принятых решений по всем вопросам, относящимся к назначению уголовного наказания, указывается Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11 января 2007 года №2 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания»51.

Тот факт, что основным наказанием, назначаемым за коррупционные преступления, является лишение свободы объясняется, в том числе, наличием в санкциях приводимых статьей УК РФ, главным образом, только этого вида наказания. Хотя они содержат и иные наказания (ограничение свободы – ч. 1 ст. 163 УК; арест – ч. 1 ст. 285 УК; ч. 1 ст. 286 УК; обязательные работы – ч. 1 ст. 291УК). Однако в одних случаях некоторые из них в настоящее время еще не применяются (арест), или практика их назначения невелика (обязательные работы, ограничение свободы).

Изучение уголовно-правовых признаков лиц, совершивших преступление коррупционного характера, позволяет сделать вывод, что для них характерным является: получение взятки за незаконные действия (бездействие) – ч. 2 ст. 290 УК; получение взятки за действия (бездействие), если они входили в их служебные полномочия либо преступник в силу должностного положения способствовал таким действиям (бездействию), а равно покровительствовало или попустительствовало по службе (ч. 1 ст. 290 УК); использование своих служебных полномочий вопреки интересам службы (ч. 1 ст.285 УК); совершение действий, явно выходящих за пределы их полномочий (ч.1 ст.286 УК). В большинстве случаев преступления совершаются в соучастии (60,3%). Целью совершения преступления является получение материальной выгоды в различных формах: получение денег, ценностей, и иного имущества, услуг имущественного характера, представление определенной выгоды осужденному другими физическими лицами; отсутствие судимости; среди видов назначаемых наказаний превалирует лишение свободы, которое к 38,8% лицам назначается условно; к 38,8% осужденных в качестве дополнительного назначается наказание в виде лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью; средний срок назначенного реального лишения свободы составляет 4,9 лет.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *