Обход закона ГК РФ

«Обход закона» в гражданском праве: форма злоупотребления правом или самостоятельная юридическая конструкция? Текст научной статьи по специальности «Государство и право. Юридические науки»

УДК 347

М. В. Вронская1

Владивостокский государственный университет экономики и сервиса Владивосток. Россия

«Обход закона» в гражданском праве: форма злоупотребления правом или самостоятельная юридическая конструкция?

В статье рассматриваются феномен обхода закона в гражданском праве, основные проблемы и противоречия в понятийном аппарате данной юридической конструкции в условиях трансформации российской правовой системы и совершенствовании гражданского законодательства.

Ключевые слова и словосочетания: обход закона, злоупотребление правом, правонарушение, закон, реформа гражданского законодательства, судебное толкование, доктрина гражданского права.

M. V. Vronskaya

Vladivostok State University of Economics and Service Vladivostok. Russia

«Circumventing the law» in civil law: the form of abuse of law or an independent legal structure?

В процессе реформирования гражданского законодательства существенной переработке подверглась ст. 10 Гражданского кодекса (далее — ГК РФ) «Пределы осуществления гражданских прав». С 1 марта 2013 г. вступила в силу новая редакция ст. 10 ГК РФ, в ч. 1, 3 которой вводится запрет на обход закона с противоправной целью .

К действиям, направленным на обход закона, будут применяться те же последствия, которые установлены для злоупотребления правом, тем самым законодатель определяет действия, направленные на обход закона в качестве формы злоупотребления правом. При этом закон не раскрывает содержания термина «обход закона», что, по всей видимости, дает простор для судебного толкования и теоретических изысканий.

1 Вронская Мария Владимировна — канд. юрид. наук, доцент кафедры частного права Института права; е-mail: m.vronskaya@mail.ru

Вронская М.В. «Обход закона» в гражданском праве…

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Отметим, что специфика и проблематика обхода закона настолько глубоки и неоднозначны, что становятся предметом споров не только на национальном, но и на международном уровне. В первую очередь дискуссия складывается вокруг самого понятия и природы «обход закона».

Понятие «обход закона» (frauslegi, agereinfraudemlegis, fraude a laloi, evasionoflaw, Gesetzesumgehung, fraudedeley, frodeallalegge) — многоаспектное и многозначное, истоки которого зародились в древнеримском праве. Так, Павел писал: «Contralegemfacit, quiidfacit, quodlexprohibet; infraudemvero, quisalvis-verbislegissententiameiuscircumvenit» (D. 1.3.29) («Поступает против закона тот, кто совершает запрещенное законом; поступает в обход закона тот, кто, сохраняя слова закона, обходит его смысл»). Согласно Ульпиану:»Frauslegifit, ubiquodfierinoluit, fieriautemnonvetuit, idfit: etquoddistatverbum a sententia, hocdistatfrausabeo, quodcontralegemfit» (D. 1.3.309) («Обход закона присутствует, когда делается то, чего закон не желает, но и не запрещает; и как сказанное слово отличается от мысли, так обход закона отличается от того, что противозаконно»). Данные определения можно расценивать не как юридические, а скорее обыденное. Тем не менее, очевидно, что древние философы усматривали в обходе закона именно нарушение права.

Понятие «обход закона» может использоваться в различных отраслях права. Наиболее известными сферами его применения являются гражданское, налоговое и международное частное право (в последнем используются понятия «обход собственного закона» (frauslegidomesticae) и «обход иностранного закона») (frauslegiextraneae).

Продолжая анализ, отметим также, что, в отличие от многих других юридических понятий, понятие «обход закона» обладает весьма размытым содержанием. «Понятие обхода закона не относится ни к блестящим монетам с четкой чеканкой, которые имеют хождение в судоговорении или науке права, ни к ясным юридическим конструкциям, кристаллизующимся, как только это потребуется, со всеми их сверкающими сторонами и все время остающимися неизменными ребрами и углами. Даже для посвященных видны лишь некоторые грани, и лишь слабая тенденция к четкости проявляется в окружающей ее зыбкости» .

В отношении понятия «обход закона» существуют самые разные взгляды, а для объяснения его природы выдвигались различные теории. Так, апологеты этого понятия утверждают, что оно обладает самостоятельной правовой спецификой и является весьма важным для правового регулирования, помогая нейтрализовать действия, которые с формальной точки зрения упрекнуть в незаконности нельзя, но которые, тем не менее, по своей сути являются противоправными: «Обходом закона является образ действий, нарушающий предписание закона не прямо, но подрывающий цель, на достижение которой это предписание направлено» ; «сделки, являющиеся сами по себе не противозаконными, но заведомо направленными к достижению результатов, не допускаемых законом» ; «под обходом закона понимается осуществление поведения, нарушающего интерес, обеспечиваемый обходимым законом, намеренно без вызывания действия этого закона» .

Территория новых возможностей. Вестник ВГУЭС. 2015. № 3 (30)

Это понятие используется для характеристики изобретения института доверительной собственности в праве Англии. О.С. Иоффе с его помощью описывает случай привлечения к постоянной работе под видом договора поручения работника, должность которого штатным расписанием не предусмотрена. Л.П. Короткова характеризует им фиктивные браки.

Кроме того, даже действия судов могут быть объявлены «обходом закона»: Ю.И. Свядосц указывает: «Учитывая потребности оборота, судебная практика ФРГ в обход закона разработала также институт обеспечительного присвоения…» (аналогичные примеры из мусульманского права: «Неизменность догмы религиозного права и застывшая в своем развитии доктрина привели к тому, что в судебной практике появилась масса случаев обхода закона. Например, для заключения сделки о предоставлении займа под проценты, что противоречит положению Корана о запрете ростовщичества и потому недопустимо, была разработана техника «двойной продажи». Согласно этой технике должник «продает» кредитору какой-либо предмет, который кредитор тут же «продает» обратно своему партнеру по сделке по цене выше первоначальной на сумму заранее оговоренных процентов, причем оплата должна произойти в момент истечения срока кредита. С помощью таких правовых уловок (hiyal — хияль) можно было добиться, чтобы доктрина соответствовала нормам шариата, а суды учитывали требования практики»). В чем же тогда состоит суть понятия «обход закона», если даже и суд может «обойти» закон?

В качестве ярких примеров международной судебной практики можно привести следующие постановления Европейского суда по правам человека (далее ЕПСЧ):

1. Постановление от 29 октября 1992 г. по делу OpenDoor и DublinWellWoman против Ирландии (заявления №14234/88; 14235/88). По данному делу ЕСПЧ признал, что права заявителей (женские клиники — OpenDoor и DublinWellWoman) по ст. 10 Конвенции («Свобода выражения мнения») были нарушены. Содействие клиник женщинам в получении медицинской помощи за рубежом в связи с абортами, запрещенными в Ирландии, ЕСПЧ никоим образом не связал с «обходом закона», хотя национальные суды основывали свои решения именно на том, что клиники «обходили» закон Ирландии при помощи иностранного права.

2. Постановление от 28 сентября 2007 г. по делу Вагнер и Дж. М.В.Л. против Королевства Люксембург (жалоба №76240/01). В данном деле ЕСПЧ также признал отсутствие попытки «обхода закона» со стороны незамужней подданной Люксембурга Вагнер, которая усыновила ребенка в Перу по законам этой страны (законы Люксембурга не позволяли усыновление лицам, не состоящим в браке) и затем попыталась признать усыновление со стороны властей Люксембурга, в чем ей было отказано со ссылкой на «обход закона». ЕСПЧ признал наличие нарушения ст. 14 («Запрещение дискриминации») и 8 («Право на уважение частной и семейной жизни») со стороны Люксембурга.

Российская судебная практика также не единообразна в определении природы «обхода закона» . Так, наиболее часто термин «обход» употребляется судом применительно к случаям несоблюдения законодательно установленных слу-

Вронская М.В. «Обход закона» в гражданском праве…

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

чаев несоблюдения законодательно установленных ограничений на совершение действий, а именно: определенного порядка, процедуры, формы, очередности, например, продажа государственного имущества без соблюдения ограничений, установленных законодательством о приватизации; заключение определенного договора с лицом, с которым договор не может быть заключен; погашение долга перед кредитором с нарушением порядка очередности, установленного законодательством о банкротстве, и др. Очевидно, что в указанных случаях имелось в виду нарушение пределов осуществления субъективного права или несоблюдение установленных законом запретов, что, по сути, является правонарушением. Представляется, что употребление термина «обход закона» в такого рода судебных решениях используется для констатации противоправности поведения субъектов и не имеет существенного значения для применения соответствующих юридических последствий.

В других случаях оценка такого поведения, как «обход закона», отождествляется с «притворностью» и «мнимостью».

Следует заметить, что в приведенных примерах под обходом закона понимается обход запрета. В указанных случаях субъекты стремятся избежать действия нормы, подлежащей применению.

В судебной практике встречаются и случаи использования термина «обход закона» применительно к обязывающему закону, как правило, в налоговых правоотношениях. В такой ситуации обход отождествляется со злоупотреблением правом. Указанная тенденция характерна для современной науки и судебной практики. Проблема обхода налогового закона, как правило, связывается со злоупотреблением правом в случае совершения налогоплательщиком действий, направленных на минимизацию налогообложения. Если такие действия прямо нарушают закон (сокрытие дохода, мошеннические сделки с компаниями-«однодневками» и т.п.), то поведение налогоплательщика оценивается как противоправное. Представляется, что обход налогового законодательства является обычным правонарушением, а не злоупотреблением правом.

Анализ складывающейся судебной практики употребления термина «обход закона» позволяет сделать некоторые предварительные выводы, поскольку говорить об однозначном понимании данного правового феномена рано, ведь цивили-стическая доктрина не имеет достаточно серьезных научных исследований, а юридическая практика еще не сложилась. Во-первых, как обход закона оцениваются действия участников правоотношений, совершенные с намерением устранить действие закона, подлежащего применению, либо, напротив, применить закон, не подлежащий применению, путем создания видимости наличия субъективного права. Во-вторых, под обходом закона понимают обход законодательно установленного запрета или, что встречается реже, неисполнение обязанности. Следовательно, обход закона должен оцениваться как правонарушение, и обсуждать следует нарушение обходимого закона.

Исходя из вышеизложенного, полагаем, что обход закона и злоупотребление правом — самостоятельные категории. В любом случае особая роль в толковании данного феномена отводится суду, который с учетом конкретных обстоятельств

Территория новых возможностей. Вестник ВГУЭС. 2015. № 3 (30)

дела должен выявить симуляцию в действиях субъекта. Следует помнить, что одним из значений слова «обойти» в русском языке является «обмануть».

В завершение следует также согласиться с Е.Н. Трубецким, который связывает понятие «обход закона» с проблемой толкования правовых норм, а, следовательно, отсутствие конкретной формулировки понятия «обход закона» в ГК РФ возможно было бы восполнить путем соответствующих разъяснений судами высшей инстанции. В этом плане включение в гражданское законодательство новой правовой конструкции «обход закона», а также ее судебного усмотрения и толкования в действиях субъектов в целом подтверждает тенденции развития феномена «бюрократизация права» российской системы права . 1 2 3 4 5 6 7

1. ФЗ от 30.12.2012 № 302-ФЗ «О внесении изменений в главы 1, 2, 3 и 4 ч. 1 ГК РФ» . — Режим доступа: http://www.pravo.gov.ru (дата обращения 31.12.2012).

2. Vetsch, J. Die Umgehung des Gesetzes. — Zurich, 1917. — S. 2.

4. Энциклопедия государства и права / отв. ред. П. Стучка и др. — М.: Изд-во Коммунистической Академии, 1925-1926. — Т. 1. — Ст. 1339.

5. Суворов, Е.Д. Обход закона. Сделка, оформляющая обход закона / Е.Д. Суворов. — М.: Издат. дом В. Ема, 2008.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

6. Сазонова, И.В. Обход закона в свете проекта изменений Гражданского кодекса Российской / И.В. Сазонова // Законы России: опыт, анализ, практика. — 2012. -№8.

7. Кравченко, А.Г. Феномен бюрократизации права: постановка проблемы / А.Г. Кравченко, А.Ю. Мамычев // Власть. — 2010. — №3. — С. 102-104.

Статья 10. Пределы осуществления гражданских прав

СТ 10 ГК РФ

1. Не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке.

2. В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

3. В случае, если злоупотребление правом выражается в совершении действий в обход закона с противоправной целью, последствия, предусмотренные пунктом 2 настоящей статьи, применяются, поскольку иные последствия таких действий не установлены настоящим Кодексом.

4. Если злоупотребление правом повлекло нарушение права другого лица, такое лицо вправе требовать возмещения причиненных этим убытков.

5. Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Комментарий к Ст. 10 Гражданского кодекса РФ

1. Статья посвящена пределам осуществления гражданских прав, под которыми понимаются границы деятельности управомоченного лица по реализации субъективного права. Пределы осуществления прав устанавливаются определенными правилами о недопустимости тех или иных средств их осуществления. Они могут выражаться в общих или конкретных запретах, иных правовых предписаниях.

Не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также совершение действий в обход закона с противоправной целью и иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом) п. 1 ст. 10 ГК РФ. Абзац 2 п. 1 указывает на недопущение прав в целях ограничения конкуренции и злоупотребления доминирующим положением на рынке.

Действующий ГК РФ не содержит определения злоупотребления правом, суть которого состоит в использовании права в противоречии с его назначением, что приводит к ущемлению интересов государства и других лиц. Однако, несмотря на отсутствие такого определения, в п. 1 ст. 10 ГК РФ обозначено пять видов злоупотребления правом:

— причинение вреда другому лицу;

— совершение действий в обход закона с противоправной целью;

— заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом);

— ограничение конкуренции;

— злоупотребление доминирующим положением на рынке.

Злоупотребление правом или употребление права во зло как гражданское правонарушение совершается при наличии вины. Вина может иметь различные формы. Первый вид злоупотребления — причинение вреда другому лицу совершается при наличии умысла, так же как и обход закона с противоправной целью.

Пределы действий людей устанавливает не только закон, но и такие категории нравственности, как добросовестность, справедливость, разумность. Гражданские права должны осуществляться добросовестно и разумно, а взаимоотношения сторон должны соответствовать идеям справедливости.

Перечень видов злоупотребления правом в ст. 10 ГК РФ значительно расширен, но он не является исчерпывающим. Отдельные нормы права предусматривают другие случаи и виды злоупотребления правом.

Распространенными в настоящее время нарушениями являются такие злоупотребления, как ограничение конкуренции и злоупотребление доминирующим положением на рынке.

Признаки ограничения конкуренции — сокращение числа хозяйствующих субъектов, не входящих в одну группу лиц, на товарном рынке, рост или снижение цены товара, не связанные с соответствующими изменениями иных общих условий обращения товара на товарном рынке, отказ хозяйствующих субъектов, не входящих в одну группу лиц, от самостоятельных действий на товарном рынке, определение общих условий обращения товара на товарном рынке соглашением между хозяйствующими субъектами или в соответствии с обязательными для исполнения ими указаниями иного лица либо в результате согласования хозяйствующими субъектами, не входящими в одну группу лиц, своих действий на товарном рынке, иные обстоятельства, создающие возможность для хозяйствующего субъекта или нескольких хозяйствующих субъектов в одностороннем порядке воздействовать на общие условия обращения товара на товарном рынке, а также установление органами государственной власти, органами местного самоуправления, организациями, участвующими в предоставлении государственных или муниципальных услуг, при участии в предоставлении таких услуг требований к товарам или к хозяйствующим субъектам, не предусмотренных законодательством РФ.

Понятие доминирующего положения дано в ст. 5 ФЗ от 26.07.2006 N 135-ФЗ «О защите конкуренции». Статья 10 этого Закона запрещает действия (бездействие) занимающего доминирующее положение хозяйствующего субъекта, результатом которых являются или могут явиться недопущение, ограничение, устранение конкуренции и (или) ущемление интересов других лиц (хозяйствующих субъектов) в сфере предпринимательской деятельности либо неопределенного круга потребителей. Перечень соответствующих нарушений, указанных в данном Законе, относится к разряду злоупотреблений хозяйствующим субъектом своим доминирующим положением. Ряд нарушений связан с порядком заключения или содержанием договоров. В этом плане неправомерными являются так называемые ограничительные договоры, которые включают дискриминирующие или иные условия, ставящие контрагента в неравное по сравнению с другими хозяйствующими субъектами положение. Это, например, установление, поддержание монопольно высокой или монопольно низкой цены товара, изъятие товара из обращения, запрещение перепродажи товара, купленного у монополиста, за рубеж, и напротив, ввоз из-за границы товаров, конкурирующих с продукцией монополиста, и другие злоупотребления.

2. При несоблюдении требований, указанных в п. 1 ст. 10 ГК РФ, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного нарушения отказывает лицу в защите принадлежащего ему права. Отказ в защите прав может быть осуществлен полностью или в какой-то части. Кроме того, суд может применить иные меры, предусмотренные законом (п. 2 ст. 10).

Следует учитывать, что п. 2 ст. 10 ГК РФ нельзя толковать расширительно. Отказывая в защите права в связи с конкретными допущенными злоупотреблениями, суд не может лишить субъективного права правонарушителя.

3. В случае совершения действий в обход закона с противоправной целью применяются последствия, предусмотренные п. 2 ст. 10, поскольку какие-либо другие последствия таких действий не установлены ГК РФ (п. 3 ст. 10 ГК РФ).

4. Злоупотребление правом не исключает случаев, когда его последствием является причинение убытков. В таких случаях лицо вправе требовать возмещения причиненных ему убытков (п. 4 ст. 10 ГК РФ). При этом могут быть взысканы прямые расходы, произведенные потерпевшим, и неполученные доходы (упущенная выгода), которые потерпевший получил бы, если бы не было допущено злоупотребление правом причинителем вреда.

5. Интерес представляет п. 5 ст. 10 ГК РФ: добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагается (см. п. 1 Постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»). Иначе говоря, добросовестность и разумность презюмируются. Значение данного пункта ст. 10 ГК РФ заключается в том, что он устанавливает правовую презумпцию, означающую, что разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений, гражданского оборота предполагаются и что презумпция распределяет бремя доказывания. Недобросовестность и неразумность действий лица должна доказывать противная сторона.

В Постановлении от 30.07.2013 N 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (см. п. п. 4, 5) Пленум ВАС РФ разъяснил, что добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством. В связи с этим в случае привлечения юридического лица к публично-правовой ответственности (налоговой, административной и т.п.) по причине недобросовестного и (или) неразумного поведения директора понесенные в результате этого убытки юридического лица могут быть взысканы с директора. При обосновании добросовестности и разумности своих действий (бездействия) директор может представить доказательства того, что квалификация действий (бездействия) юридического лица в качестве правонарушения на момент их совершения не являлась очевидной, в том числе по причине отсутствия единообразия в применении законодательства налоговыми, таможенными и иными органами, вследствие чего невозможно было сделать однозначный вывод о неправомерности соответствующих действий (бездействия) юридического лица.

В случаях недобросовестного и (или) неразумного осуществления обязанностей по выбору и контролю за действиями (бездействием) представителей, контрагентов по гражданско-правовым договорам, работников юридического лица, а также ненадлежащей организации системы управления юридическим лицом директор отвечает перед юридическим лицом за причиненные в результате этого убытки (п. 3 ст. 53 ГК РФ). При оценке добросовестности и разумности подобных действий (бездействия) директора арбитражные суды должны учитывать, входили или должны ли были, принимая во внимание обычную деловую практику и масштаб деятельности юридического лица, входить в круг непосредственных обязанностей директора такие выбор и контроль, в том числе не были ли направлены действия директора на уклонение от ответственности путем привлечения третьих лиц. О недобросовестности и неразумности действий (бездействия) директора, помимо прочего, могут свидетельствовать нарушения им принятых в этом юридическом лице обычных процедур выбора и контроля.

6. Судебная практика:

— Постановление Пленума ВС РФ от 24.03.2016 N 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (см. п. п. 2, 15, 19);

— Обзор практики рассмотрения судами дел по спорам о защите чести, достоинства и деловой репутации (утв. Президиумом ВС РФ 16.03.2016) (см. п. 18);

— Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2015) (утв. Президиумом ВС РФ 25.11.2015) (см. п. 4);

— Обзор судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав (утв. Президиумом ВС РФ 23.09.2015) (см. п. 39);

— Постановление Пленума ВС РФ от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (см. п. п. 1, 7, 8, 61, 63);

— Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2015) (утв. Президиумом ВС РФ 04.03.2015) (см. вопрос 6);

— Постановление Пленума ВС РФ от 29.01.2015 N 2 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (см. п. 52);

— Постановление Пленума ВАС РФ от 06.06.2014 N 35 «О последствиях расторжения договора» (см. п. 7);

— Постановление Пленума ВАС РФ от 16.05.2014 N 28 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью» (см. п. 10);

— Постановление Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 N 16 «О свободе договора и ее пределах» (см. п. п. 8, 9).

ПОНЯТИЕ «ОБХОД ЗАКОНА»: ВНЕДРЕНИЕ В РОССИЙСКОЕ ПРАВО

Данный сайт посвящен достаточно важному и принципиальному вопросу о том, следует ли закрепить в ГК РФ понятие «обход закона».

В проекте изменений в ГК РФ, представленном общественности в ноябре 2010 г., имеется новая версия ст. 10 «Пределы осуществления гражданских прав» (приводится в сравнении с действующей редакцией ст. 10 ГК РФ):

«1. Не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона, а также злоупотребление правом в иных формах иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке.

2. В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд, с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления, полностью или частично может отказать отказывает лицу в защите принадлежащего ему права, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

3. В случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются.

3. В случае, когда злоупотребление правом выражается в совершении действий в обход закона, последствия, предусмотренные пунктом 2 настоящей статьи, применяются, если иные последствия таких действий не установлены настоящим Кодексом.

4. Если злоупотребление правом повлекло нарушение права другого лица, такое лицо вправе требовать возмещения причиненных этим убытков (статьи 15, 1064).

5. Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются».

Думается, что внедрение в ГК РФ понятия «обход закона» было бы глубоко ошибочным шагом. Эти два смутные слова способны перечеркнуть многие достижения российской цивилистистики за последние 20 лет.

Теория «обхода закона» уходит корнями в источники римского права. Павел писал: «Contra legem facit, qui id facit, quod lex prohibet; in fraudem vero, qui salvis verbis legis sententiam eius circumvenit» (D. 1.3.29) («Поступает против закона тот, кто совершает запрещенное законом; поступает в обход закона тот, кто сохраняя слова закона, обходит его смысл») (перевод привед. по: Дигесты Юстиниана. Избранные фрагменты в переводе и с примечаниями И.С. Перетерского. — М.: Наука, 1984. С. 33). Согласно Ульпиану «Fraus legi fit, ubi quod fieri noluit, fieri autem non vetuit, id fit: et quod distat verbum a sententia, hoc distat fraus ab eo, quod contra legem fit» (D. 1.3.309) («Обход закона присутствует, когда делается то, чего закон не желает, но и не запрещает; и как сказанное слово отличается от мысли, так обход закона отличается от того, что противозаконно») (Бартошек М. Римское право. Понятия, термины, определения. — М.: Юрид. литература, 1989. С. 396). Данные определения можно расценивать как не юридические, а скорее публицистическо-обыденные.

Однако именно на них базируется крайне любопытный и парадоксальный взгляд на «обход закона» как правовой институт sui generis, смысл которого состоит в противодействии использованию законных сделок и действий, в итоге приводящих, однако, к не соответствующим закону результатам ввиду нарушения ими некоей цели (смысла, интереса) закона: «Обходом закона является образ действий, нарушающий предписание закона не прямо, но подрывающий цель, на достижение которой это предписание направлено» («Umgehung des Gesetzes ist ein Vorgehen, das nicht direkt gegen eine gesetzliche Bestimmung verstoesst, aber doch den Zweck einer solchen vereiteln» (Vetsch J. Die Umgehung des Gesetzes. — Zurich, 1917. S. 12)); «сделки, являющиеся сами по себе не противозаконными, но заведомо направленными к достижению результатов, не допускаемых законом» (Энциклопедия государства и права / П. Стучка (отв. ред.) и др. — М.: Изд-во Коммунистической Академии, 1925—1926. Т. 1. Ст. 1339); «Сделка признается совершенной в обход закона, когда она по своему содержанию соответствует закону, но в результате этой сделки, в совокупности с иными обстоятельствами, — возникает положение, находящееся в несоответствии с законом» (Перетерский И.С. Сделки, договоры. Гражданский Кодекс РСФСР. Научный комментарий (с учетом гражд. код. союзных респ.). Выпуск V. С. 18); Сделкою, совершенною в обход закона, считается такое соглашение, в силу которого стороны заключают один или несколько договоров, из которых каждый формально законен и действителен, но по существу каждый способствует достижению незаконной цели…» (Новицкий Т.Н. Общая часть Гражданского Кодекса РСФСР. С. 35. Можно привести и иные примеры: «Обход закона состоит в том, что участники запрещенной сделки избирают для достижения результатов, запрещенных законом, какую-нибудь дозволенную сделку, с помощью которой пытаются осуществить свои цели» (Зимилева М.В., Серебровский В.И., Шкундин З.И. Гражданское право. Учебник для юридических школ. — М., 1944. С. 48); «под обходом закона понимается осуществление поведения, нарушающего интерес, обеспечиваемый обходимым законом, намеренно без вызывания действия этого закона» (Суворов Е.Д. Обход закона. Сделка, оформляющая обход закона. — М.: Издат. дом В. Ема, 2008. С. 159).

Очевидно, что разработчики новой редакции ст. 10 ГК РФ использовали именно эту теорию. Нужно отдать им должное: они использовали ее не в «чистом виде», а в ограниченном, связав ее применение со злоупотреблением правом.

Впрочем, важно понимать, что в итоге имело место не механистичное связывание понятия «обход закона» с понятием «злоупотребление правом», а связывание «креативное», состоящее в расширении значения понятия «злоупотребление правом», в придании ему нового смысла. Теперь в предлагаемой ст. 10 злоупотребление правом предстает не только в виде традиционной шиканы либо использования права во зло другим конкретным частным субъектам или же некоему кругу лиц, но и в виде «обхода закона», т.е. в виде действий, которыми хотя лицо и реализует свое основанное на законе право, но которые не отвечают цели (смыслу, интересу) такого закона. Было бы ошибкой полагать, что по замыслу разработчиков новой редакции ст. 10 ГК РФ «обход закона» будет иметь место именно при наличии традиционного злоупотребления правом, которое дополнительно должно не отвечать цели (смыслу, интересу) закона. Нет, по такому замыслу если любое действие не отвечает цели (смыслу, интересу) закона, то уже одного этого достаточно для его квалификации как «обхода закона».

Иными словами, новая редакция ст. 10 ГК РФ запрещает использование права во зло не только другим конкретным частным субъектам или же во зло не только некоему кругу лиц, но и во зло самому закону, в «подрыв» его цели, смысла, интереса. Теперь благодаря попытке внедрения понятия «обход закона» в ГК РФ следует отличать цели и интересы конкретных частных субъектов или же некоего круга лиц (достаточно узкого или же крайне неопределенного) от целей и интересов соответствующих законов.

Важно также отметить, что хотя отождествлять публичные интересы и цели и интересы соответствующих законов в большинстве случаев возможно, однако ставить между ними знак равенства все же нельзя: не исключены случаи, когда публичный интерес может разойтись с целью и интересом какого-то закона, при помощи которого государство может стремиться решить свои собственные задачи (при этом государство может открыто говорить о том, что эти задачи имеют приоритет над публичным интересом либо может замаскировать свои устремления соответствующей риторикой, указывая на то, что его действия как раз и продиктованы заботой о публичном интересе, хотя на самом деле это может быть и не так. В истории России последнее случалось очень часто).

Но что такое цель, смысл и интерес закона? Ответить на этот вопрос можно исключительно казуистически, причем содержание ответа, само собой разумеется, будет во многом определяться целями и интересом конкретного правоприменителя, что создает для стабильности правового оборота серьезные риски.

Кстати, подготовка к внедрению в ГК РФ этого невнятного понятия началась еще более 10 лет назад В.В. Витрянским (см. ниже) и о том, что рано или поздно такое внедрение может произойти, я говорил уже тогда (см. ниже стр. 202 моей диссертации).

Крайне любопытно отметить, что сторонники такого внедрения (как разработчики ГК РФ, так и судьи и сотрудники ВАС РФ) разделились на два «лагеря»: первый отстаивает внедрение понятия «обход закона» в ст. 10 ГК РФ («обход закона» как подвид злоупотребления правом), тогда как второй предлагает его использование в ст. 168 ГК РФ. Так, в октябре 2010 г. предлагалось изложить данную статью в следующем виде: «Сделка, не соответствующая нарушающая требованиям закона или иных правовых актов, которые предусматривают или подразумевают недействительность сделки в качестве последствия нарушения, а также сделка, направленная на обход таких требований (сделка в обход закона), ничтожна, если из закона не устанавливает следует, что такая сделка оспорима, или, не предусматривает должны применяться иныхе последствийя нарушения».

Практика применения института действий в обход закона с противоправной целью

Ссылки на источники1. Федеральный закон от 30.12.2012 №302ФЗ (ред. от 04.03.2013) «О внесении изменений в главы 1, 2, 3 и 4 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» // СЗ РФ. 2012. № 53 (ч. 1). Ст. 7627.2. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая) от 30.11.1994 № 51ФЗ (ред. от 31.01.2016)// СЗ РФ. 1994. № 32. Ст. 3301.3. Муранов А.И. Против «обхода закона» (разнообразные тезисные соображения), 2011. ‬URL: http://mlogos.ru/img/Muranov_2.docx4. Егоров А.В. Обход закона: использование дозволенной правом формы ради запрещенной правом цели‬URL: http://mlogos.ru/img/Egorov.doc5. Дигесты Юстиниана // Пер. с лат. Т.IV. М.: Статут, 2004. С.113.6.Проект Концепции совершенствования общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации (утв. на заседании Совета при Президенте РФ по кодификации и совершенствованию гражданского законодательства 11 марта 2009 г.) // URL: privlaw.ru/wpcontent/uploads/2015/10/concep_OPGK.rtf7. Постановление Арбитражного суда Дальневосточного округа от 7.04.2015 № Ф03912/2015 по делу № А5118020/2014 // URL: http://kad.arbitr.ru8. Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2015 №306ЭС144369 по делу №А5535485/2012 // URL: http://kad.arbitr.ru.9. Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.05.2013 № 18045/12 по делу №А4037822/1255344 // URL: http://kad.arbitr.ru.10. Федеральный закон от 07.05.2013 N 100ФЗ «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации» // СЗ РФ. 2013. № 19. Ст. 2327. 11. Волков А.В. Понятие «обход закона» в доктрине и практике гражданского права // Законы России: опыт, анализ, практика. 2013. №1.12. ОбзорКонсультантПлюс. Правовые новости. Специальный выпуск «Изменения положений Гражданского Кодекса о добросовестности, злоупотреблении правом, государственной регистрации сделок и прав и др. (Федеральный закон от 30.12.2012 N 302ФЗ)» // СПС «КонсультантПлюс».13. Постановление Федерального Арбитражного Суда СевероКавказского округа от 23.12.2011 по делу №А323596/2010 // URL: http://kad.arbitr.ru.14. Апелляционное определение Ставропольского краевого суда от 27.10.2015 по делу №336639/15 // URL: http://kad.arbitr.ru.15. Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» // СПС «КонсультантПлюс».16. См. п.9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 №127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации» // URL: http://www.arbitr.ru/as/pract/vas_info_letter/20412.html.17. П.3 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 13.09.2011 № 146 «Обзор судебной практики по некоторым вопросам, связанным с применением к банкам административной ответственности за нарушение законодательства о защите прав потребителей при заключении кредитныхдоговоров» // URL: http://www.arbitr.ru/as/pract/vas_info_letter/39104.html18. Федеральный закон от 08.03.2015 N 42ФЗ «О внесении изменений в часть первую Гражданского кодекса Российской Федерации» // СЗ РФ. 2015. № 10. Ст. 1412.19. Постановление Арбитражного суда Уральского округа от 25.01.2016 №Ф098923/2015 по делу № А072497/2015 // URL: http://kad.arbitr.ru20. Определение Судебной коллегии по административным делам Верховного Суда Российской Федерации №18КГ 1495 от 10.09.2014 // URL: http://вс.рф/stor_pdf.php?id=608544

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *