Пленум по 327

Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 19.01.2016 N 5-УД15-82

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 19 января 2016 г. N 5-УД15-82

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе

председательствующего Колышницына А.С.,

судей Зателепина О.К., Шмотиковой С.А.

при секретаре Миняевой В.А.

с участием адвоката Романова С.В., прокурора Синицыной У.М.

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по кассационной жалобе адвоката Теляшева А.Ю. в защиту интересов осужденной Мурзиной И.А. на приговор Хорошевского районного суда г. Москвы от 28 февраля 2013 года, апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Московского городского суда от 25 апреля 2013 года и постановление президиума Московского городского суда от 27 марта 2015 года.

По приговору Хорошевского районного суда г. Москвы от 28 февраля 2013 года

Мурзина И.А. <…> несудимая,

осуждена

по ч. 1 ст. 327 УК РФ к ограничению свободы на 1 год с установлением указанных в приговоре ограничений и возложением обязанности, предусмотренных ст. 53 УК РФ;

по ч. 3 ст. 327 УК РФ к исправительным работам на 1 год с удержанием в доход государства 10% заработной платы с отбыванием наказания в месте, определяемом органами местного самоуправления по согласованию с уголовно-исполнительной инспекцией в районе места жительства осужденной;

по ч. 1 ст. 327 УК РФ к ограничению свободы на 1 год 6 месяцев с установлением указанных в приговоре ограничений и возложением обязанности, предусмотренных ст. 53 УК РФ;

по ч. 3 ст. 33, ч. 1 ст. 313 УК РФ к 3 годам лишения свободы;

на основании ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем поглощения менее строгого наказания более строгим окончательно назначено Мурзиной И.А. 3 года лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Московского городского суда от 25 апреля 2013 года приговор в отношении Мурзиной И.А. изменен, уточнено во вводной части приговора, что Мурзина И.А. является уроженкой <…> области <…> района деревни <…>. В остальной части приговор оставлен без изменения.

Постановлением президиума Московского городского суда от 27 марта 2015 года приговор и апелляционное определение в части осуждения Мурзиной И.А. по ч. 3 ст. 327 УК РФ отменены, уголовное преследование в этой части прекращено на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием в деянии состава преступления. В остальном судебные решения оставлены без изменения.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Зателепина О.К., изложившего обстоятельства уголовного дела, содержание состоявшихся судебных решений, доводы кассационной жалобы, выступление адвоката Романова С.В., поддержавшего доводы жалобы, и прокурора Синицыной У.М., полагавшей необходимым оставить судебные решения без изменения, Судебная коллегия

установила:

по приговору суда Мурзина И.А. признана виновной и осуждена (с учетом внесенных изменений) за совершение двух подделок официального документа в целях их использования, а также за организацию побега из-под стражи лица, находящегося в предварительном заключении.

Преступления совершены при обстоятельствах, установленных судом и изложенных в приговоре.

В кассационной жалобе адвокат Теляшев А.Ю. считает судебные решения незаконными и необоснованными в части осуждения Мурзиной И.А. за совершение организации побега. Указывает, что суд не учел, что к уголовной ответственности привлечена одна Мурзина И.А., которая не является специальным субъектом этого преступления — лицом, находящимся в заключении, а умысел и намерение на побег возможного субъекта преступления не установлен и не доказан. Полагает, что в данном случае действия Мурзиной И.А. подлежали квалификации по ч. 3 ст. 327 УК РФ как использование заведомо подложного официального документа, освобождающего от обязанности лицо содержаться под стражей по судебному постановлению. Обращает внимание на то, что указанное преступление признается оконченным с момента оставления места содержания под стражей. Считает, что в материалах дела нет никаких доказательств, подтверждающих выводы суда о подделке Мурзиной И.А. судебных решений от 31 января и 5 апреля 2011 года. Просит изменить приговор и последующие судебные решения и считать Мурзину И.А. осужденной за совершение двух преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 327 УК РФ, за использование заведомо подложных судебных решений от 31 января и 5 апреля 2011 года.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, Судебная коллегия пришла к следующим выводам.

Производство в суде кассационной инстанции, являясь важной гарантией законности судебных решений по уголовным делам и реализации конституционного права граждан на судебную защиту, предназначено для выявления и устранения допущенных органами предварительного расследования или судом в ходе предшествующего разбирательства дела существенных нарушений уголовного закона (неправильного его применения) и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявших на исход дела, и нарушений, искажающих саму суть правосудия и смысл судебного решения как акта правосудия.

В силу ст. 401.1 УПК РФ при рассмотрении кассационных жалобы, представления суд кассационной инстанции проверяет только законность судебных решений, то есть правильность применения норм уголовного и норм уголовно-процессуального права (вопросы права).

Согласно ч. 1 ст. 401.15 УПК РФ основаниями отмены или изменения приговора, определения или постановления суда при рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке являются существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела.

При этом, по смыслу закона, круг оснований для отмены или изменения судебного решения в кассационном порядке ввиду существенного нарушения уголовного закона (неправильного его применения) и (или) существенного нарушения уголовно-процессуального закона ограничен лишь такими нарушениями, которые повлияли на исход уголовного дела, то есть на правильность его разрешения по существу, в частности на юридическую оценку содеянного.

Суд первой инстанции признал Мурзину И.А. виновной в том числе в организации побега из-под стражи, совершенном лицом, находящимся в предварительном заключении, и квалифицировал содеянное по ч. 3 ст. 33, ч. 1 ст. 313 УК РФ.

Квалификация действий Мурзиной И.А. свидетельствует о наличии в содеянном соучастия в виде организаторской деятельности в совершении оконченного преступления — побега из-под стражи.

Однако такая юридическая оценка не соответствует установленным судом фактическим обстоятельствам дела.

Как следует из приговора, Мурзина И.А. изготовила поддельный официальный документ — постановление президиума Московского городского суда от 30 января 2011 года, содержащее не соответствующие действительности сведения об отмене меры пресечения в виде содержания под стражей обвиняемого Ф. и об освобождении его из-под стражи, с целью его использования при организации побега из-под стражи Ф. не осведомленного о ее (Мурзиной И.А.) преступном умысле. Указанное постановление Мурзина И.А., являясь сотрудником Солнцевского районного суда, положила в папку для курьера этого суда, а последний, будучи не осведомленным о преступных намерениях осужденной, передал постановление сотрудникам ФКУ СИЗО <…> УФСИН России по г. <…>, где содержался Ф., которые обнаружили факт подделки, в связи с чем побег обвиняемого Ф. из-под стражи не состоялся, поскольку был пресечен действиями сотрудников названного учреждения.

В соответствии со ст. 32 УК РФ соучастием в преступлении признается умышленное совместное участие двух или более лиц в совершении умышленного преступления. Суть его заключается в совместном совершении несколькими лицами одного преступления.

В соответствии с ч. 3 ст. 33 УК РФ организатором признается лицо, организовавшее совершение преступления или руководившее его исполнением, а равно лицо, создавшее организованную группу или преступное сообщество (преступную организацию) либо руководившее ими.

По смыслу закона, организатор объединяет усилия других соучастников, направляет их совместную преступную деятельность в стадии подготовки или непосредственного осуществления преступления.

В случае отсутствия других соучастников преступления, прежде всего исполнителя преступления, и самого преступления организаторская деятельность невозможна.

Из материалов уголовного дела усматривается, что Ф. не привлекался к уголовной ответственности за побег либо за покушение на совершение этого преступления или приготовление к этому преступлению.

В судебном заседании Ф. отрицал наличие у него умысла на побег, а также факт своей осведомленности об организации побега Мурзиной И.А. Эти обстоятельства суд признал установленными и отразил в приговоре.

Неустановление судом объективных обстоятельств, свидетельствующих о совершении Ф. побега из-под стражи, множественности лиц при совершении этого преступления, совместности их действий и осведомленности об этом, свидетельствует об отсутствии оснований для уголовной ответственности Мурзиной И.А. за соучастие в преступлении.

С учетом изложенного Судебная коллегия приходит к выводу, что в содеянном Мурзиной И.А. отсутствует состав организации побега из-под стражи.

Вместе с тем из установленных судом фактических обстоятельств дела следует, что Мурзина И.А. совершила приготовление к побегу из-под стражи.

Однако в силу положений ч. 2 ст. 30 УК РФ уголовная ответственность наступает за приготовление только к тяжкому и особо тяжкому преступлениям.

Преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 313 УК РФ, относится к преступлениям средней тяжести. Исходя из этого приготовление к такому преступлению не влечет уголовной ответственности.

С учетом изложенного уголовное дело в части осуждения Мурзиной И.А. по ч. 3 ст. 33, ч. 1 ст. 313 УК РФ подлежит прекращению на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с отсутствием в деянии состава преступления. В связи с этим за Мурзиной И.А. необходимо признать право на реабилитацию.

Доводы адвоката о том, что в материалах дела нет доказательств, подтверждающих выводы суда о подделке Мурзиной И.А. судебных решений от 31 января и 5 апреля 2011 года, в связи с чем Мурзину И.А. следует считать осужденной за совершение двух преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 327 УК РФ, по существу связаны с оспариванием установленных судом фактических обстоятельств дела.

Вместе с тем в силу положений ст. 401.1 УПК РФ при рассмотрении кассационной жалобы суд кассационной инстанции проверяет только законность судебных решений, то есть правильность применения норм уголовного права и норм уголовно-процессуального права (вопросы права). С учетом данного ограничения доводы кассационной жалобы, если в них оспаривается правильность установления судом фактических обстоятельств дела (вопросы факта), проверке не подлежат.

Судом первой инстанции, с учетом внесенных изменений, установлено, что Мурзина И.А. изготовила два поддельных официальных документа: постановление судьи Хорошевского районного суда К. от 5 апреля 2011 года и постановление президиума Московского городского суда от 30 января 2011 года — в целях их использования.

В соответствии с фактическими обстоятельствами дела, установленными в судебном заседании, содеянному Мурзиной И.А. в приговоре (с учетом изменений) дана правильная юридическая оценка.

Наказание осужденной Мурзиной И.А. за два преступления, предусмотренные ч. 1 ст. 327 УК РФ, назначено в виде ограничения свободы с установлением ограничений и возложением обязанности, предусмотренных ст. 53 УК РФ.

Однако, по смыслу закона, при назначении ограничения свободы в качестве основного наказания за каждое из преступлений, образующих совокупность, срок ограничения свободы необходимо указывать за каждое из таких преступлений, а соответствующие ограничения и обязанность — после назначения окончательного наказания.

Кроме этого, при назначении наказания по совокупности преступлений следует учитывать отмену судебных решений в части осуждения по ч. 3 ст. 33, ч. 1 ст. 313 УК РФ.

В связи с этим наказание, назначенное за каждое преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 327 УК РФ, а также по совокупности преступлений, подлежит изменению.

При этом следует учитывать положение п. 4 Постановления Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации от 24 апреля 2015 г. N 6576-6 ГД «Об объявлении амнистии в связи с 70-летием Победы в Великой Отечественной войне 1941 — 1945 годов», согласно которому осужденные к наказанию, не связанному с лишением свободы, подлежат освобождению от наказания.

В соответствии с п. 12 указанного Постановления с лиц, освобожденных от наказания на основании пункта 4, судимость должна быть снята.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 401.1, 401.13, п. 6 ч. 1 ст. 401.14, 401.15 УПК РФ, Судебная коллегия

определила:

приговор Хорошевского районного суда г. Москвы от 28 февраля 2013 года, апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Московского городского суда от 25 апреля 2013 года и постановление президиума Московского городского суда от 27 марта 2015 года в части осуждения Мурзиной И.А. по ч. 3 ст. 33, ч. 1 ст. 313 УК РФ отменить, уголовное дело в этой части прекратить на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с отсутствием в деянии состава преступления, признать за ней в этой части право на реабилитацию.

Эти же судебные решения в отношении Мурзиной И.А. изменить:

по ч. 1 ст. 327 УК РФ (преступление, связанное с подделкой судебного решения от 5 апреля 2011 года) назначить ограничение свободы сроком на 1 год;

по ч. 1 ст. 327 УК РФ (преступление, связанное с подделкой судебного решения от 30 января 2011 года) назначить ограничение свободы сроком на 1 год 6 месяцев;

на основании ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности двух преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 327 УК РФ, путем поглощения менее строгого наказания более строгим окончательно назначить наказание в виде ограничения свободы сроком на 1 год 6 месяцев с установлением следующих ограничений: не изменять место жительства или пребывания, не выезжать за пределы территории г. <…> без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, и возложением обязанности являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, для регистрации два раза в месяц.

На основании п. п. 4 и 12 Постановления Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации от 24 апреля 2015 г. N 6576-6 ГД «Об объявлении амнистии в связи с 70-летием Победы в Великой Отечественной войне 1941 — 1945 годов» освободить Мурзину И.А. от назначенного наказания и снять с нее судимость.

В остальном указанные судебные решения в отношении Мурзиной И.А. оставить без изменения.

 Судебная практика по ч.3 ст.327 УК РФ

18.08.2016г.

В августе 2015 года я обратился в Автономную некоммерческую организацию «Центр консультации и права», находящуюся по адресу г. Краснодар, ул. Пашковская, 65, по поводу моего трудоустройства в качестве третейского судьи постоянно действующего третейского суда при Автономной некоммерческой организации «Центр консультации и права». После заполнения анкеты с личными данными и последующей проверки, предоставленных мной данных, 02.09.2015г. мне было объявлено о зачислении в штат вышеупомянутой организации в качестве третейского судьи постоянно действующего третейского суда — Краснодарского краевого суда общественной организации при Автономной некоммерческой организации «Центр консультации и права». Также меня ознакомили с положением о постоянно действующем третейском суде при Автономной некоммерческой организации «Центр консультации и права», уставом Автономной некоммерческой организации «Центр консультации и права» и разъяснили мне мои права и обязанности. После чего мне было выдано удостоверение № 84374 для личного пользования внутри вышеупомянутой организации, справка о подтверждении статуса и ещё целый пакет документов, исходя из которого следовало что я являюсь судьёй постоянно действующего третейского суда — Краснодарского краевого суда общественной организации при Автономной некоммерческой организации «Центр консультации и права».

01.10.2015г. я двигался на автомобиле по трассе М-4 «Дон» в направлении г. Ростов-на-Дону по своим личным делам. На 1102 км. а/д М-4 «Дон» (так называемый пост «Самарский») в 08:32 меня остановил сотрудник ДПС и «попросил» предоставить для проверки документы, даже не объяснив причину остановки, что меня очень удивило так как двигались мы в пробке подъезжая к посту ДПС и нарушить что-либо я в принципе не мог. Я предоставил сотруднику ДПС портмоне с документами в первой и второй закладке которого находились моё водительское удостоверение и свидетельство о регистрации ТС соответственно. Однако сотрудника ДПС заинтересовало удостоверение с надписью Арбитражный суд Краснодарского края, также находящееся в этом портмоне. Он попросил меня показать данное удостоверение, а затем попросил ему его передать для ознакомления. После чего вместе с ним ушёл, а минут через 10-15 вернулся и начал пугать меня статьёй 327 УК РФ, якобы я подделал удостоверение судьи Краснодарского краевого суда общей юрисдикции (правда не уточнил то ли федерального, то ли мирового). Я сразу же объяснил сотруднику ДПС, что данное удостоверение является удостоверением судьи третейского суда и никаких прав и свобод оно мне не предоставляет, да и причин требовать их у данного сотрудника ДПС в тот момент не было (хотя в рапорте этот сотрудник указывает, что я «тыкал» ему удостоверением в лицо). Меня попросили показать содержание багажника, и я сразу беспрекословно это требование представителя власти выполнил. После этого меня попросили пройти на пост. Видя происходящее я сразу же в присутствии ещё нескольких сотрудников ДПС начал объяснять, что я третейский судья, потом видя, что нет понимания в их глазах сходил в машину и предоставил им весь пакет документов относительно того что это удостоверение судьи постоянно действующего третейского суда — Краснодарского краевого суда общественной организации при Автономной некоммерческой организации «Центр консультации и права» и что эта организация мне данное удостоверение и выдала. Даже предоставление мной пакета документов не произвело никакого влияния на этих «служителей закона», так как целью их, как мне показалось, было не разобраться в ситуации проверив документы, а получить с меня своё вознаграждение, после чего со спокойной душой меня отпустить. Но такое разрешение ситуации меня не устраивало, поэтому я требовал либо меня отпустить, либо оформить всё происходящее документально, но заверил их в том, что я буду жаловаться и просить наказать данных сотрудников за превышение их полномочий и не соответствии профессиональной этике. После чего был оформлен протокол изъятия вещей и документов с присутствием понятых, по которому у меня изъяли удостоверение № 84374. Затем сотрудник ДПС остановивший меня и проводивший допрос, старший лейтенант полиции Попов Эдуард Викторович быстро попытался оформить постановление по делу об административном правонарушении в котором указал причину остановки моего автомобиля не пристёгнутыми ремнями при движении. Я опроверг данное утверждение инспектора ДПС, после чего он сразу по рации вызвал двух своих коллег-инспекторов ДПС, которых в момент остановки моего автомобиля даже рядом не было, для того чтобы они подтвердили в протоколе моё правонарушение, которое они якобы лично наблюдали. На моё предложение вызвать свидетеля, находившегося в моём автомобиле, они лишь усмехнулись. Затем при сопровождении патрульной машины ДПС меня доставили в МО «Азовский», где после беседы с дознавателем и предоставления ему объяснительной, а также всех правоустанавливающих документов, меня отпустили. Руководство Автономной некоммерческой организации «Центр консультации и права» связывалось с дознавателем и предоставило все затребованные дознавателем документы. Экспертизы проведено не было, но проведённое дознавателем некое исследование установило, что нельзя провести сравнение данного удостоверения с каким-либо другим удостоверением, так как подобного образца нет. Но ничего из этого не помешало дознавателю Афанасьевой С.С. 02.11.2015г. возбудить в отношении меня уголовное дело по ч.3 ст. 327 УК РФ. На следующий день я с учредителем Автономной некоммерческой организации «Центр консультации и права» отправился к дознавателю Афанасьевой С.С. для выяснения причин сложившейся ситуации. Пообщавшись с дознавателем Афанасьевой С.С., нам с её слов стало ясно, что она уже готова была писать отказное по данному материалу, так как все необходимые основания для этого мы ей предоставили, но заместитель прокурора межрайонной азовской прокуратуры Дадаян Сергей Львович лично дал письменное указание о возбуждении уголовного дела в отношении меня. Мы попытались попасть на приём к Дадаян С.Л., чтобы объяснить и предоставить возможно не дошедшую до него информацию, но он наотрез отказался принять нас и пообщаться с нами. Следующим моим шагом была попытка обращения в Следственный комитет по г. Азову. Но и там я не нашел понимания. Не найдя защиты своих гражданских прав в СК РФ я подал жалобу в Азовский городской суд на незаконное возбуждение уголовного дела. Но в Азовском городском суде признали возбуждение уголовного дела законным, а также сослались на то, что не имеют законных полномочий влиять на до судебное разбирательство уголовного дела. Также остались без удовлетворения жалобы, направленные в суд апелляционной инстанции и суд кассационной инстанции.

Я в течении 5-7 месяцев обращался и в администрацию Президента РФ, и в генпрокуратуру РФ, но результатом этих обращений явилось то, что дознаватель спустя десять месяцев с момента начала всей этой нелепейшей истории собрал дело, ознакомил меня с материалами этого дела, и передал их в межрайонную азовскую прокуратуру, где конечно же утвердили обвинительное заключение. Самое обидное что никто из этих представителей ни правоохранительных органов, ни прокуратуры даже и не захотели разобраться в этом деле. Основанием для уголовного преследования с их стороны в отношении меня является рапорт сотрудника ДПС, который нашёл в моём портмоне удостоверение, в котором есть надпись что я судья Краснодарского краевого суда, а также имеется справка с Краснодарского краевого суда общей юрисдикции о том, что я не являюсь судьёй Краснодарского краевого суда общей юрисдикции. Но никто из них скажем так не заметил на обложке надпись Арбитражный суд Краснодарского края, а на моё предложение дать запрос именно в Арбитражный суд Краснодарского края и получить информацию о том, что зарегистрирован ли у них постоянно действующий третейский суд — Краснодарский Краевой суд общественной организации при Автономной некоммерческой организации «Центр консультации и права», хотя данная информация имеется на официальном сайте Арбитражного суда Краснодарского края (в списке постоянно действующих третейских суд — номер 135), получил ответ что эта информация им не нужна. А если бы ещё было проведена экспертиза, то в экспертном заключении было бы указано полное несоответствие как визуального дизайна, так и содержания моего удостоверения с удостоверением судьи общей юрисдикции. Но это же им не нужно. Тогда сразу возникает вопрос, а в чём смысл их работы, если это не защита прав и свобод граждан РФ, которые ежедневно работают, платят налоги, с которых вообще-то они, «горе-защитники», получают свою зарплату.

Я сразу обозначил всем «организаторам этого незаконного уголовного преследования» свою позицию, что я ни в чём не виноват, и в моих действиях нет состава преступления, поэтому ни с кем договариваться не буду и требовал прекращения незаконного преследования. Но раз дело дошло до суда, то буду отстаивать свою невиновность и правоту в суде. Конечно же обидно в своей стране доказывать, что «ты не верблюд», но ещё обиднее понимать, что подобное может произойти «на пустом месте» с каждым из нас, в нашей стране, которую мы любим и которой мы так дорожим, а это сборище «псевдо блюстителей закона» делает всё чтоб мы её возненавидели, ведь прикрываются они законами РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ, и они издевательски показывают нам что трактовка этих законов будет только в их варианте.

Но у них это не получится, они сгниют в своей корысти и алчности, а правда всё равно восторжествует, надо только верить и сражаться за неё до победного конца!!!

Жаль только, что со стороны нашего государства нет никакой поддержки…

Деятельность любой организации связана с документооборотом. При этом ряд документов содержит сведения, значимые как для отдельных лиц, так и для государства. В связи с этим законодатель предусмотрел уголовную ответственность за наиболее общественно опасные незаконные действия с документами.

Вместе с тем некоторые вопросы применения ст. 327 УК РФ вызывают сложности на практике. Среди них:

1. Отнесение документа к числу официальных;

2. Установление признаков объективной стороны преступлений, предусмотренных ст. 327 УК РФ;

3. Квалификация подделки и (или) использования официального документа, сопряженных с иными преступными действиями.

Отнесение документа к числу официальных

Признаки официального документа (ст. 327 УК РФ)

Согласно абз. 5 п. 2 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 16.12.2010 № 1671-О-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Шишкина Виталия Юрьевича на нарушение его конституционных прав частью первой статьи 327 Уголовного кодекса Российской Федерации» понятие «официальный документ» является оценочным. Следовательно, в каждом конкретном случае суд должен решать вопрос о статусе документа, исходя из конкретных обстоятельств рассматриваемого уголовного дела.

Для отнесения документа к числу официальных необходимо констатировать наличие двух признаков: официальность и способность документа к предоставлению.

Официальность выражается в возможности включения документа в официальный документооборот. Данная включенность обусловлена изданием документа официальным субъектом (государственные органы, органы местного самоуправления, государственные и муниципальные учреждения. Государственные корпорации, Вооруженные Силы Российской Федерации, другие войска и воинские формирования Российской Федерации, органы внутренних дел, их должностные лица и т.д.), представления документа такому субъекту или возможностью нахождения документа в делопроизводстве субъекта. Именно включенность в документооборот официального субъекта наделяет документ соответствующим качеством, что обусловлено возможностью причинения вреда отношениям в сфере порядка управления в случае незаконных действий с таким документом.

Способность документа к предоставлению выражается в возможности предоставления прав или освобождения от обязанностей как лицу, использующему официальный документ, так и третьим лицам. Документ может обладать предоставительным свойством в управленческих отношениях и при отсутствии прямого указания в нем на конкретные права или обязанности.

Виды официальных документов (cm. 327 УК РФ)

1. Документ, удостоверяющий личность, является особой разновидностью официальных документов, выделяемой по признаку опосредованного предоставления. Такое предоставление выражается в том, что документ удостоверяет личность, в том числе в определенном статусе, что опосредует предоставление прав или освобождение от обязанностей в отношении данного лица. Таким образом, для целей ст. 325, 327 УК РФ по характеру предоставления можно выделить документы, удостоверяющие личность, и иные официальные документы.

2. В силу того, что признак официальности документа как предмета преступления по ст. 327 УК РФ распадается на несколько составляющих, все официальные документы можно разделить на 3 группы. К первой относятся документы, изданные официальным (публичным) субъектом, ко второй — документы, которые могут быть представлены такому субъекту в целях реализации прав или освобождения от обязанностей, к третьей — внутренние документы официального субъекта, т. е. находящиеся в его документообороте.

В качестве особой (исключительной) разновидности официальных (в целях квалификации по ст. 327 УК РФ) следует выделить нотариально удостоверенные частные документы. Во-первых, согласно ст. 1 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате (далее — Основы) нотариусы совершают предусмотренные законодательными актами нотариальные действия от имени Российской Федерации. Согласно ст. 2 Основ при совершении нотариальных действий нотариусы обладают равными правами и несут одинаковые обязанности независимо от того, работают ли они в государственной нотариальной конторе или занимаются частной практикой, а оформленные нотариусами документы имеют одинаковую юридическую силу. Во-вторых, в соответствии с положениями ст. 3 Основ нотариальной деятельностью вправе заниматься гражданин Российской Федерации, сдавший квалификационный экзамен, за исключениями, предусмотренными Основами. Решение о допуске к квалификационному экзамену лиц, желающих сдать квалификационный экзамен, принимается в порядке, установленном федеральным органом юстиции совместно с Федеральной нотариальной палатой, квалификационной комиссией.

Таким образом, документ становится официальным в силу того, что, действуя от имени государства при удостоверении частного документа, нотариус придает такому документу публичный статус.

3. Основываясь на том, что документы, находящиеся в отечественном документообороте, могут исходить от официальных субъектов не только Российской Федерации, но и от соответствующих иностранных субъектов, следует выделить российские и иностранные официальные документы. Подобное широкое толкование документа как предмета преступления предусматривает конструкция диспозиции ч. 1 ст. 327 УК РФ, в которой принадлежность России, РСФСР или СССР установлена только относительно государственных наград.

4. Большое количество нормативных правовых актов наравне с документами в бумажной форме признают документы и в электронной форме (например, п. 10 ст. 2 Федерального закона от 27.07.2010 № 210-ФЗ «Об организации предоставления государственных и муниципальных услуг»; п. 5 ч. 8 ст. 20 Федерального закона от 01.12.2007 № 315-ФЗ «О саморегулируемых организациях»; п. 1 ч. 5 ст. 6.1 Федерального закона от 25.07.2002 № 115-ФЗ «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации»; и др.). Общее требование к форме существования документа — объективная способность однозначно его воспринимать, в том числе с помощью технических средств (например, компьютера). Электронный документ приобретает юридическую силу благодаря его удостоверению электронно-цифровой подписью, являющейся его незаменимым реквизитом (ст. 6 Федерального закона от 06.04.2011 № 63-ФЗ (ред. от 28.06.2014) «Об электронной подписи»). Таким образом, по признаку формы объективации информации (сведений) можно выделить документы на бумажных носителях и документы в электронной форме.

Признаки объективной стороны преступления, предусмотренного ст. 327 УК РФ

Соотношение понятий «поддельный» и «подложный» официальный документ

И подделка, и подлог предполагают обман. Однако подделка исключает подлинность документа. Подлог в широком смысле охватывает и подделку, и использование подлинного, но чужого документа; в узком — только использование чужого документа.

В п. п. 6, 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.12.2007 № 51 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате» (далее — постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 51) говорится об использовании не подложного, а поддельного документа. В ч. 4 ст. 3271 УК РФ, конструкция которой сходна с конструкцией ст. 327, предметом преступления являются также заведомо поддельные марки. Кроме того, Конституционный Суд РФ (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 16.12.2010 № 1671-О-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Шишкина Виталия Юрьевича на нарушение его конституционных прав частью первой статьи 327 Уголовного кодекса Российской Федерации») считает общим для всех предусмотренных ст. 327 УК РФ составов преступлений то, что документ, предоставляющий те или иные права или освобождающий от обязанностей, является поддельным.

Таким образом, использование подлинного документа, принадлежащего другому лицу, или предъявление вместо надлежащего документа схожего с ним не образует состава преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 327 УК РФ. Предметом преступления в данном составе является такая разновидность подложного документа, как поддельный документ.

Использование поддельных документов отнесено к преступлениям против порядка управления. Данный состав является логическим завершением перечисления незаконных операций с официальными документами. Следовательно, предметом преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 327 УК РФ, является также официальный документ. Это подтверждается позицией Верховного Суда Российской Федерации. Так, п. 28 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 03.04.2008 № 3 «О практике рассмотрения судами уголовных дел об уклонении от призыва на военную службу и от прохождения военной или альтернативной гражданской службы» применительно к части ч. 3 cт. 327 УК РФ говорит об использовании заведомо подложного официального документа.

Момент окончания подделки официального документа

Применительно к подделке официального документа момент окончания преступления должен определяться так же, как и момент окончания подделки денег и ценных бумаг. Согласно п. 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.1994 № 2 «О судебной практике по делам об изготовлении или сбыте поддельных денег и ценных бумаг» изготовление фальшивых денежных знаков или ценных бумаг является оконченным преступлением, если изготовлен хотя бы один денежный знак или ценная бумага, независимо от того, удалось ли осуществить сбыт подделки. При этом в соответствии с положениями п. 3 данного постановления при решении вопроса о наличии либо отсутствии в действиях лица состава преступления необходимо установить, являются ли денежные купюры, монеты или ценные бумаги поддельными и имеют ли они существенное сходство по форме, размеру, цвету и другим основным реквизитам с находящимися в обращении подлинными денежными знаками или ценными бумагами.

Таким образом, подделку официального документа следует считать оконченной с момента полного изготовления хотя бы одного документа, пригодного к использованию. Такая пригодность выражается в соответствии требованиям к форме, наличии всех необходимых для конкретного документа реквизитов. Иными словами, посредством использования такого поддельного официального документа лицо может приобрести права или освободиться от обязанностей.

Использование и сбыт поддельного официального документа

Использование заведомо поддельного официального документа означает его предъявление (демонстрация документа компетентному лицу для подтверждения наличия того или иного права) или представление (вручение документа соответствующему лицу, когда документ остается в его ведении). Цель использования — извлечение полезных предоставительных свойств документа. Так как состав ч. 3 ст. 327 УК РФ является формальным, преступление считается оконченным с момента совершения предъявления или предоставления, независимо от того, удалось ли виновному получить права или освободиться от обязанностей, а также от реализации таких «предоставлений».

Сбыт означает передачу поддельного официального документа другому лицу как возмездно, так и безвозмездно. Конкретными формами такой передачи могут быть продажа, дарение, обмен, залог и т.д. Сбыт следует считать оконченным в момент выбытия документа из владения лица, его подделавшего, и поступления в распоряжение нового держателя.

Квалификация подделки и (или) использования официального документа, сопряженных с иными преступными действиями

Квалификация подделки документа и деяния, для совершения которого была осуществлена такая подделка, по совокупности является традиционной, что обусловлено нанесением вреда сразу нескольким категориям общественных отношений. Так, согласно п. 6 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 51 хищение чужого имущества путем обмана или приобретение права на чужое имущество путем обмана или злоупотребления доверием с использованием подделанного этим лицом официального документа, предоставляющего права или освобождающего от обязанностей, квалифицируется по совокупности преступлений, предусмотренных ст. ст. 327 и 159 УК РФ.

Верховный Суд Российской Федерации применительно к налоговым преступлениям (п. 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.12.2006 № 64 «О практике применения судами уголовного законодательства об ответственности за налоговые преступления») дал следующее разъяснение: «В тех случаях, когда лицо в целях уклонения от уплаты налогов и (или) сборов осуществляет подделку официальных документов организации, предоставляющих права или освобождающих от обязанностей, а также штампов, печатей, бланков, содеянное им при наличии к тому оснований влечет уголовную ответственность по совокупности преступлений, предусмотренных ст. 198 или ст. 199 и ст. 327 УК РФ».

В п. 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.1980 № 6 «О практике применения судами Российской Федерации законодательства при рассмотрении дел о хищениях на транспорте» указано, что в случаях подделки похищенных билетов и предъявления их транспортной организации для оплаты под видом отказа от поездки, опоздания к отправлению (вылету) транспортного средства и т.п. либо сбыта таких поддельных билетов гражданам действия лица должны быть квалифицированы как подделка документов (ст. 327 УК РФ) и мошенничество (ст. 159 УК РФ).

Из вышеуказанного правила есть исключения. Согласно п. 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 51 хищение лицом чужого имущества или приобретение права на него путем обмана или злоупотребления доверием, совершенные с использованием изготовленного другим лицом поддельного официального документа, полностью охватывается составом мошенничества и не требует дополнительной квалификации по ст. 327 УК РФ.

В ч. 1 ст. 327 УК РФ предусмотрена ответственность за подделку официального документа в целях его использования (что, по сути, является приготовлением к нарушению нормального функционирования управленческих отношений), а в ч. 3 — за использование поддельного документа, когда происходит непосредственное воздействие на порядок официального документооборота. Тем не менее санкция ч. 1 суровее санкции ч. 3 статьи. Президиум Московского областного суда в постановлении от 02.02.2011 № 23 по делу № 44у-60/11 пришел к выводу о том, что использование заведомо подложного документа лицом, совершившим его подделку, охватывается диспозицией ч. 1 ст. 327 УК РФ и дополнительной квалификации по ч. 3 ст. 327 УК РФ не требует. Таким образом, в условиях действующего УК РФ подделка официального документа поглощает его дальнейшее использование. Однако в случае истечения сроков давности за подделку ранее истечения сроков давности за использование документа возможность привлечения подделывателя к уголовной ответственности сохранится только по ч. 3 ст. 327 УК РФ.

Выводы

1. Признаки официального документа: официальность, означающая включенность в официальный документооборот, и способность документа к предоставлению прав и освобождению от обязанностей при его использовании.

2. Виды официальных документов: по характеру предоставления выделяются документы, удостоверяющие личность, и иные официальные документы; по признаку отношения к официальному субъекту — документы. изданные официальным субъектом, представляемые такому субъекту в целях реализации прав или освобождения от обязанностей, либо находящиеся в его документообороте, а также частные документы, удостоверенные нотариусом; по признаку государства-издателя — российские и иностранные; по форме объективации информации — на бумажных носителях и в электронной форме.

3. Использование чужого подлинного документа не образует состава преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 327 УК РФ. Предметом преступления в данном составе является поддельный документ.

4. Подделка официального документа окончена с момента полного изготовления хотя бы одного документа, пригодного к использованию.

5. Использование заведомо поддельного официального документа означает его предъявление или представление. Преступление окончено с момента совершения предъявления или предоставления, независимо от того, удалось ли виновному получить права или освободиться от обязанностей. Сбыт состоит в передаче поддельного официального документа другому лицу как возмездно, так и безвозмездно. Сбыт окончен с момента выбытия документа из владения лица, его подделавшего, и поступления в распоряжение нового держателя.

6. Подделка документа и деяние, для совершения которого была осуществлена такая подделка, квалифицируются по совокупности. Использование официального документа, поделанного другим лицом, при совершении мошенничества не требует дополнительной квалификации по ст. 327 УК РФ. Подделка официального документа поглощает его дальнейшее использование, однако в случае истечения сроков давности за подделку ранее истечения сроков давности за использование документа подделыватель привлекается к уголовной ответственности только по ч. 3 ст. 327 УК РФ.

Правовой отдел УМВД России по Ярославской области

Преступные действия, связанные с официальными документами (ст. 292, 325, 327 УК РФ)

1. Служебный подлог.Основной объект — нормальная деятельность публичного аппарата власти и управления в сфере обращения с официальными документами. Дополнительный — конституционные права человека и гражданина, охраняемые законом экономические и иные интересы граждан, организаций и государства.Предметом является официальный документ — письменный или иной документ, исходящий от государственных органов, органов местного самоуправления, государственных и муниципальных учреждений, управленческих структур Вооруженных Сил РФ, других войск и воинских формирований РФ, предоставляющий определенные права, возлагающий обязанности или освобождающий от них либо удостоверяющий юридически значимые факты или события.

Объективная сторона по ч. 1 ст. 292 УК РФ, может быть выполнена 1 из следующих действий:

1. Внесение в официальный документ заведомо ложных сведений — в подлинный по своей форме документ (т.е. сохраняющий все внешние реквизиты) вносятся не соответствующие действительности сведения (так называемый интеллектуальный подлог). Также данное деяние может выражаться в нанесении на документ ложных реквизитов.

2. Внесение в официальный документ исправлений, искажающих его действительное содержание, — это подчистка, дописка подлинного текста, совершение иных действий, в результате которых меняется содержание, информативная нагрузка документа (материальный подлог).

Служебный подлог имеет место только в том случае, когда внесение в документ заведомо ложных сведений и исправлений связано со служебными функциями виновного лица, т.е. осуществляется именно в связи с выполнением им своих служебных обязанностей. Если же должностное лицо или государственный (мун.) служащий совершает такие же действия, но безотносительно к имеющейся по службе возможности, состав данного преступления отсутствует.

Состав формальный. Пр-е окончено с момента внесения в офиц. документ ложных сведений либо исправлений, искажающих его действительное содерж., независимо от того, был ли в дальнейшем такой документ использован.

Субъективная сторона выражена виной в виде прямого умысла. Обязательным признаком субъективной стороны является мотив преступления — корыстная или иная личная заинтересованность.

Субъект специальный. Должностное лицо – лицо, постоянно, временно или по специальному полномочию осуществляющее функции представителя власти либо выполняющее организационно‑распорядительные, административно‑хозяйственные функции в государственных органах, органах местного самоуправления, государственных или муниципальных учреждениях, в Вооруженных Силах и других войсках и воинских формированиях.

Государственные должности РФ – должности, устанавливаемые Конституцией РФ, федеральными конституционными законами и федеральными законами для непосредственного исполнения полномочий государственных органов (Президент РФ, Председатель Правительства РФ, федеральный министр и т. д.).

Государственные должности субъектов РФ – должности, устанавливаемые конституциями и уставами субъектов РФ (президент, губернатор, депутат субъекта и т. д.).

Часть 2 ст. 292 УК РФ предусматривает ответственность за совершение одного из указанных в ч. 1 данной статьи действий, последствием которого явилось существенное нарушение прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества или государства. Состав материальный.

2 .Похищение или повреждение документов, штампов, печатей либо похищение марок акцизного сбора, специальных марок или знаков соответствия Объект— установленный порядок обраще­ния официальных документов, штампов, печатей, марок акцизного сбора, специальных марок или знаков соответствия.

Предметом преступления являются: официальные документы, штампы и печати (ч. 1); паспорт и другие важные личные документы (ч. 2); марки акцизного сбора, специальные марки или знаки соответ­ствия, защищенные от подделки (ч. 3).

Штамп и печать — печатные формы, которые используются для производства оттиска на документах.

Объективная сторона, предусмотренного ч. 1 ст. 325 УК РФ, заключается в следующих альтернативных действиях по отн. официальных до­кументов, штампов или печатей, совершенных из корыстной или иной личной заинтересованности.

1. Похищение — незаконное изъятие и завладение ука­занными предметами, которое может совершаться любым способом (кража, грабеж разбой, вымогательство, мошенничество). 2. Уничтожение — разрушение предмета преступления, при котором его восстановление и использование по назначению является невозможным. 3. Повреждение — это частичное разрушение. При повреждении предмет преступления может быть вос­становлен и использован по назначению. 4. Сокрытие — утаивание предме­тов, исключающее возможность их использования уполномоченными лицами по назначению. Состав формальный.

Субъективная сторона — прямой умысел. Обязательным признаком субъективной стороны данного состава преступления явл. наличие корыстной или иной заинте­ресованности. Субъект— вменяемое лицо, достигшее 16 лет.

Частью 2 ст. 325 УК РФ уст. ответ-ть за похищение у гражданина паспорта или другого важного личного документа.

В самостоятельный состав преступления выделено и похищение марок акцизного сбора, специальных марок или знаков соответствия, защищенных от подделок (ч. 3 ст. 325 УК РФ).

Применение насилия в отношении представителя власти. Непосредственный объект — законная деятельность представителей власти

Непосредственный объект — законная деятельность представителей власти. Дополнительный объект — неприкосновенность их самих и их близких. Указанные лица являются потерпевшими.

Объективная сторонапреступления, предусмотренного ч. 1 ст. 318 УК, заключается в применении насилия, не опасного для жизни или здоровья, в отношении представителя власти или его близких в связи с исполнением представителем власти должностных обязанностей.

Субъективная сторонапреступления характеризуется прямым умыслом. Виновный осознает, что применяет насилие в отношении представителя власти или его близкого, и желает это сделать. Обязательными признаками состава альтернативно являются либо цель — воспрепятствовать законной деятельности представителя власти, либо мотив мести за нее.

Субъект преступления — лицо, достигшее 16 лет.

Часть 2 ст. 318 УК указывает квалифицирующий признак — применение насилия, опасного для жизни или здоровья.

78. Дезорганизация деятельности учреждений, обеспечивающих изоляцию от общества.

Основной объект– общественные отношения, регулирующие нормальную деятельность уголовно-исполнительной системы.Дополнительный объект– жизнь и здоровье сотрудников учреждений, обеспечивающих изоляцию от общества, либо осужденных.
Потерпевшими от преступления могут быть:
– осужденный (ч. 1,3 ст. 321 УК РФ) – лицо, в отношении которого вынесен обвинительный приговор;
– сотрудники места лишения свободы или места содержания под стражей (ч. 2, 3 ст. 321 УК РФ) – лица, имеющие специальные звания сотрудников уголовно-исполнительной системы;
– близкие лица сотрудника места лишения свободы или места содержания под стражей. Объективная сторонасостоит в применении насилия, не опасного для жизни или здоровья осужденного (ч. 1) или сотрудника места лишения свободы или места содержания под стражей (ч. 2), либо в угрозе применения насилия.
Под насилием, не опасным для жизни или здоровья,понимаются побои или совершение иных насильственных действий, связанных с причинением потерпевшему физической боли либо с ограничением его свободы (связывание рук, применение наручников, оставление в закрытом помещении и др.).
Ответственность за применение насилия в отношении сотрудника места лишения свободы или места содержания под стражей или его близких будет наступать при условии, что оно применяется в связи с исполнением им своих должностных обязанностей. Не образуют составапреступления действия виновного, вызванные личными неприязненными отношениями с потерпевшим, не связанные с его законной деятельностью либо спровоцированные его неправомерным поведением. Местами содержания под стражей являются:
– следственные изоляторы уголовно-исполнительной системы Министерства юстиции РФ;
– следственные изоляторы органов Федеральной службы безопасности РФ;
– изоляторы временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел;
– учреждения уголовно-исполнительной системы Министерства юстиции РФ, исполняющие уголовное наказание в виде лишения свободы;
– гауптвахты.
Преступление считается оконченнымв момент высказывания угрозы независимо от наступления вредных последствий в виде дезорганизации нормальной деятельности уголовно-исполнительной системы либо причинения вреда здоровью осужденного.
Субъективная сторонахарактеризуется прямым умыслом, а при применении насилия в отношении осужденного наличием цели– воспрепятствовать исправлению осужденного или мотивамести за оказанное им содействие администрации учреждения или органа уголовно-исполнительной системы.
Угроза применения насилия в отношении сотрудника места лишения свободы или места содержания под стражей в связи с их законной деятельностью образует состав преступления независимоот наличия специальной цели – дезорганизовать нормальную деятельность данных учреждений.
Субъект преступления,предусмотренного ч. 1 ст. 321 УК РФ, – специальный – осужденные или лица, находящиеся в местах содержания под стражей, по ч. 2 ст. 32 УК РФ – общий.
Квалифицирующим признаком преступленийявляется совершение деяния организованной группой либо с применением насилия, опасного для жизни или здоровья.

79. Преступные действия, связанные с официальными документами (ст. 292, 325, 327 УК РФ).

Похищение или повреждение документов, штампов, печатей либо похищение марок акцизного сбора, специальных марок или знаков соответствия (ст. 325 УК РФ)
Объект преступления– нормальная деятельность органов государственной власти и органов местного самоуправления по обеспечению порядка обращения с официальными документами, штампами, печатями, марками акцизного сбора, специальными марками или знаками соответствия.
Предметом преступления могут быть:
– официальные документы;
– штамп – особая разновидность печатной формы, служащая для производства оттиска на документах, содержащего информацию о полном наименовании юридического лица, его адресе, дате отправления документа;
– печать – прибор, содержащий рельефное или углубленное изображение текста (текста и рисунка) с полным наименованием юридического или физического лица, служащая для производства оттиска на бумаге, сургуче, пластилине и иных материалах;
– марки акцизного сбора, специальные марки, знаки соответствия, защищенные от подделок;
– паспорт – он является основным документом, удостоверяющим личность гражданина рФ на территории РФ;
– другой важный личный документ – удостоверение личности военнослужащего, военный билет, свидетельство о рождении, карточка страхователя, водительское удостоверение, диплом об образовании, служебное удостоверение и т. п.
Объективная сторона преступления, предусмотренного ч.1 ст. 325 УК РФ, заключается:
– в похищении официальных документов, штампов или печатей;
– в уничтожении официальных документов, штампов или печатей – их приведение в полную негодность;
– в повреждении официальных документов, штампов или печатей – их приведение в частичную негодность, делающую невозможной их использование по прямому назначению;
– в сокрытии официальных документов, штампов или печатей – их утаивание без их изъятия и похищения. Субъективная сторонахарактеризуется прямым умыслом и наличием корыстной или иной личной заинтересованности.
Субъект преступления– общий.

одделка, изготовление или сбыт поддельных документов, государственных наград, штампов, печатей, бланков (ст. 327 УК РФ)
Объект преступления– нормальная деятельность органов государственной власти и органов местного самоуправления по обеспечению порядка обращения с официальными документами, штампами, печатями, государственными наградами РФ, РСФСР, СССР.
Объективная сторона преступления выражается:
– в подделке удостоверения или иного официального документа, предоставляющего права или освобождающего от обязанностей, – полное изготовление документа или внесение в него исправлений путем подчисток, поправок и т. п.;
– в сбыте такого документа;
– в изготовлении государственных наград РФ, РСФСР, СССР, штампов, печатей, бланков;
– в сбыте поддельных государственных наград РФ, РСФСР, СССР, штампов, печатей, бланков.
Обязательными элементами субъективной стороныявляются прямой умысел и наличие цели – использование или сбыт поддельных документов, государственных наград, штампов, печатей, бланков (ч. 1) или скрыть другое преступление или облегчить его совершение (ч. 2).

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *