Постановление пленума изнасилование

Содержание

Определение Конституционного Суда РФ от 24.11.2016 N 2550-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Лукашова Дениса Игоревича на нарушение его конституционных прав примечанием к статье 131, статьями 132 и 135 Уголовного кодекса Российской Федерации, Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О судебной практике по делам о преступлениях против половой неприкосновенности и половой свободы личности», а также Административным регламентом исполнения Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций государственной функции по осуществлению государственного контроля и надзора за соблюдением законодательства Российской Федерации о защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и (или) развитию»

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 24 ноября 2016 г. N 2550-О

ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ ГРАЖДАНИНА

ЛУКАШОВА ДЕНИСА ИГОРЕВИЧА НА НАРУШЕНИЕ ЕГО КОНСТИТУЦИОННЫХ

ПРАВ ПРИМЕЧАНИЕМ К СТАТЬЕ 131, СТАТЬЯМИ 132 И 135 УГОЛОВНОГО

КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ, ПОСТАНОВЛЕНИЕМ ПЛЕНУМА

ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ «О СУДЕБНОЙ ПРАКТИКЕ

ПО ДЕЛАМ О ПРЕСТУПЛЕНИЯХ ПРОТИВ ПОЛОВОЙ НЕПРИКОСНОВЕННОСТИ

И ПОЛОВОЙ СВОБОДЫ ЛИЧНОСТИ», А ТАКЖЕ АДМИНИСТРАТИВНЫМ

РЕГЛАМЕНТОМ ИСПОЛНЕНИЯ ФЕДЕРАЛЬНОЙ СЛУЖБОЙ ПО НАДЗОРУ

В СФЕРЕ СВЯЗИ, ИНФОРМАЦИОННЫХ ТЕХНОЛОГИЙ И МАССОВЫХ

КОММУНИКАЦИЙ ГОСУДАРСТВЕННОЙ ФУНКЦИИ ПО ОСУЩЕСТВЛЕНИЮ

ГОСУДАРСТВЕННОГО КОНТРОЛЯ И НАДЗОРА ЗА СОБЛЮДЕНИЕМ

ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ О ЗАЩИТЕ ДЕТЕЙ

ОТ ИНФОРМАЦИИ, ПРИЧИНЯЮЩЕЙ ВРЕД ИХ ЗДОРОВЬЮ И (ИЛИ) РАЗВИТИЮ

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей К.В. Арановского, А.И. Бойцова, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, С.М. Казанцева, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, О.С. Хохряковой,

рассмотрев по требованию гражданина Д.И. Лукашова вопрос о возможности принятия его жалобы к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,

установил:

1. В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации гражданин Д.И. Лукашов, осужденный к лишению свободы, оспаривает конституционность примечания к статье 131 «Изнасилование», статей 132 «Насильственные действия сексуального характера» и 135 «Развратные действия» УК Российской Федерации, полагая, что они не соответствуют статьям 2, 17 (часть 3), 18, 22 (часть 1), 45, 46, 49 и 55 Конституции Российской Федерации, поскольку допускают квалификацию в зависимости от возраста потерпевших (в качестве развратных действий либо, применяя уголовный закон по аналогии, насильственных действий сексуального характера с назначением за последние чрезмерно сурового наказания) однотипных деяний, совершенных дистанционно — с использованием информационных ресурсов сети Интернет в отношении лиц, не достигших возраста, с которого, по мнению заявителя, граждане вправе пользоваться такими информационными ресурсами.

Заявитель также утверждает, что постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 4 декабря 2014 года N 16 «О судебной практике по делам о преступлениях против половой неприкосновенности и половой свободы личности» противоречит статьям 17 (часть 3), 49 (части 2 и 3) и 55 Конституции Российской Федерации, поскольку оно, разъясняя признаки соответствующих преступлений, не конкретизирует понятие «сеть Интернет», что не позволяет судам правильно учитывать знание либо незнание виновным реального возраста потерпевших.

Кроме того, заявитель просит проверить на соответствие статьям 17 (часть 3), 18, 29 (части 1 и 4) и 45 Конституции Российской Федерации Административный регламент исполнения Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций государственной функции по осуществлению государственного контроля и надзора за соблюдением законодательства Российской Федерации о защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и (или) развитию (утвержден приказом Министерства связи и массовых коммуникаций Российской Федерации от 10 апреля 2013 года N 81), который, по его мнению, не предусматривая процедуру контроля информационных ресурсов, не являющихся средствами массовой информации, допускает использование таких ресурсов несовершеннолетними лицами, не имеющими на это права.

2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, Конституция Российской Федерации, утверждая приоритет личности и ее прав во всех сферах, обязывает государство охранять достоинство личности (статья 21, часть 1) как необходимую предпосылку и основу всех других неотчуждаемых прав и свобод человека, условие их признания и соблюдения; поскольку ничто не может быть основанием для умаления достоинства личности, постольку никто не может быть ограничен в защите законными способами своего достоинства, а также всех связанных с ним прав и свобод (постановления от 3 мая 1995 года N 4-П, от 15 января 1999 года N 1-П, от 25 апреля 2001 года N 6-П, от 20 апреля 2006 года N 4-П и от 23 сентября 2014 года N 24-П; определения от 15 февраля 2005 года N 17-О, от 1 марта 2010 года N 323-О-О и др.). Этим предопределяется и установление федеральным законодателем в главе 18 УК Российской Федерации мер уголовно-правовой охраны половой неприкосновенности и половой свободы личности, что корреспондирует и положениям международно-правовых норм (пункт 2 статьи 16 Всеобщей декларации прав человека, преамбула Декларации прав ребенка, пункт 2 статьи 3, статьи 19 и 34 Конвенции о правах ребенка, подпункт «a» пункта 1 статьи 18 и статья 22 Конвенции Совета Европы о защите детей от сексуальной эксплуатации и сексуальных злоупотреблений).

Вместе с тем любое преступление, а равно наказание за его совершение должны быть четко определены в законе, причем таким образом, чтобы исходя непосредственно из текста соответствующей нормы — в случае необходимости с помощью толкования, данного ей судами, — каждый мог предвидеть уголовно-правовые последствия своих действий (бездействия) (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 27 мая 2008 года N 8-П, от 13 июля 2010 года N 15-П и др.).

Статья 132 УК Российской Федерации предусматривает уголовную ответственность за насильственные действия сексуального характера, т.е. за мужеложство, лесбиянство или иные действия сексуального характера с применением насилия или с угрозой его применения к потерпевшему (потерпевшей) или к другим лицам либо с использованием беспомощного состояния потерпевшего (потерпевшей); а статья 135 данного Кодекса устанавливает такую ответственность за совершение развратных действий без применения насилия лицом, достигшим восемнадцатилетнего возраста, в отношении лица, не достигшего шестнадцатилетнего возраста (часть первая), и за то же деяние, совершенное в отношении лица, достигшего двенадцатилетнего возраста, но не достигшего четырнадцатилетнего возраста (часть вторая).

Согласно же примечанию к статье 131 УК Российской Федерации к преступлениям, предусмотренным пунктом «б» части четвертой этой статьи, а также пунктом «б» части четвертой статьи 132 данного Кодекса, относятся также деяния, подпадающие под признаки преступлений, предусмотренных частями третьей — пятой статьи 134 и частями второй — четвертой статьи 135 данного Кодекса, совершенные в отношении лица, не достигшего двенадцатилетнего возраста, поскольку такое лицо в силу возраста находится в беспомощном состоянии, т.е. не может понимать характер и значение совершаемых с ним действий. Тем самым указанное примечание определило двенадцатилетний возраст как возраст, безусловно свидетельствующий о беспомощном состоянии потерпевшего, которое является одним из признаков преступлений, предусмотренных статьями 131 и 132 данного Кодекса, что направлено на охрану половой неприкосновенности лиц, не достигших установленного возраста (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 25 сентября 2014 года N 2214-О, от 21 мая 2015 года N 1173-О и N 1174-О, от 29 сентября 2015 года N 1969-О и от 25 февраля 2016 года N 286-О). Соответственно, квалификация таких деяний (полового сношения, мужеложства, лесбиянства или развратных действий), совершенных в отношении лица, не достигшего двенадцатилетнего возраста, по пункту «б» части четвертой статьи 131 или по пункту «б» части четвертой статьи 132 данного Кодекса основывается на прямом указании федерального законодателя в примечании к статье 131 данного Кодекса, а потому не является применением уголовного закона по аналогии.

Кроме того, статья 132 УК Российской Федерации подлежит применению во взаимосвязи с положениями Общей части этого Кодекса с учетом фактических обстоятельств конкретного дела и исходя из разъяснений постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 4 декабря 2014 года N 16, согласно которому к развратным действиям относятся любые действия, кроме полового сношения, мужеложства и лесбиянства, направленные на удовлетворение сексуального влечения виновного или имеющие цель вызвать сексуальное возбуждение у потерпевшего лица либо пробудить у него интерес к сексуальным отношениям; развратными могут признаваться и такие действия, при которых непосредственный физический контакт с телом потерпевшего лица отсутствовал, включая действия, совершенные с использованием сети Интернет, иных информационно-телекоммуникационных сетей (пункт 17); деяния, подпадающие под признаки преступлений, предусмотренных частями второй — четвертой статьи 135 данного Кодекса, могут быть квалифицированы по пункту «б» части 4 статьи 132 данного Кодекса лишь при доказанности умысла на совершение развратных действий в отношении лица, не достигшего двенадцатилетнего возраста (пункт 21).

Таким образом, примечание к статье 131, статьи 132 и 135 УК Российской Федерации не содержат неопределенности, в результате которой лицо было бы лишено возможности осознавать противоправность своих деяний и предвидеть наступление ответственности за их совершение и которая препятствовала бы единообразному пониманию и применению данных норм правоприменительными органами.

Разрешение же вопроса о размере санкций за предусмотренные Уголовным кодексом Российской Федерации преступления является прерогативой федерального законодателя (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 11 декабря 2014 года N 32-П). При этом должна обеспечиваться соразмерность мер уголовного наказания совершенному преступлению, а также баланс основных прав индивида и общего интереса, состоящего в защите личности, общества и государства от преступных посягательств. Соответственно, федеральный законодатель, определяя — при соблюдении конституционных гарантий прав личности в ее публично-правовых отношениях с государством — уголовно-правовые последствия совершения преступления, дифференцирует их в зависимости от общественной опасности содеянного (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 17 июня 2013 года N 998-О). Закрепляя в части четвертой статьи 132 УК Российской Федерации наказание за мужеложство, лесбиянство или иные действия сексуального характера с применением насилия или с угрозой его применения к потерпевшему (потерпевшей) или к другим лицам либо с использованием беспомощного состояния потерпевшего (потерпевшей), если они совершены в отношении лица, не достигшего четырнадцатилетнего возраста, федеральный законодатель учел общественную опасность такого насильственного посягательства на половую неприкосновенность несовершеннолетних (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года N 1969-О).

Проверка же по жалобам на нарушение конституционных прав и свобод граждан конституционности ведомственных нормативных актов, к числу которых относится Административный регламент исполнения Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций государственной функции по осуществлению государственного контроля и надзора за соблюдением законодательства Российской Федерации о защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и (или) развитию, в компетенцию Конституционного Суда Российской Федерации не входит в силу статьи 125 (часть 4) Конституции Российской Федерации и статьи 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации».

Следовательно, данная жалоба, как не отвечающая критерию допустимости, закрепленному Федеральным конституционным законом «О Конституционном Суде Российской Федерации», не может быть принята Конституционным Судом Российской Федерации к рассмотрению.

Исходя из изложенного и руководствуясь частью второй статьи 40, пунктом 2 статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации

определил:

1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Лукашова Дениса Игоревича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.

2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.

Председатель

Конституционного Суда

Российской Федерации

В.Д.ЗОРЬКИН

Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 22.04.1992 N 4 (ред. от 21.12.1993) О судебной практике по делам об изнасиловании

ПЛЕНУМ ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

от 22 апреля 1992 г. N 4

О СУДЕБНОЙ ПРАКТИКЕ ПО ДЕЛАМ ОБ ИЗНАСИЛОВАНИИ

(в ред. Постановления Пленума

Верховного Суда РФ от 21.12.93 N 11)

В связи с вопросами, возникшими в судебной практике по делам об изнасиловании, Пленум Верховного Суда Российской Федерации постановляет:

1. Разъяснить судам, что при изнасиловании умыслом виновного охватывается как конечная цель преступления — половое сношение с женщиной вопреки ее воле и согласию, так и действия по достижению этой цели с применением физического насилия, угроз или с использованием беспомощного состояния потерпевшей.

Действия лица, добившегося согласия женщины на совершение полового акта путем обмана или злоупотребления доверием, например, заведомо ложного обещания вступить с ней в брак, не могут рассматриваться как изнасилование.

Изнасилование следует считать оконченным преступлением с момента начала полового акта независимо от его последствий.

2. Изнасилование или покушение на изнасилование, сопровождающееся причинением потерпевшей легких или менее тяжких телесных повреждений, подлежит квалификации по ч. 1 ст. 117 УК РСФСР, а если причинены телесные повреждения, повлекшие последствия, указанные в ст. 108 УК РСФСР, — по ч. 4 ст. 117 УК РСФСР. При этом дополнительной квалификации по другим статьям о преступлениях против личности не требуется, так как применение насилия и причинение вреда здоровью потерпевшей охватываются диспозицией закона об ответственности за изнасилование.

3. Действия лица, совершившего умышленное убийство в процессе изнасилования, должны быть квалифицированы по совокупности преступлений, предусмотренных п. «е» ст. 102 и ч. 4 ст. 117 УК РСФСР.

Если умышленное убийство совершено после окончания насильственного полового акта или покушения на него в целях сокрытия совершенного преступления либо по мотивам мести за сопротивление, оказанное потерпевшей при изнасиловании, действия виновного следует квалифицировать по совокупности преступлений, предусмотренных п. «е» ст. 102 и соответствующей частью ст. 117 УК РСФСР.

4. Под угрозой убийством или причинением тяжкого телесного повреждения (ч. 2 ст. 117 УК РСФСР) следует понимать не только прямые высказывания, которые выражали намерение немедленного применения физического насилия к самой потерпевшей, ее детям, близким родственникам или другим лицам, но и, с учетом обстоятельств дела, такие угрожающие действия виновного, как, например, демонстрация оружия (пистолета, ножа, бритвы и т.п.).

Ответственность по ч. 2 ст. 117 УК РСФСР по признаку применения угрозы убийством или причинением тяжкого телесного повреждения наступает тогда, когда она явилась средством преодоления сопротивления потерпевшей при изнасиловании. При этом такая угроза охватывается диспозицией ч. 2 ст. 117 УК РСФСР и дополнительной квалификации по ст. 207 УК РСФСР не требует.

Если угроза убийством или причинением тяжкого телесного повреждения была выражена после изнасилования с той, например, целью, чтобы потерпевшая никому не сообщила о случившемся, действия виновного, при отсутствии квалифицирующих обстоятельств, подлежат квалификации по ч. 1 ст. 117 УК РСФСР, а также дополнительно по ст. 207 УК РСФСР, если имелись основания опасаться осуществления этой угрозы.

5. Изнасилование следует признавать совершенным с использованием беспомощного состояния потерпевшей в тех случаях, когда она в силу своего физического или психического состояния (малолетний возраст, физические недостатки, расстройство душевной деятельности, иное болезненное либо бессознательное состояние и т.п.) не могла понимать характера и значения совершаемых с нею действий или не могла оказать сопротивления виновному и последний, вступая в половое сношение, сознавал, что потерпевшая находится в таком состоянии.

При оценке обстоятельств изнасилования потерпевшей, находившейся в состоянии опьянения, суды должны исходить из того, что беспомощным состоянием в этих случаях может быть признана лишь такая степень опьянения, которая лишала потерпевшую возможности оказать сопротивление виновному.

Для признания изнасилования совершенным с использованием беспомощного состояния потерпевшей не имеет значения, привел ли женщину в такое состояние сам виновный (например, напоил спиртными напитками, дал наркотики, снотворное и т.п.) или она находилась в беспомощном состоянии независимо от его действий.

Если из материалов дела об изнасиловании усматривается, что беспомощное состояние потерпевшей наступило в результате применения лекарственных препаратов, наркотических средств, сильнодействующих или ядовитых веществ, то свойства и характер их действия на организм человека могут быть установлены соответствующим экспертом, заключение которого следует учитывать при оценке состояния потерпевшей наряду с другими доказательствами.

6. Часть 2 ст. 117 УК РСФСР, предусматривающая повышенную ответственность за изнасилование, совершенное лицом, ранее совершившим изнасилование, подлежит применению независимо от того, был ли виновный осужден за первое насильственное половое сношение, были ли оконченными совершенные изнасилования и являлся ли виновный исполнителем либо иным соучастником этих преступлений.

В тех случаях, когда насилие над потерпевшей не прерывалось либо прерывалось на непродолжительное время и обстоятельства совершения насильственных половых актов свидетельствуют о едином умысле виновного, совершение им второго и последующих половых актов не может рассматриваться в качестве обстоятельства, дающего основание для квалификации содеянного по признаку повторности.

При совершении двух или более изнасилований, ответственность за которые предусмотрена различными частями ст. 117 УК РСФСР, а также при совершении в одном случае покушения на изнасилование или соучастие в этом преступлении, а в другом — оконченного изнасилования действия виновного по каждому из указанных преступлений должны квалифицироваться самостоятельно.

7. Изнасилование не может быть признано повторным, если судимость за ранее совершенное изнасилование с виновного снята либо погашена в соответствии со ст. 57 УК РСФСР или в порядке амнистии либо помилования, а также если к моменту совершения второго изнасилования истекли сроки давности уголовного преследования за него или сроки исполнения обвинительного приговора, указанные в ст. ст. 48 и 49 УК РСФСР.

8. Квалификация изнасилования как совершенного группой лиц, может иметь место в случае, когда лица, принимавшие участие в изнасиловании, действовали согласованно в отношении потерпевшей, причем как групповое изнасилование должны квалифицироваться не только действия лиц, совершивших насильственный половой акт, но и действия лиц, содействовавших им путем применения физического или психического насилия к потерпевшей. При этом действия лиц, лично не совершавших насильственного полового акта, но путем применения насилия к потерпевшей содействовавших другим в ее изнасиловании, должны квалифицироваться как соисполнительство в групповом изнасиловании.

9. Изнасилование следует признавать совершенным группой лиц не только в тех случаях, когда несколькими лицами подвергается изнасилованию одна или более потерпевших, но и тогда, когда виновные, действуя согласованно и применяя физическое насилие или угрозу в отношении нескольких женщин, затем совершают половой акт каждый с одной из них.

Действия участников группового изнасилования подлежат квалификации по ч. 3 ст. 117 УК РСФСР независимо от того, что остальные участники преступления не были привлечены к уголовной ответственности ввиду их невменяемости, либо в силу требований ст. 10 УК РСФСР, или по другим предусмотренным законом основаниям.

10. Согласно закону под изнасилованием малолетней следует понимать изнасилование девочки, не достигшей четырнадцати лет, а под изнасилованием несовершеннолетней — не достигшей восемнадцати лет.

Применяя закон об уголовной ответственности за изнасилование несовершеннолетней или малолетней, судам следует иметь в виду, что квалификация этих преступлений соответственно по ч. ч. 3 и 4 ст. 117 УК РСФСР возможна лишь в случаях, когда виновный знал или допускал, что совершает насильственный половой акт с несовершеннолетней или малолетней. При этом необходимо учитывать не только показания самого подсудимого, но и тщательно проверять их соответствие другим обстоятельствам дела.

11. Особо тяжкими последствиями, дающими основание квалифицировать действия виновного по ч. 4 ст. 117 УК РСФСР, могут быть признаны, например, смерть или самоубийство потерпевшей, душевная болезнь, последовавшие в результате изнасилования, заражение ее заболеванием СПИД лицом, знавшим о наличии у него этой болезни, а также причинение в процессе изнасилования телесных повреждений, повлекших последствия, предусмотренные ст. 108 УК РСФСР.

Действия лица, знавшего о наличии у него заболевания СПИД и заразившего потерпевшую либо заведомо поставившего ее в опасность заражения этой болезнью, следует квалифицировать по совокупности преступлений, предусмотренных ст. ст. 117 и 115.2 УК РСФСР.

12. Применяя закон об ответственности за изнасилование, совершенное особо опасным рецидивистом, судам необходимо учитывать, что ответственность по этому закону может нести только такое лицо, которое по приговору суда признано особо опасным рецидивистом до совершения изнасилования.

13. Решая вопрос о наличии в действиях виновного изнасилования (ст. 117 УК РСФСР) или полового сношения с лицом, не достигшим половой зрелости (ст. 119 УК РСФСР), суды в каждом конкретном случае должны устанавливать, могла ли потерпевшая в силу своего возраста и развития понимать характер и значение совершаемых с нею действий. Если она ввиду своего малолетнего возраста, умственной отсталости и т.п. не могла понимать характера и значения совершаемых с нею действий, содеянное виновным следует рассматривать как изнасилование, совершенное с использованием беспомощного состояния потерпевшей, и квалифицировать по соответствующей части ст. 117 УК РСФСР.

В случаях, когда имело место изнасилование несовершеннолетней, последующие половые акты, совершенные с ее согласия, не исключают ответственности виновного по ст. 117 УК РСФСР. В этих случаях, если несовершеннолетняя потерпевшая не достигла половой зрелости, действия виновного подлежат квалификации по совокупности преступлений, предусмотренных ст. ст. 117 и 119 УК РСФСР.

14. При рассмотрении дел по обвинению лиц, не достигших совершеннолетия, в изнасиловании либо в совершении иных половых преступлений (ст. ст. 119 и 120 УК РСФСР) судам следует учитывать, что в соответствии со ст. 10 УК РСФСР лица в возрасте от 14 до 16 лет подлежат ответственности только за изнасилование, а за иные предусмотренные законом половые преступления уголовной ответственности не несут.

Лица, достигшие 16-летнего возраста, могут нести уголовную ответственность как за изнасилование, так и за половые преступления, предусмотренные ст. ст. 119 и 120 УК РСФСР. Однако при решении вопроса об уголовной ответственности лиц, не достигших совершеннолетия, за половое сношение с лицом, не достигшим половой зрелости, а также за развратные действия в отношении несовершеннолетних необходимо учитывать, что закон в указанных случаях направлен на охрану нормального развития несовершеннолетних обоего пола. Исходя из этого, суд должен в каждом конкретном случае подходить строго дифференцировано к решению вопроса об ответственности и мере наказания виновного, учитывая возраст обоих несовершеннолетних, данные, характеризующие их личность, степень тяжести наступивших последствий и иные обстоятельства дела.

15. При разрешении дел о покушении на изнасилование с применением физического или психического насилия следует устанавливать, действовал ли подсудимый с целью совершения полового акта и являлось ли примененное им насилие средством к достижению этой цели. Только при наличии этих обстоятельств действия виновного могут рассматриваться как покушение на изнасилование. В связи с этим необходимо отличать покушение на изнасилование от других преступных посягательств, затрагивающих честь, достоинство и неприкосновенность личности женщин (развратные действия, хулиганство, причинение телесных повреждений, оскорбление и др.).

16. В соответствии со ст. 16 УК РСФСР добровольный отказ от совершения изнасилования надлежит рассматривать не как смягчающее ответственность обстоятельство, а как обстоятельство, исключающее ответственность за данное преступление. В этом случае лицо может отвечать лишь за фактически совершенные им действия при условии, что они содержат состав иного преступления. Вместе с тем суды должны иметь в виду, что не может быть признан добровольным и, следовательно, устраняющим ответственность отказ, который вызван невозможностью дальнейшего продолжения преступных действий вследствие причин, возникших помимо воли виновного.

Придя к выводу об отсутствии в действиях покушавшегося на изнасилование добровольного отказа от совершения преступления и квалифицируя его действия по ст. ст. 15 и 117 УК РСФСР, суды не должны ограничиваться общей ссылкой в приговоре на то, что преступление не было доведено до конца вследствие причин, возникших помимо воли виновного, а обязаны указывать на установленные по делу конкретные причины, в силу которых он вынужден был отказаться от доведения преступления до конца.

17. При назначении наказания за изнасилование суды, исходя из требований закона об индивидуализации ответственности, должны учитывать характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность виновного и обстоятельства дела, смягчающие и отягчающие ответственность, роль и степень участия каждого обвиняемого при совершении изнасилования группой лиц, а также предшествовавшие изнасилованию отношения потерпевшей с подсудимым.

18. Председательствующий, принимая меры к всестороннему, полному и объективному исследованию обстоятельств дела и установлению истины, должен учитывать специфику этих дел и устранять все вопросы, не имеющие отношения к делу и унижающие честь и достоинство потерпевшей, своевременно пресекать нетактичное поведение отдельных участников процесса.

Председатель

Верховного Суда

Российской Федерации

В.М.ЛЕБЕДЕВ

Секретарь Пленума,

член Верховного Суда

Российской Федерации

В.В.ДЕМИДОВ

В связи с вопросами, возникающими у судов при применении норм главы 18 Уголовного кодекса Российской Федерации, а также в целях формирования единообразной судебной практики Пленум Верховного Суда Российской Федерации, руководствуясь статьей 126 Конституции Российской Федерации, статьями 2 и 5 Федерального конституционного закона от 5 февраля 2014 г. № 3-ФКЗ «О Верховном Суде Российской Федерации», постановляет дать судам следующие разъяснения:

1. Обратить внимание судов на то, что к преступлениям, предусмотренным статьями 131 и 132 УК РФ, относятся половое сношение, мужеложство, лесбиянство и иные действия сексуального характера в отношении потерпевшего лица (потерпевшей или потерпевшего), которые совершены вопреки его воле и согласию и с применением насилия или с угрозой его применения к потерпевшему лицу или к другим лицам либо с использованием беспомощного состояния потерпевшего лица. При этом мотив совершения указанных преступлений (удовлетворение половой потребности, месть, национальная или религиозная ненависть, желание унизить потерпевшее лицо и т.п.) для квалификации содеянного значения не имеет.

2. Под насилием в статьях 131 и 132 УК РФ следует понимать как опасное, так и неопасное для жизни или здоровья насилие, включая побои или совершение иных насильственных действий, связанных с причинением потерпевшему лицу физической боли либо с ограничением его свободы.

Если при изнасиловании или совершении насильственных действий сексуального характера потерпевшему лицу был причинен легкий или средней тяжести вред здоровью, содеянное охватывается диспозициями статей 131 и 132 УК РФ; умышленное причинение тяжкого вреда его здоровью требует дополнительной квалификации по соответствующей части статьи 111 УК РФ.

Действия лица, умышленно причинившего в процессе изнасилования или совершения насильственных действий сексуального характера тяжкий вред здоровью потерпевшего лица, что повлекло по неосторожности его смерть, при отсутствии других квалифицирующих признаков следует квалифицировать по совокупности преступлений, предусмотренных частью 1 статьи 131 или частью 1 статьи 132 УК РФ и частью 4 статьи 111 УК РФ.

Убийство в процессе совершения изнасилования или насильственных действий сексуального характера, а также совершенное по окончании этих преступлений по мотивам мести за оказанное сопротивление или с целью их сокрытия, следует квалифицировать по совокупности преступлений, предусмотренных пунктом «к» части 2 статьи 105 УК РФ и соответствующими частями статьи 131 или статьи 132 УК РФ.

3. Ответственность за изнасилование или совершение насильственных действий сексуального характера с угрозой применения насилия наступает лишь в случаях, если такая угроза явилась средством преодоления сопротивления потерпевшего лица и у него имелись основания опасаться осуществления этой угрозы.

Под угрозой убийством или причинением тяжкого вреда здоровью (пункт «б» части 2 статьи 131 и пункт «б» части 2 статьи 132 УК РФ) следует понимать не только прямые высказывания, в которых выражалось намерение применения физического насилия к потерпевшему лицу или к другим лицам, но и такие угрожающие действия виновного, как, например, демонстрация оружия или предметов, которые могут быть использованы в качестве оружия.

Если угроза убийством или причинением тяжкого вреда здоровью была выражена после изнасилования или совершения насильственных действий сексуального характера с той целью, например, чтобы потерпевшее лицо никому не сообщило о случившемся, такие деяния подлежат квалификации по совокупности преступлений, предусмотренных статьей 119 УК РФ и, при отсутствии квалифицирующих признаков, по части 1 статьи 131 УК РФ либо части 1 статьи 132 УК РФ.

4. По смыслу статьи 17 УК РФ, если при изнасиловании или совершении насильственных действий сексуального характера в целях преодоления сопротивления потерпевшего лица применялось насилие или выражалась угроза применения насилия в отношении других лиц (к примеру, близкого родственника потерпевшей), такие действия требуют дополнительной квалификации по иным статьям Особенной части УК РФ.

5. Изнасилование и насильственные действия сексуального характера следует признавать совершенными с использованием беспомощного состояния потерпевшего лица в тех случаях, когда оно в силу своего физического или психического состояния (слабоумие или другое психическое расстройство, физические недостатки, иное болезненное либо бессознательное состояние), возраста (малолетнее или престарелое лицо) или иных обстоятельств не могло понимать характер и значение совершаемых с ним действий либо оказать сопротивление виновному. При этом лицо, совершая изнасилование или насильственные действия сексуального характера, должно сознавать, что потерпевшее лицо находится в беспомощном состоянии.

6. При квалификации изнасилования и насильственных действий сексуального характера в отношении потерпевшего лица, которое находилось в состоянии опьянения, суды должны исходить из того, что беспомощным состоянием может быть признана лишь такая степень опьянения, вызванного употреблением алкоголя, наркотических средств или других одурманивающих (психоактивных) веществ, которая лишала это лицо возможности понимать характер и значение совершаемых с ним действий либо оказать сопротивление виновному лицу. При этом не имеет значения, было ли потерпевшее лицо приведено в такое состояние виновным или находилось в беспомощном состоянии независимо от его действий.

7. Изнасилование и насильственные действия сексуального характера следует считать оконченными соответственно с момента начала полового сношения, мужеложства, лесбиянства и иных действий сексуального характера.

Если лицо осознавало возможность доведения преступных действий до конца, но добровольно и окончательно отказалось от совершения изнасилования или насильственных действий сексуального характера (но не вследствие причин, возникших помимо его воли), содеянное им независимо от мотивов отказа квалифицируется по фактически совершенным действиям при условии, что они содержат состав иного преступления.

Отказ от совершения изнасилования и насильственных действий сексуального характера возможен как на стадии приготовления к преступлению, так и на стадии покушения на него.

8. В тех случаях, когда несколько изнасилований либо несколько насильственных действий сексуального характера были совершены в течение непродолжительного времени в отношении одного и того же потерпевшего лица и обстоятельства их совершения свидетельствовали о едином умысле виновного на совершение указанных тождественных действий, содеянное следует рассматривать как единое продолжаемое преступление, подлежащее квалификации по соответствующим частям статьи 131 или статьи 132 УК РФ.

9. Если виновным было совершено в любой последовательности изнасилование и насильственные действия сексуального характера в отношении одной и той же потерпевшей, содеянное следует квалифицировать по совокупности преступлений, предусмотренных статьями 131 и 132 УК РФ, независимо от того, был ли разрыв во времени между изнасилованием и насильственными действиями сексуального характера.

10. Изнасилование и насильственные действия сексуального характера следует признавать совершенными группой лиц (группой лиц по предварительному сговору, организованной группой) не только в тех случаях, когда несколькими лицами подвергаются сексуальному насилию одно или несколько потерпевших лиц, но и тогда, когда виновные, действуя согласованно и применяя насилие или угрожая применением насилия в отношении нескольких лиц, затем совершают насильственное половое сношение либо насильственные действия сексуального характера с каждым или хотя бы с одним из них.

Изнасилованием и насильственными действиями сексуального характера, совершенными группой лиц (группой лиц по предварительному сговору, организованной группой), должны признаваться не только действия лиц, непосредственно совершивших насильственное половое сношение или насильственные действия сексуального характера, но и действия лиц, содействовавших им путем применения физического или психического насилия к потерпевшему лицу или к другим лицам. При этом действия лиц, лично не совершавших насильственного полового сношения или насильственных действий сексуального характера, но путем применения насилия или угроз содействовавших другим лицам в совершении преступления, следует квалифицировать как соисполнительство в совершении изнасилования или насильственных действий сексуального характера.

Действия лица, непосредственно не вступавшего в половое сношение или не совершавшего действия сексуального характера с потерпевшим лицом и не применявшего к нему и к другим лицам физического или психического насилия при совершении указанных действий, а лишь содействовавшего совершению преступления советами, указаниями, предоставлением информации виновному либо устранением препятствий и т.п., надлежит квалифицировать по части 5 статьи 33 УК РФ и при отсутствии квалифицирующих признаков — по части 1 статьи 131 УК РФ или по части 1 статьи 132 УК РФ.

11. При квалификации содеянного по пункту «б» части 2 статьи 131 или пункту «б» части 2 статьи 132 УК РФ надлежит исходить из того, что понятие особой жестокости связывается как со способом совершения изнасилования или насильственных действий сексуального характера, так и с другими обстоятельствами, свидетельствующими о проявлении виновным особой жестокости. При этом необходимо установить, что умыслом виновного охватывалось совершение таких преступлений с особой жестокостью.

Особая жестокость может выражаться, в частности, в пытках, истязании, глумлении над потерпевшим лицом, причинении ему особых страданий в процессе совершения изнасилования или иных действий сексуального характера, в совершении изнасилования или иных действий сексуального характера в присутствии его близких, а также в способе подавления сопротивления, вызывающем тяжелые физические либо нравственные страдания самого потерпевшего лица или других лиц.

12. Ответственность по пункту «в» части 2 статьи 131 УК РФ и (или) по пункту «в» части 2 статьи 132 УК РФ наступает в случаях, когда лицо, заразившее потерпевшее лицо венерическим заболеванием, знало о наличии у него этого заболевания, предвидело возможность или неизбежность заражения и желало или допускало такое заражение, а равно когда оно предвидело возможность заражения потерпевшего лица, но самонадеянно рассчитывало на предотвращение этого последствия. При этом дополнительной квалификации по статье 121 УК РФ не требуется.

Действия виновного подлежат квалификации по пункту «б» части 3 статьи 131 и (или) по пункту «б» части 3 статьи 132 УК РФ как при неосторожном, так и при умышленном заражении потерпевшего лица ВИЧ-инфекцией.

13. К иным тяжким последствиям изнасилования или насильственных действий сексуального характера, предусмотренным пунктом «б» части 3 статьи 131 и пунктом «б» части 3 статьи 132 УК РФ, следует относить, в частности, самоубийство или попытку самоубийства потерпевшего лица, беременность потерпевшей и т.п.

14. К имеющим судимость за ранее совершенное преступление против половой неприкосновенности несовершеннолетнего (часть 5 статьи 131 УК РФ, часть 5 статьи 132 УК РФ, часть 6 статьи 134 УК РФ, часть 5 статьи 135 УК РФ) относятся лица, имеющие непогашенную или не снятую в установленном порядке судимость за любое из совершенных в отношении несовершеннолетних преступлений, предусмотренных частями 3-5 статьи 131, частями 3-5 статьи 132, частью 2 статьи 133, статьями 134, 135 УК РФ. При этом также учитываются судимости за указанные преступления, совершенные лицом в возрасте до восемнадцати лет.

15. В отличие от изнасилования и насильственных действий сексуального характера при понуждении к действиям сексуального характера (статья 133 УК РФ) способами воздействия на потерпевшее лицо с целью получения от него вынужденного согласия на совершение указанных действий являются шантаж, угроза уничтожением, повреждением или изъятием имущества либо использование материальной или иной зависимости потерпевшего лица.

Понуждение к действиям сексуального характера считается оконченным с момента выражения в любой форме соответствующего требования независимо от наличия согласия или отказа потерпевшего лица совершить такие действия либо их реального осуществления.

Не могут рассматриваться как понуждение к действиям сексуального характера или как иные преступления против половой неприкосновенности и половой свободы личности действия лица, добившегося согласия потерпевшей на вступление в половое сношение или совершение действий сексуального характера путем обмана или злоупотребления доверием (например, заведомо ложного обещания вступить в брак и т.п.).

16. Уголовная ответственность за половое сношение и иные действия сексуального характера с лицом, достигшим двенадцатилетнего возраста, но не достигшим шестнадцатилетнего возраста, а равно за совершение в отношении указанных лиц развратных действий (статьи 134 и 135 УК РФ) наступает в случаях, когда половое сношение, мужеложство, лесбиянство или развратные действия были совершены без применения насилия или угрозы его применения и без использования беспомощного состояния потерпевшего лица.

По смыслу закона, уголовной ответственности за преступления, предусмотренные частями 1-6 статьи 134 УК РФ и частями 1-5 статьи 135 УК РФ, подлежат лица, достигшие ко времени совершения преступления восемнадцатилетнего возраста.

17. К развратным действиям в статье 135 УК РФ относятся любые действия, кроме полового сношения, мужеложства и лесбиянства, совершенные в отношении лиц, достигших двенадцатилетнего возраста, но не достигших шестнадцатилетнего возраста, которые были направлены на удовлетворение сексуального влечения виновного, или на вызывание сексуального возбуждения у потерпевшего лица, или на пробуждение у него интереса к сексуальным отношениям.

Развратными могут признаваться и такие действия, при которых непосредственный физический контакт с телом потерпевшего лица отсутствовал, включая действия, совершенные с использованием сети Интернет, иных информационно-телекоммуникационных сетей.

18. Преступления, предусмотренные статьями 134 и 135 УК РФ, следует считать оконченными соответственно с момента начала полового сношения, мужеложства, лесбиянства или развратных действий.

Если после начала полового сношения, мужеложства, лесбиянства или развратных действий к потерпевшему лицу с целью его понуждения к продолжению совершения таких действий применяется насилие или выражается угроза применения насилия, содеянное охватывается статьями 131 и 132 УК РФ и дополнительной квалификации по статьям 134 и 135 УК РФ не требует.

19. Половое сношение, мужеложство, лесбиянство или развратные действия, совершенные без применения насилия или угрозы его применения и без использования беспомощного состояния потерпевшего лица одновременно или в разное время в отношении двух или более лиц, не достигших шестнадцатилетнего возраста, в соответствии с положениями части 1 статьи 17 УК РФ не образуют совокупности преступлений и подлежат квалификации по части 4 статьи 134 или части 3 статьи 135 УК РФ при условии, что ни за одно из этих деяний виновный ранее не был осужден.

20. Судам следует иметь в виду, что уголовной ответственности за деяния, предусмотренные примечанием к статье 131 УК РФ, в соответствии с положениями части 2 статьи 20 УК РФ подлежат лица, достигшие ко времени совершения преступления четырнадцатилетнего возраста.

21. Разъяснить судам, что деяния, подпадающие под признаки преступлений, предусмотренных частями 2-4 статьи 135 УК РФ, могут быть квалифицированы по пункту «б» части 4 статьи 132 УК РФ лишь при доказанности умысла на совершение развратных действий в отношении лица, не достигшего двенадцатилетнего возраста.

22. Применяя закон об уголовной ответственности за совершение преступлений, предусмотренных статьями 131-135 УК РФ, в отношении несовершеннолетних, судам следует исходить из того, что квалификация преступлений по соответствующим признакам (к примеру, по пункту «а» части 3 статьи 131 УК РФ) возможна лишь в случаях, когда виновный знал или допускал, что потерпевшим является лицо, не достигшее восемнадцати лет или иного возраста, специально указанного в диспозиции статьи Особенной части УК РФ.

23. Обратить внимание судов на запрет назначения осужденным за преступления против половой неприкосновенности несовершеннолетних, не достигших четырнадцатилетнего возраста, условного осуждения (пункт «а» части 1 статьи 73 УК РФ), на особенности условно-досрочного освобождения от отбывания наказания таких лиц (пункты «г» и «д» части 3, часть 41 статьи 79 УК РФ), на особенности замены им неотбытой части наказания более мягким видом наказания (части 2 и 4 статьи 80 УК РФ) и отсрочки отбывания наказания (часть 1 статьи 82 УК РФ), на возможность назначения принудительных мер медицинского характера лицам, совершившим в возрасте старше восемнадцати лет преступление против половой неприкосновенности несовершеннолетнего, не достигшего четырнадцатилетнего возраста, и страдающим расстройством сексуального предпочтения (педофилией), не исключающим вменяемости (пункт «д» части 1 статьи 97 УК РФ), а также на особенности назначения наказания лицам, совершившим половое сношение или развратные действия с лицом, не достигшим шестнадцатилетнего возраста, то есть за преступления, предусмотренные частью 1 статьи 134 и частью 1 статьи 135 УК РФ, в случае, если разница в возрасте между потерпевшей (потерпевшим) и подсудимым (подсудимой) составляет менее четырех лет (примечание 2 к статье 134 УК РФ).

24. Рекомендовать судам, учитывая специфику дел о преступлениях против половой неприкосновенности и половой свободы личности, при их рассмотрении устранять вопросы, не имеющие отношения к делу, своевременно пресекать нетактичное поведение участников судебного разбирательства, при изложении описательно-мотивировочной части судебного решения по возможности избегать излишней детализации способов совершения преступлений, соблюдая при этом общие требования уголовно-процессуального закона.

25. Принимая во внимание повышенную общественную опасность преступлений, предусмотренных статьями 131-135 УК РФ, совершенных в отношении несовершеннолетних, судам следует выявлять обстоятельства, способствовавшие совершению таких преступлений, нарушения прав и свобод граждан, а также другие нарушения закона, допущенные при производстве предварительного следствия или при рассмотрении уголовного дела нижестоящим судом. Согласно части 4 статьи 29 УПК РФ необходимо обращать внимание соответствующих организаций и должностных лиц на выявленные факты нарушений закона путем вынесения частных определений или постановлений.

26. В связи с принятием настоящего постановления признать утратившим силу постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 июня 2004 г. № 11 «О судебной практике по делам о преступлениях, предусмотренных статьями 131 и 132 Уголовного кодекса Российской Федерации» (с изменениями, внесенными постановлением Пленума от 14 июня 2013 г. № 18).

Председатель Верховного Суда
Российской Федерации
В.М. Лебедев
Секретарь Пленума, судья
Верховного Суда
Российской Федерации
В.В. Момотов

Взяли на испуг

Свежие данные судебной статистики показывают: в стране резко выросло число уголовных дел по обвинениям в угрозах. По данным Судебного департамента при Верховном суде России, в прошлом году по статье 119 УК «Угроза убийством или причинением тяжкого вреда здоровью» были осуждены более 30 тысяч человек. Это почти в четыре раза больше, чем годом ранее.

По мнению экспертов, такой рост дел вызван в том числе и развитием информационных технологий. Раньше горячее слово словно растворялось в воздухе, и не так-то просто было доказать, что угрозы прозвучали. А если все было сказано без свидетелей?

Сегодня многие несдержанные граждане несколько облегчают работу следователям, присылая угрозы по СМС или через соцсети. Впрочем, угрожать продолжают и по старинке — вслух и сгоряча. А Верховный суд страны в свежем обзоре судебной практики добавил еще один вид угроз: без слов. Примером же послужило конкретное дело, рассматривавшееся в Иркутской области.

В одном из местных кафе словесная ссора закончилась стрельбой. Огонь открыл гражданин Г. , который в ходе пьяных дебатов с администратором кафе почувствовал себя обиженным, а потому сходил домой за ружьем «Сайга». Вернувшись, он расстрелял администратора кафе — с улицы через витрину. Затем вошел в заведение и всех перепугал.

«Установлено, что после совершенного общеопасным способом убийства администратора кафе осужденный Г. вошел в помещение кафе и, передергивая затвор, направил заряженное ружье в сторону потерпевшего Р. -брата убитого, — говорится в обзоре судебной практики. — При этом осужденный производил неоднократные и беспорядочные выстрелы внутри кафе, в результате чего посетители и обслуживающий персонал вынуждены были прятаться в различных помещениях кафе».

Итог пьяной глупости — двое детей остались без отца, а беременная жена убитого без мужа и кормильца. Суд приговорил преступника к 15 годам и 6 месяцам лишения свободы. Причем год был добавлен к сроку именно за угрозу убийством. В пользу жены убитого взыскан миллион рублей в качестве компенсации морального ущерба. Хотя деньги, безусловно, никак не заменят отца семейства.

В пользу брата убитого взыскано триста тысяч рублей в счет компенсации морального вреда. Ведь он тоже был признан потерпевшим — преступник ему угрожал.

Однако защита попыталась оспорить приговор. Адвокаты осужденного помимо прочего требовали отменить и наказание за угрозы, мол, ничего пугающего сказано не было.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного суда России оставила приговор без изменения.

«Судом первой инстанции правильно установлено, что осужденный направлял заряженное ружье в сторону Р., передергивал затвор ружья, — говорится в обзоре судебной практике. — Данные действия потерпевший Р. обоснованно расценивал для себя как угрозу убийством при наличии оснований опасаться осуществления данной угрозы, поскольку до этого осужденным выстрелами из ружья было совершено убийство его брата. В связи с этим действия Г. правомерно квалифицированы по ч. 1 ст. 119 УК РФ как угроза убийством, когда имелись основания опасаться осуществления этой угрозы».

При этом Верховный суд пояснил, что отсутствие словесных угроз не опровергает вывод суда о необходимости квалификации действий осужденного по статье УК (Угроза) и, соответственно, усиления наказания. Угроза убийством может быть выражена в любой форме. Именно таковы правовые позиции Верховного суда России. Дело включено в обзор судебной практики N3 за этот год. Теперь именно на этот пример должны ориентироваться все судьи страны.

По словам экспертов, под статью могут попасть любые угрожающие действия. Например, приставить к горлу нож — тоже будет угроза убийством. Ведь все понятно без лишних слов. На практике нередко статью «Угроза» вменяют, как дополнительную к другим обвинениям. Если от угроз преступник перешел к насилию, будет судим и за угрозы, и за насилие. Но даже если угрозы не заканчиваются ничем — это само по себе преступление.

О новеллах в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ «О судебной практике по делам о преступлениях против половой неприкосновенности и половой свободы личности» (Попов А.Н.)

1. Пленум Верховного Суда РФ кардинально изменил свою позицию, отказавшись от определения признаков объективной стороны составов преступлений, предусмотренных ст. ст. 131 и 132 УК РФ.
Понятия «половое сношение», «мужеложство», «лесбиянство», «иные действия сексуального характера» раскрывались в предыдущем Постановлении Пленума Верховного Суда РФ следующим образом:
— половое сношение — это половой акт между мужчиной и женщиной;
— мужеложство — сексуальные контакты между мужчинами;
— лесбиянство — сексуальные контакты между женщинами;
— иные действия сексуального характера — это удовлетворение половой потребности другими способами, включая понуждение женщиной мужчины к совершению полового акта путем применения насилия или угрозы его применения <1>.
———————————
<1> Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 15 июня 2004 г. N 11 «О судебной практике по делам о преступлениях, предусмотренных статьями 131 и 132 Уголовного кодекса Российской Федерации» // Российская газета. 2004. 29 июня. N 136.
Данные определения обоснованно критиковались в юридической литературе из-за их неконкретности и абстрактности, однако и отказываться от этих дефиниций не стоило, поскольку теперь установление содержания составов преступлений, предусмотренных ст. ст. 131 и 132 УК РФ, в еще большей степени отдано «на откуп» практике, а это неизбежно повлечет усиление неединообразия при применении закона.
На наш взгляд, данные понятия могут быть раскрыты следующим образом. С учетом наличия в УК РФ ст. 132 следует считать, что понятием «половое сношение» в составе изнасилования охватывается только такой сексуальный акт, при котором член проникает во влагалище. Половой акт в иной, как это раньше определяли в теории и на практике, в так называемой извращенной форме (введение члена в иные естественные отверстия-полости женщины) подпадает под иные действия сексуального характера, предусмотренные ст. 132 УК РФ.
Мужеложство — это исторически сложившийся термин, под которым понимается только coitus per anum между мужчинами. Все иные действия между мужчинами, направленные на удовлетворение половой потребности, следует относить к иным действиям сексуального характера, предусмотренным той же ст. 132 УК РФ. Понятием лесбиянства должны охватываться такие сексуальные контакты между женщинами, в которых участвует половой орган хотя бы одной из партнерш. Например, путем совершения орально-генитальных контактов, проникновения во влагалище с использованием рук или иных предметов и т.д.
Значительную сложность представляет определение «иных действий сексуального характера», но и в этом случае можно предложить более подробную дефиницию. По нашему мнению, к иным действиям сексуального характера следует относить: 1) половой акт в иной форме, кроме per vaginum, или анальный или оральный половой акт; 2) половой акт per vaginum, когда потерпевшим является мужчина; 3) совершение иных действий сексуального характера, например, совершение фрикций без введения полового члена в полости тела женщины (междубедренный коитус и тому подобные действия).
Пленум указал, что преступления, предусмотренные ст. ст. 131 и 132 УК РФ, могут быть совершены по любому мотиву. Представляется, что данное утверждение верно относительно изнасилования, мужеложства и лесбиянства. При совершении данных преступлений помимо или вопреки воле потерпевшего используется половой орган виновного и (или) потерпевшего, что нарушает половую свободу жертвы преступления. Однако при совершении иных действий сексуального характера, на наш взгляд, должен быть установлен сексуальный мотив. Например, в случаях, когда виновный вводит во влагалище или анальное отверстие женщины руку или какие-либо предметы.
Можно ли подобные действия квалифицировать по ст. 132 УК РФ? Представляется, что нет, если не установлено, что виновный действовал по сексуальному мотиву. В большинстве случаев подобные действия должны квалифицироваться как преступление против личности в зависимости от фактически наступивших последствий.
2. В п. 1 Постановления обращено внимание на то, что объективная сторона преступлений, предусмотренных ст. ст. 131 и 132 УК РФ, предусматривает применение насилия или угрозы его применения не только непосредственно к жертве, но и к иным лицам. Собственно, об этом прямо говорится в ст. ст. 131 и 132 УК РФ.
Однако в противоречие этому утверждению в п. 4 обсуждаемого документа Пленума разъяснено, что «по смыслу статьи 17 УК РФ, если при изнасиловании или совершении насильственных действий сексуального характера в целях преодоления сопротивления потерпевшего лица применялось насилие или выражалась угроза применения насилия в отношении других лиц (к примеру, близкого родственника потерпевшей), такие действия требуют дополнительной квалификации по иным статьям Особенной части УК РФ».
Но представим, что в изнасиловании принимали участие двое. Один совершал насильственный половой акт, а другой угрожал убить ребенка потерпевшей в случае ее сопротивления. Исходя из рекомендаций Пленума, действия второго должны квалифицироваться по ст. 119 УК РФ. Но разве его действия не образуют объективную сторону состава изнасилования, соединенного с угрозой убийством? Разве мы не признаем, что виновные совершили групповое преступление? Если же — хотя из анализа приведенного пункта Постановления такой вывод прямо не следует — Пленум предлагает действия второго лица, помимо соисполнительства в групповом изнасиловании, соединенного с угрозой убийством, дополнительно квалифицировать по ст. 119 УК РФ, то подобная квалификация явно избыточна.
По нашему мнению, в подобных случаях дополнительной квалификации не требуется, все содеянное охватывается составом изнасилования. Дополнительная квалификация потребуется в тех случаях, когда соисполнитель преступления, предусмотренного ст. ст. 131 и 132 УК РФ, умышленно причиняет смерть или тяжкий вред здоровью иного лица, близкого потерпевшему.
3. В п. 5 Постановления Пленум изложил следующую новеллу толкования уголовного закона. По его мнению, беспомощное состояние потерпевшего, помимо физического или психического состояния, может возникать и в силу иных обстоятельств.
Таким образом, в обсуждаемом документе обращено внимание на то, что беспомощное состояние потерпевшего может быть трех видов:
1) физическое — при котором потерпевший не может оказать сопротивления виновному лицу;
2) психическое — когда потерпевший не понимает характера и значения совершаемых с ним действий;
3) возникающее в силу иных обстоятельств.
Физическая беспомощность может вызываться различными обстоятельствами — возрастом (старчество или младенчество), физическим положением тела (застрял в заборе, был связан во сне), болезненным состоянием и т.д. Психическая беспомощность также вызывается различными обстоятельствами, в том числе и такими, которые приводят к физической беспомощности (например, болезненное состояние психики). Относительно иных обстоятельств, вызывающих беспомощное состояние потерпевшего, в Постановлении разъяснений нет. Представляется, что потерпевшее лицо может не оказывать сопротивления виновному в силу того, что оно находится в состоянии сна. Сон, по нашему мнению, должен рассматриваться как беспомощное состояние потерпевшего лица. Решающим является то обстоятельство, что потерпевшее лицо в таком состоянии не способно осознавать происходящее и оказывать сопротивление, и это охватывается умыслом виновного, позволяя ему действовать помимо воли потерпевшего. Аналогично следует решать вопрос о признании изнасилованием с использованием беспомощного состояния совершение полового акта в случае, когда мужчина, сознательно используя заблуждение женщины, выдает себя за того, с кем она согласна на половую близость, и поэтому не оказывает сопротивления.
Таким образом, не имеет значения, по какой причине потерпевший оказался в беспомощном состоянии — по вине виновного, в результате собственных действий или иных причин. Важен сам факт использования виновным беспомощного состояния потерпевшего при совершении насильственных половых преступлений.
4. Определению момента окончания насильственных половых преступлений посвящен п. 7 Постановления. Изнасилование, мужеложство, лесбиянство и иные действия сексуального характера признаются оконченными с момента начала их выполнения, независимо от их завершения и наступивших последствий.
Но, возвращаясь к проблеме, рассмотренной в п. 1 статьи, как определить момент окончания действий, которые не имеют четко определенного содержания? Если, в частности, не признать мужеложство только сексуальным контактом между мужчинами, при котором половой член одного вводится в анальное отверстие другого, то оно, мужеложство, может толковаться как любые действия сексуального характера между мужчинами, и уже только касание и т.п. половых органов потерпевшего должно признаваться оконченным составом преступления. Тогда как, если понимать мужеложство как предложено нами выше, то без введения члена в анальное отверстие такие прикосновения образуют лишь неоконченное деяние.
В этом же п. 7 Постановления утверждается, что, если лицо осознавало возможность доведения преступных действий до конца, но добровольно и окончательно отказалось от совершения изнасилования или насильственных действий сексуального характера (но не вследствие причин, возникших помимо его воли), содеянное им независимо от мотива отказа квалифицируется по фактически совершенным действиям при условии, что они содержат состав иного преступления. Следовательно, исходя из предлагаемой нами дефиниции мужеложства, после совершения лишь приведенных в качестве примера прикосновений добровольный отказ возможен, тогда как при ином понимании — нет, невозможен. По какому пути должна пойти судебная практика?
Представляется поэтому, что так же, как изнасилование признается оконченным с момента введения полового члена во влагалище женщины (когда одно только соприкосновение половых органов мужчины и женщины не может быть признано оконченным изнасилованием), аналогично и мужеложство следует признавать оконченным с момента введения полового члена в анальное отверстие потерпевшего, а лесбиянство — с момента начала использования полового органа одной из женщин.
Иные действия сексуального характера должны признаваться оконченными в зависимости от характера этих действий. Если умысел виновного направлен на совершение полового акта в какой-либо форме, то содеянное должно признаваться оконченным с момента проникновения полового члена в полости тела. Однако если иные действия сексуального характера выражаются не в совершении полового акта в какой-либо форме, то они должны признаваться оконченными с момента начала их совершения.
Если же виновный намеревался совершить, например, насильственный акт мужеложства (в предлагаемом нами понимании этого деяния) наряду с иными действиями сексуального характера и последние уже начал совершать, тогда как половой член в анальное отверстие потерпевшего ему ввести не удалось по независящим от него обстоятельствам, содеянное в целом должно квалифицироваться как оконченное преступление, предусмотренное ст. 132 УК РФ.
Пленум также указал, что добровольный отказ возможен как на стадии приготовления к преступлению, так и на стадии покушения на него.
С одной стороны, покушение на преступление уголовно наказуемо, с другой — Пленум утверждает, что добровольный отказ возможен на стадии покушения на преступление. В связи с этим требуется пояснение.
Представляется, что при совершении изнасилования, мужеложства, лесбиянства, а также иных действий сексуального характера в виде полового акта в иной форме добровольный отказ возможен до момента сексуального проникновения в полости тела потерпевшего. При этом виновный должен осознавать возможность совершения этого сексуального проникновения.
В противном случае, при невозможности сексуального проникновения по каким-либо объективным причинам, содеянное должно квалифицироваться как покушение на преступление.
Однако при совершении иных действий сексуального характера, не связанных с сексуальным проникновением, добровольный отказ возможен лишь до начала действий сексуального характера.
5. В Постановлении Пленума (абз. 1 п. 12) правильно обращается внимание на то, что заражение потерпевшего венерическим заболеванием может быть совершено как умышленно, так и по неосторожности. Вызывает возражение, однако, то, что Пленум исключил причинение указанного заболевания по небрежности. Исходя из рекомендаций Пленума виновный, заразивший потерпевшего при совершении преступления венерическим заболеванием по небрежности, не должен подлежать ответственности. Почему?
Вполне возможны случаи, когда виновное лицо не предвидело возможность заражения потерпевшего венерическим заболеванием при совершении насильственных действий сексуального характера, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должно было и могло предвидеть подобное последствие. Например, лицо, ведущее беспорядочную половую жизнь, при изнасиловании заражает потерпевшую венерическим заболеванием. По нашему мнению, содеянное виновным должно быть квалифицировано по п. «в» ч. 2 ст. 131 УК РФ. Во всяком случае, закон не предусматривает каких-либо изъятий с точки зрения субъективной стороны данного состава преступления. Можно предположить, что Пленум основывался на том, что уголовная ответственность за заражение венерическим заболеванием в соответствии с диспозицией ст. 121 УК РФ возможна только для лиц, знавших о наличии у них соответствующего заболевания. Однако следует заметить, что ст. ст. 131 и 132 УК РФ не содержат подобных ограничений.
Относительно заражения потерпевшего ВИЧ-инфекцией Пленум указал, что данное преступление может быть совершенно как умышленно, так и по неосторожности. И с этим согласиться сложно, поскольку в п. «б» ч. 3 ст. 131 и ст. 132 УК РФ предусматривается, что данное последствие может быть причинено только по неосторожности. В случае умышленного заражения потерпевшего ВИЧ-инфекцией содеянное должно быть квалифицировано по соответствующей части ст. ст. 131 и 132 УК и по соответствующей части ст. 122 УК РФ.
Возможно, подобной рекомендацией Пленум «подправил» закон, поскольку в случае умышленного заражения потерпевшего ВИЧ-инфекцией наказание по совокупности преступлений может оказаться мягче, чем за заражение по неосторожности исходя из санкции ч. 3 ст. 131 или ст. 132 УК РФ.
6. Пленум расширил перечень приводимых им примеров обстоятельств, признаваемых иными тяжкими последствиями. В Постановлении от 15 июня 2004 г. N 11 в числе примеров указывалось только на самоубийство потерпевшего, тогда как попытка самоубийства, а также беременность потерпевшей в этом перечне не упоминались. Тяжкие последствия могут наступить от изнасилования либо насильственных сексуальных действий или в результате покушения на эти преступления, они причинно связаны с названными преступлениями, и в отношении их должна быть установлена неосторожная вина.
Тяжкие последствия могут быть вызваны непосредственно действиями насильника. Например, в результате изнасилования наступила беременность потерпевшей. Тяжкие последствия могут быть вызваны и действиями самой потерпевшей, например, спасаясь от насильника, потерпевшая выпрыгивает из окна и получает тяжкие повреждения.
В этих случаях определенные трудности представляет доказывание неосторожной вины к факту получения тяжких повреждений или самоубийства потерпевшего лица. Следует исходить из того, что сам факт такого сексуального надругательства над человеком, как правило, позволяет сделать вывод, что виновный, если не предвидел, то должен был и мог предвидеть такую реакцию потерпевшей (потерпевшего) на его преступные действия. Иные тяжкие последствия могут касаться не только потерпевшего лица, но и других лиц.
7. В п. 15 Постановления Пленум отмечает, что преступление, предусмотренное ст. 133 УК РФ, отличается от преступлений, предусмотренных ст. ст. 131 и 132 УК РФ, способами совершения преступления. Однако Пленум не раскрывает содержания употребляемых в законе понятий.
Представляется, что шантаж — это угроза распространения сведений компрометирующего характера. При этом не имеет значения их достоверность, например, при понуждении к вступлению в половую связь под угрозой распространения сведений о венерическом заболевании потерпевшего в прошлом.
Угроза уничтожения, повреждения или изъятия имущества предполагает совершение действий в отношении имущества потерпевшего (например, понуждение к лесбиянству под угрозой сожжения дома). Если угрозы приведены виновным в исполнение, то он должен дополнительно подлежать уголовной ответственности за умышленное уничтожение или повреждение имущества или за его хищение в зависимости от характера совершенных действий.
Другой способ понуждения — использование материальной или иной зависимости. «Зависимость» — это подчиненность другим (другому) при отсутствии самостоятельности, свободы <2>. Зависимый — находящийся в подчиненном положении <3>. Следовательно, использование зависимости — это использование зависимого, подчиненного положения потерпевшего для понуждения его к действиям сексуального характера. В большинстве случаев зависимость очевидна (например, при отношениях «начальник — подчиненный», «преподаватель — студент», «тренер — спортсмен», «воспитатель — ребенок», «отчим — падчерица»).
———————————
<2> Ожегов С.И. Словарь русского языка. М., 1990. С. 202.
<3> Там же.
По нашему мнению, уголовной ответственности за понуждение к совершению действий сексуального характера путем использования зависимости виновный подлежит только в том случае, когда он посягал на законные, правоохраняемые права и интересы потерпевшего (например, грозил задержать получение очередного воинского звания). Однако если виновный пообещал подчиненному незаконно представить его к очередному воинскому званию, то в этом случае использования зависимости нет, а имеет место уголовно ненаказуемое соблазнение подчиненного.
Пленум обращает внимание на то, что преступление, предусмотренное ст. 133 УК РФ, признается оконченным с момента начала понуждения независимо от достижения целей понуждения. Это вполне обоснованно, поскольку данный состав преступления сконструирован как формальный и уголовная ответственность наступает за сам факт понуждения к совершению действий сексуального характера. Поэтому если в результате понуждения виновный добился своего, его действия не подлежат дополнительной квалификации. Например, если виновный понудил женщину совершить с ним половое сношение и она была вынуждена согласиться, то виновный не будет подлежать уголовной ответственности за изнасилование, содеянное в этом случае содержит только состав преступления, предусмотренного ст. 133 УК.
Использование обмана или злоупотребления доверием, так же как и любых иных способов понуждения к совершению действий сексуального характера, не названных в ст. 133 УК РФ, не образует признаков данного состава преступления.
8. В п. 16 Постановления отмечается, что при совершении преступлений, предусмотренных ст. ст. 134 и 135 УК РФ, виновный не может использовать насилие, угрозу его применения, а также беспомощное состояние потерпевшего, поскольку в противном случае содеянное должно быть квалифицировано по ст. ст. 131 или 132 УК РФ.
Потерпевшим от преступлений, предусмотренных ст. ст. 134 и 135 УК РФ, может быть лишь лицо в возрасте от 12 до 16 лет. Если данные преступления совершены в отношении лица, не достигшего 12-летнего возраста, то содеянное в зависимости от обстоятельств квалифицируется как преступление, предусмотренное или ст. 131, или ст. 132 УК РФ (на что указано в примечании к ст. 131 УК РФ). Половое сношение, мужеложство или лесбиянство, совершенное с лицом старше 16-летнего возраста, преступлением не признается.
Пленум не уделил внимания тому, что название статьи не соответствует ее содержанию. Из названия следует, что виновный подлежит уголовной ответственности за все действия сексуального характера, совершенные с лицом, достигшим 12-летнего, но не достигшим 16-летнего возраста, а исходя из содержания диспозиции совершение иных действий сексуального характера ненаказуемо. Такая забывчивость законодателя у всех вызывает недоумение.
Например, если виновный совершил половое сношение с 13-летней в естественной форме, он подлежит уголовной ответственности по ст. 134 УК РФ. Однако если он совершил с ней половой акт в иной форме (per os, per anum), то уголовной ответственности по этой статье он не подлежит.
Выход можно было бы найти в толковании полового сношения применительно к составу преступления, предусмотренного ст. 134 УК РФ, как полового акта, совершаемого в естественной или иной форме. Однако такому пониманию препятствует системное толкование соответствующих признаков объективной стороны преступлений, предусмотренных ст. ст. 131 и 132 УК РФ. Тогда как предложение квалифицировать в подобных случаях содеянное по ст. 135 УК РФ выглядит достаточно спорным, поскольку действия сексуального характера, связанные с сексуальным проникновением, представляются более общественно опасным преступлением, чем просто развратные действия.
Пленум специально обращает внимание на то, что субъектом преступлений, предусмотренных всеми частями ст. ст. 134 и 135 УК РФ, является лицо, достигшее 18-летнего возраста ко времени совершения преступления.
9. В соответствии с рекомендациями Пленума к развратным относятся различные действия, обязательным признаком которых является сексуальный мотив. В п. 17 Постановления разъясняется, что данные действия могут быть направлены на удовлетворение сексуального влечения виновного, или на вызывание сексуального возбуждения у потерпевшего, или на пробуждение у него интереса к сексуальным отношениям. К развратным действиям не могут быть отнесены половое сношение, мужеложство и лесбиянство, совершенные в отношении лиц, достигших двенадцатилетнего, но не достигших шестнадцатилетнего возраста.
Однако демонстрация потерпевшему актов полового сношения, мужеложства или лесбиянства образует состав преступления, предусмотренного ст. 135 УК РФ. К развратным действиям можно отнести непристойные прикосновения к половым органам, демонстрацию половых органов, совершение действий сексуального характера в присутствии лица, не достигшего 16-летнего возраста, и др.
Особо Пленум отметил, что развратными могут признаваться и действия интеллектуального характера, в том числе совершаемые с использованием сети Интернет, а также иных информационно-телекоммуникационных сетей.
Интеллектуальные развратные действия могут выражаться, например, в демонстрации продукции порнографического содержания, в ведении циничных разговоров на сексуальные темы, в склонении детей к совершению сексуальных действий и др.
10. Достаточно сложно согласиться с подходом к квалификации, выраженным в п. 19 Постановления. В соответствии с рекомендациями Пленума совершение виновным нескольких преступлений, например, предусмотренных частями первой, второй и третьей ст. 134 УК РФ, должно быть квалифицировано по ч. 4 ст. 134 УК РФ как совершенное в отношении двух или более лиц. Аналогично рекомендуется квалифицировать содеянное применительно к ст. 135 УК РФ, имеющей в ч. 3 квалифицирующий признак «деяния, совершенные в отношении двух или более лиц».
Однако сущность квалифицированного состава преступления, предусматривающего повышенную уголовную ответственность за совершение деяний в отношении двух или более лиц, заключается в том, что виновный в рамках единого продолжаемого преступления совершает действия в отношении двух или более потерпевших. Тогда как продолжаемое преступление предполагает, что юридически тождественные действия сексуального характера совершаются в течение непродолжительного времени, при обстоятельствах, свидетельствующих о наличии единого умысла виновного лица в отношении несколько потерпевших. Имеются ли подобные обстоятельства в случаях совершения действий в разное время в отношении разных потерпевших? Нет, не имеются.
Ссылка на ст. 17 УК РФ, думается, здесь неточна, поскольку эта норма к подобным случаям не имеет отношения — в ст. 17 УК говорится о случаях, когда совершение двух или более преступлений предусмотрено статьями УК в качестве обстоятельства, влекущего более строгое наказание. В нашем же случае в соответствующих статьях УК речь идет о совершении одного преступления, совершенного в отношении двух или более потерпевших. Поэтому применение ч. 4 ст. 134 и ч. 3 ст. 135 УК РФ возможно только в тех случаях, когда виновный совершал единое продолжаемое преступление в отношении двух или более лиц. Совершение двух или более соответствующих деяний в отношении нескольких потерпевших в отсутствие единого умысла, т.е. умысла, субъективно объединяющего данные посягательства, должно квалифицироваться по совокупности преступлений.
11. Разъяснение, данное в п. 21 Постановления, касается квалификации совершения развратных действий в отношении лица, не достигшего двенадцатилетнего возраста.
В силу примечания к ст. 131 УК РФ, если развратные действия совершены в отношении лица, не достигшего двенадцатилетнего возраста, то содеянное должно квалифицироваться по п. «б» ч. 4 ст. 132 УК РФ как совершение насильственных действий сексуального характера в отношении лица, не достигшего четырнадцатилетнего возраста. Под «развратными» Пленум предлагает понимать действия как физического, так и интеллектуального характера, совершаемые по сексуальному мотиву.
Как квалифицировать, например, демонстрацию порнографической продукции потерпевшему, не достигшему двенадцатилетнего возраста? В силу прямого указания закона содеянное должно квалифицироваться по п. «б» ч. 4 ст. 132 УК РФ. Однако подобная оценка вызывает возражения, поскольку не отвечает, как представляется, принципу справедливости ввиду чрезвычайной строгости санкции, предусмотренной в названной части ст. 132 УК РФ, — такая санкция явно несоразмерна степени общественной опасности демонстрации порнографической продукции не достигшему двенадцатилетнего возраста лицу.
Выход, однако, видится, только в изменении закона. В настоящее время суды интеллектуальные развратные действия, совершенные лицом, достигшим четырнадцатилетнего возраста, в отношении потерпевшего, не достигшего двенадцатилетнего возраста, должны квалифицировать по п. «б» ч. 4 ст. 132 УК РФ.
12. Осознание виновным особенностей возраста потерпевшего является обязательным при квалификации половых преступлений. Пленум указал, что виновный должен знать или допускать нахождение потерпевшего в определенном возрасте на момент совершения преступления. Достоверного знания возраста потерпевшего не требуется. Однако добросовестное заблуждение лица относительно возраста потерпевшего должно толковаться в его пользу.
Пристатейный библиографический список
Ожегов С.И. Словарь русского языка. М., 1990.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *