Пределы доказывания

4. Пределы доказывания

С предметом доказывания тесно связано другое понятие, также служащее инструментом для обеспечения и оценки всесторонности, полноты, объективности исследования обстоятельств уголовного дела. Речь идет о таких границах последнего, которые обеспечивают полное и достоверное установление всех обстоятельств, могущих иметь значение для дела. Иными словами, пределы доказывания —это необходимая и достаточная совокупность доказательств, которая, будучи собранной по делу, обеспечивает правильное его разрешение путем установления «искомого комплекса» обстоятельств, подлежащих доказыванию. Понятия предмета и пределов доказывания взаимосвязаны и взаимозависимы: первое выражает цель, второе —средства ее достижения. Статья 20 УПК требует полно, всесторонне, объективно исследовать обстоятельства дела, выявить как уличающие, так и оправдывающие обвиняемого, как отягчающие, так и смягчающие его вину обстоятельства. Статьи 20 и 71 запрещают ставить решение вопроса о пределах доказывания в зависимость от вида полученных доказательств. Статья 243 также подчеркивает применительно к стадии судебного разбирательства необходимость определить в каждом конкретном случае пределы доказывания, чтобы, с одной стороны, обеспечить полное, всестороннее, объективное исследование предмета доказывания, а с другой —устранить все, не имеющее отношения к делу. Эта же позиция была свойственна ранее действовавшему процессуальному закону. Нельзя согласиться с высказываниями А. Я. Вышинского о том, что «советское процессуальное право, не расширяя безгранично круг вопросов, подлежащих судебному исследованию, не ставит, однако, здесь никаких формальных границ, допуская к предъявлению на суде и следствии любые факты» Во-первых, как уже было показано выше, утверждение о нерегламентированности законом круга вопросов, подлежащих исследованию, не соответствует действительности. Во-вторых, очевидно, что в приведенном высказывании отождествляются два вопроса: о предмете доказывания и о его пределах, причем последние трактуются как неопределенные. В действительности они определены предметом доказывания и конкретизация их по каждому делу вовсе не означает утраты целенаправленности доказывания: она осуществляется на базе и во исполнение нормативной регламентации предмета доказывания.

Понятие пределов доказывания, с одной стороны, включает требование обеспечить необходимую и достаточную полноту (глубину) познания существенных явлений и их связей; с другой —оно выражает требование надежности результатов познания Иными словами, пределы доказывания предполагают определение по конкретному делу его границ таким образом, чтобы собранная совокупность доказательств с качественной стороны обеспечивала установление каждого элемента предмета доказывания. С количественной стороны они должны гарантировать достоверность установления этих обстоятельств для адресата доказывания и всех лиц, к которым обращено воспитательное и предупредительное действие судопроизводства.

Таким образом, если предмет доказывания охватывает обстоятельства, подлежащие установлению по делу, как фактическое основание для решения вопросов ответственности, наказания и др., то пределы доказывания охватывают доказательственный материал, относящийся к обстоятельствам, подлежащим установлению по делу, и позволяющий сделать о них достоверные выводы (фактическое основание для установления предмета доказывания). Таким образом, на процессуальном материале и процессуальными средствами решается общая для теории информации задача создания надежных систем с использованием относительно ненадежных элементов, превращения вероятного знания в достоверное. Речь идет как о доказательствах, содержанием которых являются фактические данные непосредственно об элементах предмета доказывания, так и о промежуточных и других вспомогательных фактах.

Пределы доказывания зависят прежде всего от предмета доказывания. Именно на этой основе решается по каждому делу вопрос, какие фактические данные относятся к делу и должны быть собраны, проверены, оценены, а следовательно, какие процессуальные действия и каким образом должны быть проведены. Иными словами, пределы доказывания определяются с использованием свойства относимости доказательств, хотя в конкретном случае часть относящейся информации может оказаться избыточной. Определенное значение имеет, однако, и наличие применительно к конкретному делу решений преюдициального характера, общеизвестных фактов и подлежащих применению презумпций. Соответствующая фактическая информация как бы «замещает» в деле, поскольку она не взята под сомнение и не устранена в установленном порядке (см. 2), некоторые сведения, которые надо было собрать. При определении пределов доказывания имеют значение и правила об обязанности использовать доказательства определенного вида при установлении некоторых элементов предмета доказывания и вспомогательных фактов (например, ст. 79 УПК РСФСР). Надо отметить также, что в пределы доказывания включаются только допустимые доказательства (ошибочно включенные фактические данные, не обладающие этим свойством, устраняются из совокупности доказательств). В частности, фактические данные, собранные в ходе ведомственной проверки деятельности должностных лиц контрольно-ревизионных, таможенных и других органов, включаются в систему доказательств лишь постольку, поскольку удовлетворяют требованиям, которые процессуальный закон предъявляет к документам (см. гл. гл. IV, XII) не образуют они и самостоятельной системы фактических данных наряду с процессуальными доказательствами. Поэтому выводы, сделанные собравшими их должностными лицами о существовании (несуществовании) обстоятельств, входящих в предмет доказывания, не влияют на пределы последнего. С учетом изложенного следует отличать пределы доказывания от более широкого понятия пределов собирания и оперирования фактическими данными в ходе производства по делу. Последнее понятие включает и различные виды вспомогательной информации, не имеющей значения доказательств, но используемой для их собирания (обнаружения). Невыполнение требований закона относительно пределов доказывания порождает ошибки троякого рода. Во-первых, следователь и суд могут необоснованно сузить пределы доказывания, в результате чего те фактические данные, которыми будет располагать суд к моменту вынесения приговора, окажутся недостаточными для правильного ответа на все стоящие перед судом вопросы. Иными словами, некоторые элементы предмета доказывания останутся недостаточно исследованными из-за пробелов в доказательственном материале.

Примером такого неправильного определения пределов доказывания может служить дело по обвинению Л., Ш. и др. Подсудимые обвинялись в. хищении ваты и матрацев, изготовленных из неучтенного сырья. В обвинительном заключении указывалось, что похищенные товары сбыты через торговую сеть. В ходе судебного разбирательства, однако, обнаружилось, что по делу не были собраны доказательства, устанавливающие значительную часть обстоятельств, относящихся к событию преступления, в том числе источники сырь для изготовления неучтенных товаров, соответствие количества полученного сырья выпущенной продукции. Так как установить эти обстоятельства в ходе судебного разбирательства не представилось возможным, суд направил дело для производства дополнительного расследования. Во-вторых, следствие и суд могут необоснованно сузить пределы доказывания, пренебрегая данными, обеспечивающими надежность выводов, хотя в принципе исследованием и были охвачены все элементы предмета доказывания. В результате недостаточной глубины исследования не все из них можно будет признать установленными. Примером может служить дело по обвинению 3., П., Р. и других во взяточничестве. В судебном разбирательстве было установлено, что обвинение подсудимых основано исключительно на показаниях свидетелей, являющихся взяткодателями.

Направляя дело на доследование, суд указал, что следственным органам надлежит установить характер взаимоотношений между обвиняемыми и свидетелями, так как имеются сведения, что эти свидетели на производстве недисциплинированны, имеют многочисленные взыскания и, будучи этим недовольны, оговаривают подсудимых. Суд предложил следственным органам выяснить причину противоречий в показаниях обвиняемых и свидетелей. Таким образом, из-за сужения пределов доказывания часть существенных обстоятельств неминуемо остается вне поля зрения следователя и суда. Это подрывает убедительность и обоснованность решения и угрожает ошибкой. В-третьих, могут быть допущены ошибки, связанные с «избыточным» расширением пределов доказывания. При этом следует правильно трактовать понятие «избыточности». В формировании необходимой и достаточной совокупности доказательств по конкретному делу используются количественный и качественный критерии надежности в их совокупности. С увеличением количества доказательств, с объективно совпадающим или частично перекрывающим (подкрепляющим) содержанием увеличивается и их надежность, а следовательно, и надежность установления обстоятельств, входящих в предмет доказывания. Поэтому при определении пределов доказывания по конкретному делу следует учитывать значение соответствующих доказательств (действий, с помощью которых они могут быть собраны) не толь ко для выявления обстоятельств, входящих в предмет доказывания, но и для проверки уже собранных данных, для восполнения пробелов и устранения противоречий, имеющихся в доказательственном материале. В частности, можно провести несколько следственных действий для выяснения одного и того же обстоятельства. Получение в процессе доказывания сведений об одних и тех же фактах из разнородных и независимых друг от друга источников или каналов информации есть своего рода резервирование или параллельное объединение подсистем информации, эффективно влияющее на повышение надежности всей системы в целом. Один количественный критерий, однако, не может обеспечить определение необходимых и достаточных пределов доказывания по конкретному делу. Используя его, следователь и суд вместе с тем изучают происхождение и связи между доказательствами (наличие их системы), устанавливают существование (несуществование) фактов, которые Должны были составить обязательный комплекс в случае, если содержание того или иного доказательства является достоверным (например, наличие пробоины от пули в стене, если направление выстрела соответствовало показаниям очевидца), и т. д. Иными словами, совокупность доказательств должна формироваться целенаправленно, так как неоправданная избыточность доказательственного материала, так же как и его недостаточность, может представлять серьезную опасность. Слишком широкие пределы доказывания неоправданно затягивают предварительное расследование и судебное разбирательство. Кроме того, слишком широкие пределы доказывания нередко ставят под угрозу убедительность приговора, затрудняют проверку обоснованности выводов следователя и суда, не дают возможности присутствующим в зале суда разобраться в деле, понять правильность решения. Нередко такое загромождение отрицательно сказывается и на правильности самого решения по существу: ведь собирание ненужных для решения дела материалов мешает целеустремленности следствия и судебного разбирательства, искажает перспективу дела, отвлекает от собирания доказательств, действительно необходимых для выяснения существенных обстоятельств. Речь идет не о любой избыточности доказательственной информации, но именно о неоправданной избыточности, т. е. о включении в пределы доказывания фактических данных:

а) не относящихся к обстоятельствам дела;

б) устанавливающих обстоятельства, уже достоверно установленные;

в) устанавливающих обстоятельства, познание которых по данному делу не требует процессуального доказывания (см. 1, 2);

г) фиксирующих заведомо известную невозможность получения доказательств определенного вида

д) недопустимых в силу процессуальных правил доказывания (2 гл. IV).

В то же время определенная избыточность доказательств по делу практически неизбежна в связи с требованием надежности их системы (совокупности). Хотя собранная совокупность доказательств до определенного момента дает все основания считать определенные обстоятельства относящимися или не относящимися к делу, эта оценка до завершения доказывания. всегда является лишь предварительной и подвергается перепроверке. Дальнейшее производство может менять оценку некоторых обстоятельств с точки зрения их связи с обстоятельствами, входящими в предмет доказывания, промежуточными и вспомогательными фактами. Соответственно может измениться и оценка значения того или иного доказательства. Поэтому расширение объема доказывания на предварительном следствии и в суде по сравнению с необходимыми и достаточными пределами его не всегда свидетельствует о недочетах в работе следователя или судей, о том, что они пренебрегли необходимыми пределами доказывания, а подчас зависит от условий, в которых проводятся соответствующие стадии процесса, конкретной обстановки, недостаточности первоначальных сведений о событии, появления версий, которые отпадают после проверки, и т. д. Практически наличие определенного количества «резервных» доказательств имеет место в каждом конкретном случае, в связи с чем следует различать необходимые и достаточные пределы доказывания, к которым следователь, суд стремятся при планировании и осуществлении производства, и фактический объем доказывания. Однако и применительно к последнему надо различать оправданную его избыточность и неоправданную за счет материалов, заведомо не могущих нести полезные сведения («шум» по терминологии теории информации). В момент перехода из одной стадии процесса в другую, как и в ходе производства, в каждой стадии фактический «объем доказательств» все время корректируется в направлении максимального приближения к необходимым пределам доказывания. При этом анализируется собранная совокупность доказательств, позволяющих все более и более точно представлять эти пределы. Иными словами, определение пределов доказывания (как и его предмета) не может рассматриваться как разовое действие. Отпадение, появление, изменение версий, получение объяснений, заявление ходатайств участниками процесса, результаты предварительной оценки собранных доказательств —все это влечет изменение ранее сделанных выводов. Совмещение же фактического объема и пределов доказывания осуществляется при составлении итоговых процессуальных документов, причем, отказываясь от определенной части собранных данных как недопустимых или неотносимых, следователь и суд мотивируют свою позицию соответственно в обвинительном заключении и приговоре Сказанное позволяет найти правильный ответ на возникающий в процессуальной теории, следственной и судебной практике вопрос о соотношении пределов доказывания в стадиях предварительного расследования и судебного разбирательства. Из того бесспорного обстоятельства, что предварительное расследование не завершает в большинстве случаев процесса доказывания, иногда делается вывод о более узких пределах доказывания на предварительном расследовании. Другие научные и практические работники, наоборот, считают, что пределы доказывания на предварительном следствии шире, чем на судебном следствии. Обе эти точки зрения представляются неверными. Поскольку предварительное расследование призвано подготовить полноценный доказательственный материал для судебного рассмотрения во всем его объеме (что, разумеется, не исключает возможности и правомерности собирания судом новых доказательств, если в этом возникает необходимость), постольку пределы доказывания —одни и те же на следствии и в суде. Иначе и не может быть, поскольку предмет доказывания и критерии, на основании которых решается вопрос об относимости и допустимости доказательств, одинаковы на различных стадиях процесса. Несовпадение констатируется не в пределах, необходимых и достаточных для установления предмета доказывания, а именно в фактическом объеме доказывания. При этом могут иметь место следующие варианты

а) фактический объем доказывания на предварительном расследовании более широк по сравнению с объемом доказывания на судебном разбирательстве за счет информации, хотя и оказавшейся в конечном счете избыточной, но собранной для обеспечения полноты и надежности доказывания;

б) более широкий объем объясняется ошибочным включением в предмет доказывания обстоятельств, фактически в него не входящих, в связи с чем собиралась информация, не относящаяся к делу;

в) более широкий объем объясняется ошибочным определением круга доказательств, необходимых и достаточных для достоверного знания обстоятельств, входящих в предмет доказывания.

В свою очередь расширение объема доказывания на судебном разбирательстве по сравнению с предварительным расследованием может быть также обусловлено одним из названных выше вариантов либо связано с необходимостью восполнить пробелы предварительного расследования. Последнее имеет место в случае, когда на предварительном расследовании остались невыявленными или неисследованными существенные для дела обстоятельства, т. е. пределы доказывания на этой стадии были неправильно определены и поэтому сужен объем доказывания. Различие в объеме доказывания может объясняться и тем, что на предварительном расследовании пределы были определены и спланированы правильно, а суд неосновательно сузил или расширил их.

На предварительном расследовании и при судебном разбирательстве исследуются наряду с обстоятельствами, входящими в предмет доказывания, и вспомогательными относительно них фактами также факты, необходимые для принятия процессуальных решений, в частности для охраны прав граждан на определенное имущество, и т. п. Статья 303 УПК РСФСР, например, указывает, что при постановлении приговора суд должен разрешить вопрос о том, как поступить с вещественными доказательствами, на кого и в каком размере должны быть возложены судебные издержки. Чтобы решить эти вопросы, надо установить ряд обстоятельств, в том числе, что представляют собой вещественные доказательства, кто является их владельцем (ст. 86 УПК). Для решения вопроса о том, на кого и в какой сумме возложить судебные издержки, необходимо установить имущественное положение осужденного и т. д. Входят ли в пределы доказывания фактические данные, с помощью которых устанавливаются такого рода обстоятельства? Представляется, что нет, так как эти пределы неразрывно связаны с предметом доказывания, фиксируя необходимый и достаточный для его установления объем информации. Здесь же речь идет о своего рода побочных линиях доказывания, направленных на решение вопросов процедурного («обслуживающего») характера. В то же время применительно к решению каждого из таких вопросов должен в конкретном случае определяться комплекс доказательств, необходимый и достаточный для его решения. Разумеется, их собирание, проверка, оценка осуществляются с соблюдением процессуальных норм.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Пределы доказывания представляют собой

⇐ Предыдущая12

1. Совокупность связей доказательств с предметом доказывания.

2. Количество обстоятельств, подлежащих доказыванию.

3. Требование законности при получении доказательств.

4. Достаточность собранных доказательств.

5. Предмет доказательственного права включает в себя:

1. Процессуальные нормы.

2. Процесс доказывания.

3. Уголовно-правовые отношения.

4. Теорию доказательств.

5. Деятельность следователя.

6. Правильная последовательность элементов процесса доказывания:

1. Использование. 4

2. Оценка. 3

3. Проверка. 2

4. Собирание. 1

7. Доказательство может быть допустимым, если оно получено:

1. От анонимного источника.

2. Не в результате следственных действий.

3. Из источника, не предусмотренного уголовно-процессуальным законом.

4. Субъектом, подлежащим отводу.

8. Допустимость доказательств больше определяется таким признаком как их:

1. Законность получения.

2. Отношение к делу.

3. Юридическая сила.

9. Доказательствами по уголовному делу служат:

1. Событие преступления, виновность лица (обвиняемого) и другие значимые обстоятельства.

2. Любые факты, на основе которых следователь принимает уголовно-процессуальные решения.

3. Сведения, обладающие признаками относимости и допустимости.

4. Указания прокурора и суда.

10. Источником доказательств не является:

1. Протокол следственного эксперимента.

2. Справка специалиста.

3. Показания свидетеля, полученные под гипнозом.

4. Явка с повинной.

Тема 5. Меры уголовно-процессуального принуждения.

1. Мерой процессуального принуждения карательного характера служит:

1. Обращение залога в доход государства.

2. Задержание подозреваемого.

3. Домашний арест.

4. Привод.

5. Заключение под стражу.

Уголовно-процессуальное задержание применяется

1. По судебному решению.

2. С согласия начальника следственного отдела.

3. С санкции прокурора.

4. С согласия подозреваемого или обвиняемого.

5. Без санкции.

3. Меры пресечения отличаются от иных принудительных мер тем, что они:

1. Применяются в предусмотренном законом порядке.

2. Применяются только к подозреваемому и обвиняемому.

3. Предназначены для устранения препятствий движения дела.

4. Регламентированы уголовно-процессуальным законом.

5. Могут быть применены до возбуждения уголовного дела.

Меры уголовно-процессуального принуждения применяются

1. По административным делам.

2. В соответствии с нормами уголовно-процессуального кодекса РФ.

3. В отношении следователя, дознавателя, прокурора.

4. Помимо воли и желания граждан.

Задержанный подозреваемый допрашивается

1. Не позднее 24 часов с момента задержания.

2. В срок до 3 часов с момента доставления.

3. После консультации с защитником.

4. После получения санкции прокурора.

5. Без составления отдельного протокола допроса.

Целью применения мер пресечения не является предотвращение

1. Ложных показаний обвиняемого.

2. Уклонение обвиняемого от следствия.

3. Препятствий для исполнения приговора.

4. Преступной деятельности обвиняемого.

Уголовно-процессуальное задержание подозреваемого применяется в стадии

1. Исполнения приговора.

2. Назначения судебного заседания.

3. Судебного разбирательства.

4. Апелляционного производства.

5. Предварительного расследования.

8. Процессуальное задержание подозреваемого могут произвести:

1. Орган дознания.

2. Прокурор.

3. Суд.

4. Следователь.

5. Частный обвинитель.

6. Потерпевший.

9. Применяется без согласия обвиняемого мера пресечения в виде:

1. Наблюдение командования воинской части.

2. Домашнего ареста.

3. Залога.

4. Присмотра за несовершеннолетним обвиняемым.

5.6. Предмет и пределы доказывания. Соотношение между пред­метом и пределами доказывания

Содержание предмета доказывания составляют обстоятельства, ука­занные в законе и являющиеся основанием для принятия конечных реше­ний по делу (ст. ст. 73, 421, 434 УПК РФ). Иначе говоря, предмет дока­зывания — это полный перечень обстоятельств, в обязательном порядке подлежащих установлению и подтверждению (их наличия либо отсутст­вия) с использованием доказательств по каждому уголовному делу.

Ос­новными же его элементами являются:

1) событие преступления (время, место, способ, общественная опасность деяния, противоправность, средства и орудия преступления, данные о потерпевшем от преступления, а иногда и характере его дейст­вий, предпринятые обвиняемым меры сокрытия преступления и другие обстоятельства совершения преступления);

2) виновность лица в совершении преступления, форма его вины и мотивы;

3) обстоятельства, характеризующие личность обвиняемого;

4) характер и размер вреда, причиненного преступлением;

5) обстоятельства, исключающие преступность и наказуемость дея­ния;

6) обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание;

7) обстоятельства, которые могут повлечь за собой освобождение от уголовной ответственности и наказания.

Подлежат выявлению также обстоятельства, способствовавшие со­вершению преступления (ст. 73 УПК РФ).

Положения, перечисленные в данной статье, детализированы и не­сколько уточнены применительно к уголовным делам несовершеннолет­них, а также лиц, совершивших запрещенное уголовным законом деяние в состоянии невменяемости, или лиц, у которых после совершения престу­пления наступило психическое расстройство, делающее невозможным на­значение наказания или его исполнение.

Так, в ст. 421 УПК РФ закреплено, что по делам несовершеннолет­них наряду с доказыванием обстоятельств, указанных в ст. 73 УПК РФ, устанавливаются:

1) возраст несовершеннолетнего, число, месяц и год рождения;

2) условия жизни и воспитания несовершеннолетнего, уровень пси­хического развития и иные особенности его личности;

3) влияние на несовершеннолетнего старших по возрасту лиц.

При наличии данных, свидетельствующих об отставании в психиче­ском развитии, не связанном с психическим расстройством, устанавлива­ется также, мог ли несовершеннолетний в полной мере осознавать факти­ческий характер и общественную опасность своих действий (бездействия)

г

либо руководить ими .

Соответственно по делам об общественно опасных деяниях невме­няемых, а также о преступлениях лиц, у которых после совершения пре­ступления наступило психическое расстройство, делающее невозможным назначение наказания или его исполнение, помимо обстоятельств, уста­навливаемых по всем делам, должны выясняться:

1) время, место, способ и другие обстоятельства совершенного дея­ния;

2) совершено ли деяние, запрещенное уголовным законом, данным лицом;

3) характер и размер вреда, причиненного деянием;

4) наличие у данного лица психических расстройств в прошлом, степень и характер психического заболевания в момент совершения дея­ния, запрещенного уголовным законом, или во время производства по уголовному делу;

5) связано ли психическое расстройство лица с опасностью для него

или других лиц либо возможностью причинения им иного существенного вреда.

По делу могут быть доказаны и иные обстоятельства. Однако их ус­тановление в отличие от тех, которые обозначены в названных нормах, не является обязательным для органов расследования, прокурора и суда.

Рассмотрим каждый из элементов, составляющих предмет доказы­вания в отдельности. Событие преступления — это то, как проявляется преступление в объективной реальности. В самом общем виде событие преступления — это совершенное в определенном месте, в определенное время и определенным образом и т.п. действие (телодвижение) либо без­действие (невыполнение обязанности), приведшее к наступлению ущерба или угрозе возникновения такового.

Место, время, способ и другие элементы события подлежат уста­новлению и подтверждению по каждому уголовному делу независимо от того, являются ли они обязательными признаками состава преступления, иначе, имеют ли эти элементы значение для квалификации общественно опасного деяния или нет.

Знания о времени совершения преступления обычно устанавлива­ются с относительной степенью точности. Иногда достаточно доказать, что преступление совершено зимой определенного года, иногда нужно знать конкретное число или даже час (минуту) совершения преступления. Точность выявления времени и места совершения преступления зависит от того, что за дело расследуется (разбирается). К примеру, если по делу о продолжительном, многоэпизодном хищении чужого имущества с пред­приятия достаточно определить день, а то и месяц каждого эпизода, то по факту убийства иногда время совершения преступления важно знать с точностью до минуты. Только такая четкая хронология поведения подоз­реваемого позволяет иногда доказать несостоятельность его алиби и его причастность к совершению преступления.

По делам о некоторых преступлениях, например об оскорблении военнослужащего (ст. 336 УК РФ) или о насильственных действиях в от­ношении начальника (ст. 334 УК РФ), время (исполнение им обязанно­стей военной службы) является признаком состава преступления. Также обстоят дела с преступлениями, совершенными в военное время (ч. 3 ст. 331 УК РФ). Здесь время влияет на квалификацию преступления именно по данной конкретной статье, а значит, должно быть доказано абсолютно точно.

«Время» — это не только, в какой день и час совершено преступле­ние, но и сколько лет в этот день и час было тому, кто его совершил, а равно какой материальный закон тогда действовал. От установления этих обстоятельств может зависеть решение вопроса о том, достиг ли обвиняе­мый к моменту совершения преступления возраста, с наступлением кото­рого возможно привлечение его к уголовной ответственности, а также (при изменениях в законодательстве, к примеру, введении в действие но­вого УК РФ) для решения вопроса о том, какой уголовный закон (статья закона) по данному делу должен подлежать применению.

Способ совершения преступления — это система каких-то действий (бездействие), послуживших причиной наступления преступного резуль­тата. Выявленные компетентными органами признаки, характеризующие способ, могут отграничивать одно преступление от другого. К примеру, когда лицо убило человека с особой жестокостью, заживо сожгло, пре­ступление квалифицируется по ч. 2 ст. 105 УК РФ (наказание вплоть до пожизненного лишения свободы или смертной казни). Напротив, когда тот же человек совершил преступление из ревности и привел свой «при­говор» в исполнение, будучи с жертвой наедине, одним выстрелом из ру­жья, его действия будут квалифицированы как умышленное убийство без отягчающих обстоятельств, по ч. 1 ст. 105 УК РФ. За совершение такого преступления 15 лет лишения свободы — максимальный срок наказания. Именно способ совершения преступления отличает кражу от грабежа и разбоя.

Способ совершения преступления может играть роль отягчающего наказание обстоятельства. К примеру, совершение преступления с ис­пользованием форменной одежды или документов представителя власти (п. «н» ст. 63 УК РФ) и др. В определенной мере именно способ соверше­ния преступления позволяет говорить о наличии некоторых смягчающих наказание обстоятельствах. Речь идет о п. «ж» ст. 61 УК РФ — нарушение условий правомерности, допустим, задержания лица, совершившего пре­ступление.

Содержание понятия «другие обстоятельства совершения преступ­ления» для различных преступлений может быть неодинаково. Тем не ме­нее к таким фактам принято относить:

— общественную опасность деяния;

— противоправность;

— средства и орудия преступления;

— данные о потерпевшем от преступления, а иногда и характере его действий;

— предпринятые обвиняемым меры сокрытия преступления и тому подобные обстоятельства, необходимость установления которых происте­кает не только из конструкции состава преступления, по поводу которого приступили к доказыванию, но и из требований уголовно- процессуального закона о полноте, объективности и всесторонности ис­следования фактических обстоятельств дела и т.п.

Общественная опасность деяния характеризует сразу три элемента предмета доказывания: событие преступления, обстоятельства, исклю­чающие преступность и наказуемость деяния, а также обстоятельства, ко­торые могут повлечь за собой освобождение от уголовной ответственно­сти и наказания. Общественная опасность деяния имеет особое значение при решении вопроса о прекращении уголовного дела по нереабилити- рующим основаниям (ст. ст. 24-28 УПК РФ). Решение о прекращении уголовного процесса в таких ситуациях принимается лишь, когда имело место преступление небольшой или средней тяжести, а по деяниям, пре­дусмотренным главой 23 УК РФ — не причинило вред интересам других организаций, а также интересам граждан, общества или государства (ст. 23 УПК РФ). Аналогичным образом вынужден поступить правопримени­тель при прекращении уголовного дела по ч. 2 ст. 14 УК РФ, где закреп­лено, что не является преступлением действие (бездействие) хотя фор­мально и содержащее признаки какого-либо деяния, предусмотренного

УК РФ, но в силу малозначительности не представляющее общественной опасности.

Противоправность — обязательный признак любого преступления, один из наиболее важных элементов, по которому осуществляется юри­дическая оценка деяния. Обычно не возникает необходимости собирать доказательства, подтверждающие противоправность расследуемого собы­тия. Однако применительно к процессу доказывания преступлений, пре­дусмотренных бланкетными статьями Особенной части УК, ответствен­ность за совершение которых наступает лишь при нарушении лицом оп­ределенных правил (правил перемещения через таможенную границу РФ, к примеру, огнестрельного оружия или боеприпасов, правил безопасности движения и эксплуатации железнодорожного, воздушного или водного транспорта и т.п.), уголовное дело должно в себе содержать доказательст­во наличия нарушенной нормы. Обычно им служит выписка из того нор­мативного акта, в котором приводятся соответствующие правила.

Средства и орудия преступления также характеризуют обществен­ную опасность и противоправность деяния.

В некоторых случаях именно это обстоятельство позволяет отграничить один состав преступления от другого. Например, грабеж от разбоя. Законодатель факт совершения пре­ступления с использованием оружия, боевых припасов, взрывчатых ве­ществ, взрывных или имитирующих их устройств, специально изготов­ленных технических средств, ядовитых и радиоактивных веществ, лекар­ственных и иных химико-фармакологических препаратов признает ква­лифицирующим признаком ряда преступлений (допустим, п. «г» ч. 2 ст. 126 УК РФ — похищение человека с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия) и как минимум обстоятельством, отяг­чающим наказание обвиняемого (п. «к» ст. 63 УК РФ).

Данные о потерпевшем от преступления и характере его действий также иногда могут свидетельствовать о наличии того или иного состава преступления, квалифицирующего признака, смягчающего или отягчаю­щего обстоятельства. Так, совершение преступления в отношении жен­щины, заведомо для виновного находящейся в состоянии беременности, применительно к похищению человека — квалифицирующий признак (п. «д» ч. 2 ст. 126 УК РФ) и в любом случае отягчающее наказание обстоя­тельство (п. «з» ст. 63 УК РФ).

Понятие » виновность лица в совершении преступления, форма его вины» включает в себя несколько составляющих. Доказать виновность обвиняемого, о которой идет речь в п. 2 ст. 73 УПК РФ, — это значит уста­новить и подтвердить доказательствами следующие обстоятельства:

а) что речь идет о человеке (физическом, а не, к примеру, юридиче­ском лице);

б) что этот человек вменяем, достиг возраста, с наступлением кото­рого возможно привлечение лица к уголовной ответственности;

в) что данное преступление совершено именно им, а никаким иным лицом;

г) что обвиняемый действовал виновно, то есть умышленно или по неосторожности;

д) что его можно отнести (если такой вопрос возникает) к группе специальных субъектов.

Характеристика использованного законодателем в ст. 73 УПК РФ термина «виновность» обычно ограничивается первыми четырьмя при­знаками. Однако не всегда ими исчерпывается. По некоторым уголовным делам важно доказать, что обвиняемый обладает так называемыми при­знаками специального субъекта преступления (должностное лицо, ответ­ственное за пожарную безопасность, военнослужащий и т.д.), что оно действовало в специфических условиях, например совершение преступ­ления при нарушении условий правомерности задержания преступника, крайней необходимости, обоснованного риска, исполнения приказа и т.п.

Доказыванию подлежит и цель, которую преследует преступник. Без корыстной цели не может быть, к примеру, хищения. Преследуемая лицом цель, так же как и мотив преступления, должна устанавливаться и доказываться независимо от того, имеют ли они уголовно-правовое зна­чение для квалификации деяния.

Среди обстоятельств, подлежащих доказыванию, названы также об­стоятельства, характеризующие личность обвиняемого. Они играют важ­ную роль при разрешении судом вопросов:

— подлежит ли подсудимый наказанию за совершенное преступле­ние или его следует освободить от уголовной ответственности;

— какое именно наказание должно быть назначено подсудимому и подлежит ли оно назначению либо отбыванию;

— какой вид исправительного учреждения с соответствующим ре­жимом должен быть определен подсудимому при назначении ему наказа­ния в виде лишения свободы;

— заслуживает ли подсудимый снисхождения или особого снисхож­дения;

— может ли быть применена санкция ниже низшего предела, услов­ное осуждение или замена уголовного наказания мерами общественного воздействия за совершение данного преступления;

— какие именно меры не уголовно-правового воздействия (админи­стративное взыскание, дисциплинарное воздействие и др.) подлежат при­менению.

К числу данных, характеризующих личность подсудимого, могут быть отнесены:

а) фамилия, имя, отчество, день, месяц, год рождения, националь­ность, семейное положение, характер и род деятельности, место работы и жительства (устанавливаются так называемые анкетные данные лично­сти);

б) данные о состоянии здоровья, о трудоспособности;

в) наличие государственных наград, почетных званий, ранений;

г) наличие (отсутствие) судимости, срок отбывания наказания в местах лишения свободы, дата освобождения;

д) факты, характеризующие его как члена общества (по месту жи­тельства, работы, увлечениям и т.п. );

е) события его биографии (к примеру, участвовал в предотвращении последствий аварии в Чернобыле, в боевых действиях по защите Роди­ны, то есть может в последующем быть признан заслуживающим снис­хождения или особого снисхождения при назначении наказания) и др.

Без установления характера и размера вреда, причиненного престу­плением, в ряде случаев просто невозможно сказать, было ли это престу­пление или же деяние, хотя формально и подпадало под признаки престу­пления, предусмотренного статьей Особенной части УК РФ, тем не менее не являлось таковым в силу своей малозначительности.

От характера и размера ущерба в ряде случаев зависит решение уголовно-правовых вопросов:

— о квалификации преступления (к примеру, есть тяжкие последст­вия — обязательный признак данного состава — или нет);

— об определении стадии реализации преступного умысла (имело место покушение или оконченное преступление);

— о наличии смягчающего наказание обстоятельства (оказание ме­дицинской и иной помощи потерпевшему непосредственно после совер­шения преступления, добровольное возмещение имущественного ущерба и морального вреда, причиненных в результате преступления, иные дей­ствия, направленные на заглаживание вреда, причиненного потерпевше­му);

— о размере подлежащей взысканию с обвиняемого суммы;

— о возможности прекращения уголовного дела по нереабилити- рующим основаниям;

— о мере наказания.

Несомненно, между причиненным обществу вредом и объемом применяемых к виновному ограничений, необходимых для восстановле­ния справедливости, прямо пропорциональная связь.

Подлежащий доказыванию ущерб подразделяется на виды:

1) моральный;

2) физический (вред здоровью, лишение жизни);

3) имущественный .

Размер имущественного, а в некоторых случаях материального выражения иного ущер­ба должен быть установлен и в итоговом процессуальном документе зафиксирован в виде кон­кретной денежной суммы. Неправильно указывать, что ущерб причинен на сумму «не менее..»

такого-то количества рублей. Стоимость предмета преступного посягательства должна опре­деляться не в долларах США и не в мировых ценах, а в российских рублях.

Самостоятельным элементом предмета доказывания законодатель назвал смягчающие и отягчающие наказание обстоятельства, перечислен­ные соответственно в ст. ст. 61 и 63 УК РФ. Верховный Суд РФ обращает внимание на то, что содержащийся в ст. 63 УК РФ перечень отягчающих обстоятельств является исчерпывающим.

Для того, чтобы в процессе доказывания собирались не только об­винительные, но и оправдательные доказательства к предмету доказыва­ния отнесены обстоятельства, исключающие преступность и наказуемость деяния, а также обстоятельства, которые могут повлечь за собой освобо­ждение от уголовной ответственности и наказания. Данные обстоятельст­ва перечислены в ст. ст. 20, 23-28 УПК РФ.

Последним элементом предмета доказывания являются обстоятель­ства, способствовавшие совершению преступления. Их наличие должно быть доказано с помощью имеющихся в деле уголовно-процессуальных доказательств. Только принятие мер по устранению доказанных причин

(условий), а не предполагаемых, может быть признано законным.

Суд обязан всесторонне, полно и объективно исследовать сведения, относящиеся к об­стоятельствам, способствовавшим совершению преступления. В этих целях при необходимости следует вызывать в судебное заседание дополнительных свидетелей, истребовать иные дока­зательства. Для выяснения специфических обстоятельств (нарушение технологии производст­ва, техническая неисправность механизмов и т.п.) и принятия должных мер по их устранению суд вправе прибегнуть к помощи специалистов, а при производстве судебной экспертизы по­ставить вопросы, решение которых требует специальных познаний.

Если в процессе судебного разбирательства будут выявлены такие обстоятельства, способствовавшие совершению преступления, которые обусловлены нарушением закона или недобросовестным исполнением служебных обязанностей должностными лицами, а также в случаях, когда имеются данные, свидетельствующие о неправильном поведении отдельных граждан на производстве или в быту, о нарушении ими общественного долга, этих должностных лиц и граждан следует, как правило, допрашивать в судебном заседании в качестве свидете- лей.

Предмет доказывания один и тот же (если не брать в счет стадию возбуждения уголовного дела) на всех стадиях уголовного процесса. А значит, к примеру, на стадии предварительного расследования (если не доказано наличие обстоятельства, исключающего производство по делу) доказыванию подлежит каждое из закрепленных в ст. 73 УПК РФ обстоя­тельство. Нельзя откладывать их установление до момента осуществления деятельности на судебных стадиях. Не влияет на структуру и содержание предмета доказывания и квалификация преступления. Исключением из данного правила являются лишь преступления несовершеннолетних, не­вменяемых и лиц, заболевших душевной болезнью после совершения преступления, предмет доказывания по которым несколько расширен.

Если предмет доказывания отвечает на вопрос, на что направлено уголовно-процессуальное доказывание, то есть, что составляет его бли­жайшую непосредственную цель, то пределы доказывания отвечают на вопрос о том, при помощи чего, каким кругом средств обеспечивается оп­тимальная глубина и достоверность познания фактов и обстоятельств, со­ставляющих предмет доказывания.

Под пределами доказывания понимается достаточная совокуп­ность доказательств, позволяющая считать установленными как отдель­ные обстоятельства, подлежащие доказыванию, так и закрепленный в УПК предмет доказывания в целом.

Сущность, понятие и значение пределов доказывания по уголовным делам

В науке уголовного процесса категория «пределы доказывания» представляет одну из наиболее спорных и сложных проблем, которая не находит единого понимания среди ученых. Первоначально в теории уголовного процесса термин «пределы доказывания» использовался как идентичный понятию «предмет доказывания».

В дальнейшем авторы стали разграничивать предмет и пределы доказывания. В настоящее время в процессуальной литературе существует довольно большое количество различных определений пределов доказывания. Подтверждением наличия разнообразных точек зрения можно привести лишь некоторые определения понятия «пределы доказывания» в уголовном процессе. В частности, под пределами доказывания понимают:

— совокупный объём доказательственной информации, необходимый и достаточный для достоверного установления обстоятельств, входящих в предмет доказывания, по достижении которого дальнейшая доказательственная деятельность теряет свою целесообразность;

— систему доказательств, необходимых для вывода о наличии или отсутствии обстоятельств, составляющих предмет доказывания;

— число источников доказательств, требуемое для обоснования процессуального решения;

— технологический элемент теории доказательств, который представляет собой совокупность доказательств, необходимую для полного, всестороннего, объективного установления обстоятельств, имеющих значение для дела;

— категорию, которая предопределяется пределами уголовной

ответственности ;

— границы использования доказательственных возможностей

совокупности доказательств ;

— границы доказательственной деятельности, обеспечивающие меру знаний субъекта доказывания об обстоятельствах дела, которая достаточна для принятия процессуального решения данного вида .

Наибольшее количество сторонников привлекает позиция о том, что под пределами доказывания необходимо понимать совокупность доказательств, необходимых и достаточных для установления обстоятельств, образующих предмет доказывания.

Анализ представленных и других точек зрения показывает, что общим составляющим для определения сущности пределов доказывания в уголовном процессе является ответ на вопрос о том, при помощи чего, какими средствами обеспечивается оптимальная глубина и достоверность познания фактов и обстоятельств, составляющих предмет доказывания. «Взаимодействие между предметом и пределами доказывания есть взаимодействие между целью и средствами её достижения».

Методологически обоснованно, что процесс познания обстоятельств уголовного дела характеризуется переходом от незнания к знанию. При этом указанный путь перехода от незнания к знанию содержит в себе моменты, когда результаты познания будут сначала вероятными, а затем достоверными. По нашему мнению, нельзя согласиться с тем, что познание, помимо названных результатов, иногда завершается достижением «частичной достоверности». Надо полагать, признание фактом того, что может быть получена «частичная достоверность», как возможный результат познания обстоятельств уголовного дела, может поставить под сомнение достижение самой достоверности. Поскольку довольно сложно будет определить границы, а также критерии разграничения между «частичной достоверностью» и собственно «достоверностью».

Результаты познавательной деятельности, заканчивающиеся вероятными выводами об обстоятельствах уголовного дела, характеризуются степенями, показателями уровней достигаемого знания. Соответственно, с

гносеологической точки зрения термину «достоверность» не могут сопутствовать категории «более достоверный» или «менее достоверный». Тогда как указанные значения вполне применимы к описанию вероятного знания. Поэтому допустимым является использование и употребление таких критериев, как «маловероятный», «мене вероятный», «более вероятный», «максимально вероятный».

Вместе с тем, процесс познания обстоятельств совершённого преступления в силу гносеологических закономерностей может заканчиваться либо вероятными, либо достоверными результатами. Иные варианты исключаются. В таких условиях уровни вероятного и достоверного знаний сосредотачивают в себе качество и пределы уголовно-процессуального познания.

Как справедливо указывает Р.В. Костенко, «отражая специфику

процессуального доказывания, состояния вероятного или достоверного знания предопределяют и в тоже время находятся в прямой зависимости от тех целей, которые достигаются познанием, и тех средств, которыми оперируют субъекты познавательной деятельности. Для уголовно-процессуального познания важно, чтобы обстоятельства предмета доказывания всегда устанавливались достоверно, однако такое не всегда случается. При достижении достоверного знания об обстоятельствах предмета доказывания познание характеризуется одними пределами, при получении вероятного знания об обстоятельствах предмета доказывания познание имеет другие пределы доказывания. Таким образом, предмет доказывания и пределы доказывания соотносятся как категории «форма — содержание». Обстоятельства выступают формой существования объективной действительности, достоверность или вероятность — содержанием полученных результатов в доказывании».

По мнению И. А. Пелиха, необходимо выделять ряд критериев, влияющих на установление пределов доказывания. К таковым он, в частности, относит: во-первых, предмет доказывания; во-вторых, принцип полноты, всесторонности и объективности исследования обстоятельств преступления; в-третьих, общеизвестные, преюдициально установленные и презюмируемые законом факты.

По поводу соотношения и влияния предмета доказывания на пределы доказывания в рамках настоящей работы будет посвящён отдельный параграф. Здесь же необходимо отметить, что подавляющее большинство авторов традиционно связывают обе этих категории, и указывают на наличие устойчивых взаимосвязей между ними.

В ст. 20 УПК РСФСР был сформулирован принцип всесторонности, полноты и объективности исследования обстоятельств дела. Согласно этого принципа, в ходе предварительного расследования и судебного следствия должны были быть проверены всевозможные версии, проверены как уличающие, так и оправдывающие обвиняемого обстоятельства. В действующем УПК РФ принцип всесторонности, полноты и объективности исследования обстоятельств дела не нашёл своего отражения. Однако, законодатель не отказался полностью от всесторонности и объективности

исследования обстоятельств уголовного дела. Так, в ч. 1 ст. 6 УПК РФ подчёркивается, что назначением уголовного судопроизводства является: 1) защита прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступления; 2) защита личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения её прав и свобод. При этом ч. 2 ст. 6 УПК РФ провозглашает, что уголовное преследование и назначение виновным справедливого наказания в той же мере отвечают назначению уголовного судопроизводства, как и отказ от уголовного преследования невиновных, освобождение их от наказания, реабилитация каждого, кто необоснованно подвергся уголовному преследованию. Реализация всех указанных

предписаний может иметь место только в том случае, если обстоятельства совершённого преступления исследованы всесторонне и объективно.

Общеизвестные, преюдициально установленные и презюмируемые законом факты непосредственно влияют на формирование пределов доказывания по уголовным делам. При этом нарушение положений ст. 90 УПК РФ может повлечь отмену состоявшихся судебных решений.

Так, по приговору мирового судьи судебного участка № 84 Советского АО г. Омска от 22 марта 2010 г. Б. осуждён по ст. 315 УК РФ к обязательным работам на срок 180 часов. Постановлением президиума Омского областного суда от 26 ноября 2012 г. приговор мирового судьи, апелляционное постановление и кассационное определение в отношении Б. оставлены без изменения. Преступление, как указано в приговоре, совершено в период с 6 октября по 16 декабря 2008 г. В надзорной жалобе Б. просил об отмене состоявшихся в отношении его судебных решений и о прекращении производства по делу. Указывал, что суд не учёл положения ст. 90 УПК РФ и правовую позицию Конституционного Суда Российской Федерации. В инкриминируемый период он не являлся служащим коммерческой организации и не мог воспрепятствовать исполнению решения суда, вступившего в законную силу. Судебная коллегия приговор в отношении Б. отменила по следующим основаниям. Б. осуждён за то, что, являясь генеральным директором ЗАО «А», то есть служащим коммерческой организации, в обязанность которого в соответствии с уставом общества входило осуществление руководства им и обеспечение соблюдения законности в деятельности предприятия, в период с 6 октября по 16 декабря 2008 г. воспрепятствовал исполнению вступившего в законную силу решения Арбитражного суда Омской области от 28 февраля 2008 г. Таким образом, суд установил, что Б., будучи служащим коммерческой организации, а именно генеральным директором ЗАО «А», являлся лицом, ответственным за приведение судебного акта в исполнение. Вместе с тем решением Советского районного суда г. Омска от 8 февраля 2010 г. было установлено, что с 10 октября 2008 г. по 14 января 2010 г. должность генерального директора ЗАО «А» занимал М. Данные обстоятельства, как указано судом в решении, подтверждаются имеющимися в материалах дела копиями трудового договора, протоколами внеочередного общего собрания акционеров. В связи с этим, принимая решение о виновности Б. в совершении преступления, предусмотренного ст. 315 УК РФ, суд фактически признал установленными иные факты, чем те, которые ранее были установлены решением суда по гражданским делам.

По нашему мнению, на формирование надлежащих пределов доказывания по уголовным делам также оказывают влияние отдельные предписания уголовно-процессуального закона, предусматривающие

обязательность наличия определённых видов доказательств. В соответствие с ч. 2 ст. 17 УПК РФ никакие доказательства не имеют заранее установленной силы. Однако, законодатель в некоторых случаях предусматривает обязательность наличия в уголовном деле отдельных доказательств. Например, согласно ст. 196 УПК РФ, обязательное назначение судебной экспертизы неизбежно влечёт за собой появление в уголовном деле заключения эксперта.

Необходимость наличия по уголовным делам определенных доказательств прямо предусматривалась в Модельном уголовно

процессуальном кодексе для государств-участников СНГ, подготовленном рабочей группой Программного комитета по подготовке модельных Уголовного и Уголовно-процессуального кодексов для государств-участников СНГ. В частности, ст. 146 данного Кодекса гласит, что следующие

обстоятельства могут устанавливаться при производстве по уголовному делу только при условии предварительного получения и исследования следующих доказательств:

1) причины смерти — заключения эксперта в области медицины;

2) характер телесных повреждений по уголовным делам о тяжких, особо тяжких и исключительной тяжести преступлениях — заключения эксперта в области медицины;

3) неспособность обвиняемого в момент происшествия осознавать характер и значение своих действий (бездействия), их вредность либо руководить ими вследствие психического заболевания, временного болезненного психического расстройства, иного болезненного состояния либо слабоумия — заключения экспертов в области психиатрии;

4) неспособность свидетеля правильно воспринимать и воспроизводить

обстоятельства, подлежащие установлению по уголовному делу вследствие психического заболевания, временного болезненного психического

расстройства, иного болезненного состояния либо слабоумия — заключения экспертов в области психиатрии;

5) достижение потерпевшим, подозреваемым, обвиняемым определенного возраста, если это имеет значение для дела, — документа о возрасте, а при его отсутствии — заключения экспертов в области медицины и психологии;

6) наличие у подозреваемого и обвиняемого прежней судимости, и назначение ему определенного наказания — копии приговора суда.

В теории уголовного процесса подобного рода доказательства относят к числу тех, которые предположительно несут наибольшее количество информации при высокой степени её достоверности. Обычно их называют «обязательные доказательства». «Под обязательными можно понимать такие источники доказательств и доказательства, при отсутствии которых нельзя сделать вывод о полном и всестороннем расследовании уголовного дела, а собранные доказательства — признать достаточными».

В этом отношении недопустимо, как представляется, отдавать заранее приоритет «обязательным» доказательствам по отношению ко всем другим доказательствам в уголовном деле. Их значение для пределов доказывания во многом зависит от качества оценки с точки зрения достоверности.

На наш взгляд, пределы доказывания, как результаты получаемых знаний об обстоятельствах предмета доказывания, зависят от наличия или отсутствия в уголовном деле достаточных доказательств. Наличие достаточных доказательств означает достижение достоверного знания об обстоятельствах и фактах уголовного дела. Недостаточные доказательства свидетельствуют о вероятном знании. Поэтому можно сказать, что пределы доказывания соотносятся с достаточностью доказательств. Соответственно, в ходе процесса производства по уголовным делам необходимо правильно оценивать объём получаемых доказательств с тем, чтобы были достигнуты надлежащие пределы доказывания, связанные с наличием достаточных доказательств.

Таким образом, пределы доказывания означают границы познавательной деятельности, которые определяются количеством собранных, проверенных и оценённых доказательств с точки зрения их достаточности. При этом, пределы доказывания могут характеризоваться как достоверным, так и вероятным знанием. В основе достоверного знания об обстоятельствах и фактах уголовного дела лежат достаточные доказательства. Обоснованием вероятного знания выступают недостаточные доказательства.

Указанные доводы позволяют рассматривать пределы доказывания по уголовным делам в непосредственной связи с достаточными доказательствами, которые выступают средством достоверного установления обстоятельств и фактов, имеющих значение для уголовного дела. Основу достаточных доказательств составляют сведения об обстоятельствах и фактах уголовного дела, полученные из предусмотренных в УПК РФ источниках, и признанные допустимыми, относимыми, достоверными.

Вместе с тем для достижения достоверных пределов доказывания по уголовным делам необходимо учитывать, что доказательства, признаваемые достаточными, отбираются из всего объёма, совокупности доказательственного материала. «Совокупность доказательств должна отражать все стороны состава преступления, все обстоятельства, подлежащие доказыванию, то есть должна быть не конгломератом улик, пусть даже собранных в большом количестве, а системой доказательств по уголовному делу».

Признающий пределами доказывания число источников доказательств, требуемых для обоснования процессуального решения, Д.В. Зотов полагает, что «количественная составляющая понятия источника доказательств должна быть выражена в:

а) наличии источника, предусмотренного законом (что, по сути, и отражает понятие пределов доказывания);

б) возможном указании в законе на конкретный источник (необходимые пределы доказывания), содержащий сведения, обосновывающие искомый факт;

в) количестве требуемых источников, которые закон вполне может определить (например, запрет обоснования обвинения единственным собственным признанием, равно как и возможность оправдания, основанная на единственном отрицании подсудимым своей виновности)».

При этом учёный констатирует, что количественная модель пределов доказывания должна складываться из следующего. 1. Буквальное понимание пределов доказывания как количества доказательств было бы неоправданно в силу действия принципа свободной оценки доказательств и запрета их суммарным комбинациям обосновывать процессуальные решения. 2. Понимание пределов доказывания как числа доказательств, не отвечает на ранее поставленный вопрос — речь идёт об информационных свойствах доказательства, позволяющих познать обстоятельства дела, или о наличии источника доказательства.

При определении количественной характеристики пределов доказывания необходимо учитывать тот факт, что отдельно взятое доказательство, независимо от своей убедительности, без связи с другими доказательствами не может считаться достаточным для принятия процессуального решения. Пределы доказывания не образуются посредством одного доказательства, они должны подтверждаться другими доказательствами по уголовному делу. В этой связи нельзя согласиться с позицией Д.В. Зотова в том, что оптимальным для определения пределов доказывания следует считать понятие «число», которое включает в себя как единичные факты, так и их множественность. В качестве примера он приводит случаи, когда единственного доказательства вполне достаточно для возбуждения уголовного дела, избрания меры пресечения, назначения экспертизы, дачи санкций в сфере судебного контроля и др. В

приведённом примере, как представляется, автор не совсем корректно отождествляет указанные сведения с доказательствами. По общему правилу, доказательствами устанавливаются только обстоятельства, предусмотренные ст. 73 УПК РФ, либо косвенные, промежуточные факты. Поэтому «конкретное доказательство характеризует один аспект исследуемого события и не может быть положено в основу вывода (во всяком случае в уголовно-процессуальной деятельности), который нуждается в определённой совокупности

доказательств». Сторонники данной точки зрения обоснованно утверждают, что целесообразно выделять в уголовно-процессуальном доказывании «презумпцию недостаточности доказательств».

Особую важность в таком случае приобретают предписания ч. 2 ст. 77 УПК РФ о том, что признание обвиняемым своей вины в совершении преступления может быть положено в основу обвинения лишь при подтверждении его виновности совокупностью имеющихся по уголовному делу доказательств. По нашему мнению, эти положения должны распространяться не только на решения, в которых обосновывается обвинение совокупностью доказательств, но и на все иные решения, основанием которых выступают достаточные доказательства.

Значение пределов доказывания по уголовным делам определяется в науке по-разному.

Как указывают одни процессуалисты, «пределы доказывания — многоаспектное, многокомпонентное понятие, сложность определения которого связана с тем, что нет одинаковых уголовных дел: разные составы преступления, разные способы, мотивы и цели их совершения, разные люди их совершают. Тем не менее правильно раскрыть содержание рассматриваемого понятия, значит предложить модель, которая в большей степени учитывала бы задачи, цели, путь движения к конечному результату». По словам О.В. Левченко, «оптимальное установление пределов доказывания по уголовному делу имеет теоретическое и важное практическое значение, которое выражается в том, что пределы доказывания:

— упорядочивают процесс доказывания, и определяют его границы;

— определяют такое количество средств доказывания, которое необходимо для установления всех обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу;

— позволяют экономить средства доказывания;

— определяют полноту исследования обстоятельств уголовного дела».

Другие утверждают, что проблема понятия «пределы доказывания» особо

злободневна в современных условиях упрочнения состязательного процесса, когда возникает настоятельная необходимость в разграничении понятий «процессуальное познание» и «доказывание».

Третьи полагают, что пределы доказывания оказывают влияние на формирование пределов производства по уголовному делу.

Д.В. Зотов акцентирует внимание на определение доказательственного значения «пределов доказывания» в уголовно-процессуальной деятельности через их взаимосвязь со свойствами законности и обоснованности процессуальных решений.

В достаточно оригинальном значении использует рассматриваемую категорию П.С. Пастухов, который предлагает установить пределы технологизации судебного доказывания и сформулировать правовые ограничения, необходимые для сохранения гуманистической природы уголовного правосудия.

А.В. Руденко анализирует пределы доказывания применительно к реализации полномочий судами первой и вышестоящих судебных инстанций .

Коллектив авторов Доктринальной модели доказательственного права РФ предлагает абсолютно новый подход к пониманию сущности и значению доказывания в целом посредством выработки «доказательственного стандарта», который будет определять уровни уголовно-процессуального познания, иными словами, будет обуславливать пределы доказывания по уголовным делам . Доказательственный стандарт, по мнению Т.В. Хмельницкой, составляет единое целое с формой уголовного процесса и обусловливает определенную парадигму уголовно-процессуального познания, технологию доказывания (производства) истины. Определяются три вида доказательственных стандартов: «вне разумного сомнения», «высокая степень вероятности», «судебная (процессуальная) истина». «Доказательственный стандарт «высокая степень вероятности» представляется в виде совокупности доказательств, которые были представлены обвинителем в судебное заседание, убеждающие суд (следственного судью) в том, что если они не будут опровергнуты в процессе судебного разбирательства, то будет вынесен судом обвинительный приговор с высокой степенью вероятно- сти». А. С. Александров считает, что такой доказательственный стандарт, как высокая степень вероятности, является вторым по своей силе, и не указывает, какой именно доказательственный стандарт следует считать наименьшим по своей значимости. Как отмечает учёный, именно доказательственный стандарт «высокая степень вероятности» будет являться наименьшим по своей значимости, отправной точкой шкалы доказательственных стандартов.

На наш взгляд, представленные выше рассуждения по поводу «доказательственных стандартов» могут рассматриваться в качестве альтернативной концепции существующей модели уголовно-процессуального доказывания в целом, и пределов доказывания, в частности. Однако, их реализация невозможна без полноценной смены действующего уголовно-процессуального законодательства во многом инквизиционного (розыскного) типа на совершенно другие по своей типологии и идеологии состязательные нормы уголовнопроцессуального права.

В итоге изучения в данном параграфе вопроса о сущности, понятии и значении пределов доказывания по уголовным делам можно сделать следующие основные выводы и предложения:

1. В теории уголовного процесса проблема пределов доказывания не получила однозначного разрешения. В настоящее время в процессуальной литературе существует довольно большое количество самых различных определений понятия «пределы доказывания». Наибольшее же количество сторонников привлекает позиция о том, что под пределами доказывания необходимо понимать совокупность доказательств, необходимых и достаточных для установления обстоятельств, образующих предмет доказывания.

2. Общим составляющим для определения сущности пределов доказывания в уголовном процессе является ответ на вопрос о том, при помощи чего, какими средствами обеспечивается оптимальная глубина и достоверность познания фактов и обстоятельств, составляющих предмет доказывания. Процесс познания обстоятельств уголовного дела характеризуется переходом от незнания к знанию. При этом указанный путь перехода от незнания к знанию содержит в себе моменты, когда результаты познания будут сначала вероятными, а затем достоверными. В таких условиях уровни вероятного и достоверного знаний сосредотачивают в себе качество и пределы уголовнопроцессуального познания.

3. На формирование надлежащих пределов доказывания по уголовным делам оказывают влияние отдельные предписания уголовно-процессуального закона, предусматривающие обязательность наличия определённых видов доказательств. Законодатель в некоторых случаях предусматривает обязательность наличия в уголовном деле отдельных доказательств. Например, согласно ст. 196 УПК РФ, обязательное назначение судебной экспертизы неизбежно влечёт за собой появление в уголовном деле заключения эксперта.

4. Пределы доказывания, как результаты получаемых знаний об обстоятельствах предмета доказывания, зависят от наличия или отсутствия в уголовном деле достаточных доказательств. Наличие достаточных доказательств означает достижение достоверного знания об обстоятельствах и фактах уголовного дела. Недостаточные доказательства свидетельствуют о вероятном знании. Поэтому можно сказать, что пределы доказывания соотносятся с достаточностью доказательств. Соответственно, в ходе процесса производства по уголовным делам необходимо правильно оценивать объём получаемых доказательств с тем, чтобы были достигнуты надлежащие пределы доказывания, связанные с наличием достаточных доказательств.

5. Указанные доводы позволяют рассматривать пределы доказывания по уголовным делам в непосредственной связи с достаточными доказательствами, которые выступают средством достоверного установления обстоятельств и фактов, имеющих значение для уголовного дела. Основу достаточных доказательств составляют сведения об обстоятельствах и фактах уголовного дела, полученные из предусмотренных в УПК РФ источниках, и признанные допустимыми, относимыми, достоверными.

6. При определении количественной характеристики пределов

доказывания необходимо учитывать тот факт, что отдельно взятое доказательство, независимо от своей убедительности, без связи с другими доказательствами не может считаться достаточным для принятия процессуального решения. Особую важность в таком случае приобретают предписания ч. 2 ст. 77 УПК РФ о том, что признание обвиняемым своей вины в совершении преступления может быть положено в основу обвинения лишь при подтверждении его виновности совокупностью имеющихся по уголовному делу доказательств. Представляется, что эти положения должны

распространяться не только на решения, в которых обосновывается обвинение совокупностью доказательств, но и на все иные решения, основанием которых выступают достаточные доказательства.

7. Пределы доказывания означают границы познавательной деятельности, которые определяются количеством собранных, проверенных и оценённых доказательств с точки зрения их достаточности. При этом, пределы доказывания могут характеризоваться как достоверным, так и вероятным знанием. В основе достоверного знания об обстоятельствах и фактах уголовного дела лежат достаточные доказательства. Обоснованием вероятного знания выступают недостаточные доказательства.

Субъект, определяющий пределы доказывания

Пределы доказывания определяет лицо, ведущее расследование по уголовному делу, или суд, если речь идет о судебной стадии процесса. Основной критерий при этом — соблюдение принципа достаточности доказательств (ч. 1 ст. 88 УПК РФ).

К примеру, свидетелями драки были 18 человек. В идеале в целях объективности и всесторонности расследования, как того требует закон, необходимо получить показания каждого из очевидцев.

Однако для составления обвинительного заключения, а затем и вынесения обвинительного приговора будет достаточно показаний части свидетелей (например, 5 из 18), если:

  • фигурант полностью признает свою вину;
  • 5 или даже 10 свидетелей говорят одно и то же, их показаний достаточно, чтобы установить необходимые факты.

ВАЖНО! При определении целесообразности такой «процессуальной экономии» следует руководствоваться особенностями конкретного уголовного дела. Так, не рекомендуется ограничиваться допросами 5 свидетелей из 18, если очевидцы обладают различной остротой зрения, имеют существенную разницу в возрасте, находились на месте преступления не в одно и то же время и т. д.

Что касается еще одного субъекта, защитника, то ему закон позволяет влиять на границы пределов доказывания, а точнее расширять их. Делать это он может путем заявления ходатайств о проведении тех или иных дополнительных следственных действий, а также представления собственных доказательств.

Пределы доказывания на разных стадиях уголовного процесса

Уголовный процесс делится на 2 больших этапа:

  • досудебный;
  • судебный.

Можно с уверенностью сказать, что для каждого из вышеуказанных этапов пределы доказывания свои. Причем в суде границы доказывания могут стать гораздо шире, чем на предварительном следствии, и будут связаны с представлением и изучением новых фактов и обстоятельств.

Например, на досудебном этапе при решении вопроса о заключении подозреваемого или обвиняемого под стражу пределы доказывания ограничиваются только выяснением оснований, перечисленных в ст. 108 УПК РФ. То есть определению подлежат:

  • тяжесть совершенного преступления;
  • наличие у подозреваемого (обвиняемого) возможности и намерений скрыться и т. п.

Следствие на данном этапе не выясняет, действительно ли этот человек совершил преступление, достаточно ли на момент избрания ему такой меры пресечения доказательств его вины.

На судебной стадии процесса пределы доказывания определяются с точки зрения достаточности собранных доказательств для постановления приговора.

Таким образом, можно выделить 2 основных аспекта пределов доказывания:

  • диапазон доказательств, достаточных для принятия процессуального решения;
  • их истинность, допустимость и достоверность.

Пределы доказывания в отношении события преступления

Известно, что одним из немаловажных фактов, которые необходимо установить, является событие преступления: время, место его совершения, способ. Однако данный предмет в пределах доказывания многие правоведы называют условным, поскольку не всегда можно выяснить эти обстоятельства совершения преступления с точностью, но в совокупности с другими доказательствами доказательства события преступления становятся вполне приемлемыми.

Нередко в обвинительных заключениях, а затем и в приговорах судов можно встретить такие формулировки:

  • «в неустановленную следствием дату, но не позднее сентября 2016 года»;
  • «днем, более точное время следствием не установлено»;
  • «в Автозаводском районе г. Тольятти, более точно место совершения преступления не установлено»;
  • «не установленным следствием оружием».

Из изложенного можно сделать вывод, что пределы доказывания в таких случаях являются размытыми, их начальная граница может быть вообще не определена, а конечная завершается, например, датой возбуждения уголовного дела.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *