Преступное сообщество

§ 1.2 Понятие и признаки преступного сообщества (преступной организации) как формы соучастия

Преступное сообщество является одновременно институтом Общей и Особенной части УК РФ. Как институт Общей части оно представляет собой одну из форм соучастия, перечисленных в ст. 35 Кодекса, поэтому его уголовно-правовой анализ будет неполным при рассмотрении вне рамок соучастия.

Соучастием в преступлении признается умышленное совместное участие двух или более лиц в совершении умышленного преступления (ст. 32 УК РФ).

В самом Кодексе отсутствуют термины «форма» или «вид» соучастия. Понятие «вид» используется лишь в его ст. 33 по отношению к самим соучастникам (исполнитель, организатор, подстрекатель, пособник). Вместе с тем в теории вот уже на протяжении многих десятилетий не стихают споры о том, что считать формой, а что — видом соучастия. В самых современных работах по данному вопросу спор стал вестись уже по поводу целесообразности самого спора6.

В отечественной юридической мысли одним из первых этого вопроса коснулся Н.С. Таганцев, который выделял такие виды соучастия, как скоп, сговор и шайка. Какой-либо четкий критерий для такого деления им сформулирован не был. Шайку он называл особым видом соучастия, отмечая такие ее свойства, как общее между ее участниками соглашение на постоянную преступную деятельность, относящееся как к одному определенному роду преступлений, так и к разным родам; обращение этой деятельности в ремесло; наличие иерархической организованности. Именно шайку Н.С. Таганцев считал наиболее опасным видом преступного соучастия7.

А.Н. Трайнин, автор первой советской монографии о соучастии, выделял четыре вида соучастия: без предварительного сговора (простое соучастие); с предварительным сговором; организованная группа; соучастие особого рода (преступная организация или преступное сообщество). В основу этой классификации им были положены характер и степень субъективной связи соучастников8.

Наиболее радикальных взглядов по рассматриваемому нами вопросу придерживался Н.Г. Иванов. Он предложил считать единственно возможной формой соучастия группу, поскольку ее признаки, разработанные социальной психологией, равным образом применимы ко всем тем формам соучастия, которые выделялись другими учеными. Ее видами он называл организацию, банду, группу, образованную по предварительному сговору, и группу, образованную без предварительного сговора9.

Организованная группа и преступное сообщество предполагают наличие как минимум организатора (создателя, руководителя), то есть соединяют в себе такие видовые признаки, как распределение ролей и предварительный сговор. Их основное отличие друг от друга — в степени организованности, которая достигает своего высшего показателя в преступном сообществе (преступной организации)10.

Большинство авторов (Н.С. Таганцев, А.Н. Трайнин, П.И. Гришаев, Г.А. Кригер, Ф.Г. Бурчак) говорили о так называемом соучастии особого рода. При этом термин «особого рода» следует понимать не в логическом смысле, а генетическом, то есть как соучастие особой природы, особого происхождения. Особая природа преступного сообщества заключается в следующем:

— это двойное соучастие или соучастие в соучастии, которое состоит в том, что лицо одновременно является участником (непосредственным или опосредованным) преступления, для совершения которого сообщество создано, и участником самого сообщества как постоянно функционирующей организации;

— даже если лицо, участвующее в сообществе, не участвует в совершаемых этим сообществом преступлениях, оно подлежит уголовной ответственности уже за само участие в таком сообществе;

— поэтому преступное сообщество предусмотрено нормами Общей части УК РФ как форма соучастия и одновременно нормами Особенной части УК РФ как основание уголовной ответственности.

Согласно ч. 4 ст. 35 УК РФ преступление признается совершенным преступным сообществом (преступной организацией), если оно совершено сплоченной организованной группой (организацией), созданной для совершения тяжких или особо тяжких преступлений, либо объединением организованных групп, созданным в тех же целях. Таким образом, преступное сообщество (преступная организация), являясь формой (особым родом) соучастия, само, в свою очередь, выступает в двух формах, а именно как:

а) сплоченная организованная группа (организация), созданная для совершения тяжких и особо тяжких преступлений;

б) объединение организованных групп, созданное для совершения тяжких или особо тяжких преступлений.

В обеих формах стержневым понятием является организованная группа. Преступление, — говорится в ч. 3 ст. 35 УК РФ, — признается совершенным организованной группой, если оно совершено устойчивой группой лиц, заранее объединившихся для совершения одного или нескольких преступлений. Группой, согласно словарному толкованию, считается объединение нескольких лиц для каких-нибудь общих занятий11. Устойчивость — вот тот признак, с помощью которого законодатель отделяет организованную группу от простой. Слово «устойчивый» может употребляться в нескольких значениях, а именно:

— имеющий свойство твердо стоять, не падая, не колеблясь; способный сохранять данное состояние, несмотря на действие различных сил (в узко физическом понимании);

— не поддающийся, не подверженный колебаниям;

— не поддающийся постороннему влиянию (так в переносном смысле говорят, например, о человеке, имеющем твердые убеждения);

— способный выдерживать неблагоприятное воздействие кого-, чего-либо (о человеке или о группе людей, например «устойчивая семья»)12.

Определенное понимание признака устойчивости сложилось и в судебной практике. «Так, об устойчивости организованной группы, — говорится в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 года № 29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое», — может свидетельствовать не только большой временной промежуток ее существования, неоднократность совершения преступлений членами группы, но и их техническая оснащенность, длительность подготовки даже одного преступления, а также иные обстоятельства (например, специальная подготовка участников организованной группы к проникновению в хранилище для изъятия денег (валюты) или других материальных ценностей)»13. В Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 17 января 1997 года № 1 «О практике применения судами законодательства об ответственности за бандитизм»14 указано, что об устойчивости банды могут свидетельствовать, в частности, такие признаки, как стабильность ее состава, тесная взаимосвязь между ее членами, согласованность их действий, постоянство форм и методов преступной деятельности, длительность ее существования и количество совершенных преступлений.

Все эти признаки присущи также и преступному сообществу (преступной организации) как форме соучастия постольку, поскольку она определяется законодателем через понятие организованной группы. Граница между организованной группой и преступным сообществом (преступной организацией) проходит по признаку сплоченности (здесь мы говорим лишь о первой его форме). Именно сплоченную организованную группу законодатель отождествляет с организацией. Слово «сплоченный» имеет двойную этимологию. Корнем этого слова может быть плот; в этом случае оно обозначает «бревна, соединенные в плоты». Также его корнем может быть плоть; и тогда оно обозначает:

— тесно сближенный друг с другом, сомкнутый (например, «сплоченные шеренги солдат»);

— дружный, единодушный, спаянный15.

Сплоченность, как и устойчивость, — это оценочный признак, не имеющий единого законодательного определения. Поэтому в теории его трактуют по-разному. Н.П. Водько считает термины «устойчивость» и «сплоченность» синонимами16, хотя их словарное толкование, рассмотренное нами выше, не дает оснований для столь однозначного вывода. Однако нельзя не согласиться с теми, кто считает оба признака весьма близкими по содержанию17.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ, рассмотрев в кассационном порядке приговор Алтайского краевого суда, в своем Определении от 30 декабря 1999 года указала, что «по смыслу закона под сплоченностью следует понимать наличие у членов организации общих целей, намерений, превращающих преступное сообщество в единое целое». Понимая, что наличие общих целей и намерений еще не превращает группу людей в единое целое, хотя, несомненно, является одним из условий такого единства, суд уточняет: «…о сплоченности может свидетельствовать наличие устоявшихся связей, организационно-управленческих структур, финансовой базы, единой кассы из взносов от преступной деятельности, конспирации, иерархии подчинения, единых и жестких правил взаимоотношений и поведения с санкциями за нарушение неписаного устава сообщества»18.

Определяющим свойством устойчивости преступной группы, как нам кажется, является то, что такая группа не распадается и продолжает существовать: а) после совершения одного преступления или одного эпизода в цепи запланированной преступной деятельности; б) в случае противодействия ее функционированию со стороны правоохранительных органов или других преступных групп; в) при возникновении конфликтной ситуации между ее членами. Сплоченность же выражается в наличии прочной связи между членами группы, характеризующейся организационным и психологическим единством. Поэтому сплоченность группы — это залог ее устойчивости, а устойчивость — результат сплоченности. Прав М.Г. Миненок, когда говорит, что «невозможно представить организованную группу устойчивой, но не сплоченной, а преступное сообщество — сплоченным, но не устойчивым»19.

Сплоченность, как следует из нашего определения, имеет две стороны: объективную (организационное единство) и субъективную (психологическое единство). Организационное единство группы (организации) обеспечивают такие факторы, как:

— иерархическая структура управления, возглавляемая руководителем;

— система норм поведения с установленными санкциями за ее нарушение;

— конспиративность и маскировка преступной деятельности;

— единая финансовая база, высокая материально-техническая оснащенность.

Психологическое единство группы (организации) обеспечивают такие факторы, как:

— общность целей и задач, подкрепленная осознанием того, что их достижение может быть наиболее эффективно обеспечено совместными усилиями;

— единые ценностные ориентации и установки на насилие, оппозицию закону и обществу, быстрое обогащение, «блатной» образ жизни;

— этнические, родственные, дружеские или пенитенциарные (по совместному отбыванию наказания в виде лишения свободы) связи20.

Указанные объективные (организационные) и субъективные (психологические) факторы сплоченности установлены судами при рассмотрении конкретных уголовных дел.

Приговором суда присяжных Московского областного суда от 18 июля 2001 года по уголовному делу № 2-12-9/2001 установлено: А., Г. и П., преследуя корыстные цели, направленные на незаконное обогащение, в период с 1996 по 1997 год создали в г. Москве преступное сообщество (преступную организацию), имеющее цель на незаконные приобретение, хранение в целях сбыта и сбыт наркотических средств в особо крупном размере. Создавая преступное сообщество, все они использовали общее стремление каждого члена сообщества к незаконному обогащению, а также доверительные отношения между собой, основанные на этнической общности и давнем знакомстве. Для обеспечения преступного сообщества мобильными средствами связи А. и П. приобрели мобильные телефоны и использовали их. А., с целью оснащения преступного сообщества транспортными средствами, предоставил для нужд сообщества принадлежащий ему автомобиль «Мерседес Е-320». Для хранения и сбыта наркотических средств в особо крупных размерах в интересах преступной организации были арендованы и использовались две квартиры в г. Москве. С целью маскировки преступного сообщества и полученных им доходов от преступной деятельности А. в 1998 году организовал фирму «Сафи Интернешнл», зарегистрированную в г. Москве. Для конспирации члены преступного сообщества присвоили себе клички: А. — «Хамаюн», Г. — «Ассад», П. — «Дина». Роль А. заключалась в осуществлении общего руководства преступным сообществом, обеспечении его членов средствами связи, передвижения и маскировки их деятельности, а также в планировании конкретных преступлений и руководстве их совершения. Роль Г. заключалась в подыскании конкретных приобретателей наркотических средств, ведении с ними переговоров об условиях приобретения и сбыте им наркотических средств. Роль П. заключалась в хранении и расфасовке в целях сбыта наркотических средств. Часть дохода, полученного в результате незаконного оборота наркотических средств, они присваивали себе, другую часть вкладывали в приобретение очередной партии наркотических средств и расширение таким образом совместной преступной деятельности.

Приговором Московского городского суда от 11 ноября 1999 года по уголовному делу № 2-371/99 установлено: «Организация преступного сообщества была построена таким образом, что каждый его участник, действуя во исполнение установленных целей и задач преступного сообщества, выполняя конкретно ему отведенную роль, зная о наличии иных лиц, участвующих в совершении преступления, не обладал информацией об их конкретных данных, с тем, чтобы при задержании одного из участников преступления избежать разоблачения преступного сообщества в целом».

Осознавая это, судебная практика пытается выработать дополнительные признаки. В том же Определении от 30 декабря 1999 года Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ в числе обязательных признаков преступного сообщества (преступной организации), наряду с его сплоченностью, называет также признак организованности. «Признаки организованности, — говорится в Определении, — четкое распределение функций между соучастниками, тщательное планирование преступной деятельности, наличие внутренней жесткой дисциплины и т.д.»21. Названный признак нашел широкое применение в деятельности нижестоящих судов.

В приговоре Московского городского суда от 19 июня 2000 года по уголовному делу № 2-47/00 отмечается: «…степень организации данной группы и ее организационное построение, по мнению суда, еще не дает оснований считать данную группу преступным сообществом, что делает невозможным квалифицировать содеянное подсудимым Метлой Г.В. по ст. 210, ч. 1, УК РФ, а подсудимыми Бурмистенко М.Н., Юферовым В.Н., Парфеновой А.Г. по ст. 210, ч. 2, УК РФ, в связи с чем по указанным статьям подсудимые подлежат оправданию за отсутствием в их действиях состава преступления»22.

Приговором Московского городского суда от 10 мая 2001 года по уголовному делу № 2-119/01 установлено, что «в действиях подсудимых отсутствуют признаки преступного сообщества, поскольку степень их организованности была недостаточной, чтобы считать ее таковым, и свидетельствовала лишь об организованной группе»23.

Второй формой преступного сообщества (преступной организации), наряду со сплоченной организованной группой (организацией), в ч. 4 ст. 35 УК РФ называется объединение организованных групп. Объединение, согласно словарному толкованию, — это организация или общество24. Такое толкование хотя и указывает на родственность обеих форм преступного сообщества (преступной организации), однако вряд ли добавляет что-либо к их пониманию. Объединение организованных групп предполагает, что ему предшествовало наличие как минимум двух самостоятельных организованных групп, каждая из которых состояла как минимум из двух человек. Таким образом, обязательным признаком данной формы преступного сообщества (преступной организации) является ее численный состав, который на момент объединения не может быть меньше четырех человек. В последующем один или двое членов могут покинуть сообщество, однако с точки зрения закона подобное изменение численного состава, при сохранении других обязательных признаков преступного сообщества, не в каждом случае влечет его автоматическую трансформацию обратно в организованную группу.

В результате объединения нескольких организованных групп самостоятельность каждой из них может быть утрачена, а функции руководителя каждой группы могут быть переданы единому (общему) руководящему органу. В таком случае она обретает форму сплоченной организованной группы (организации) и перестает быть объединением организованных групп25.

Какой-либо практический смысл предусмотренное законодателем объединение организованных групп как форма преступного сообщества (преступной организации) имеет лишь в том случае, когда у каждой из объединившихся организованных групп остается собственный руководитель, а сами группы сохраняют некоторую автономию внутри объединения. При этом наличие общего руководящего органа все равно обязательно, в то время как полномочия его (ибо законодатель это прямо не оговаривает) могут быть либо доминирующими по отношению к руководителям входящих в объединение организованных групп (по федеративному типу), либо сведены к координации их общей преступной деятельности (по конфедеративному типу).

В тексте закона понятия «преступное сообщество» и «преступная организация» используются как равнозначные. Заключив в скобки понятие преступной организации, законодатель, по всей видимости, стремился придать основному понятию — понятию преступного сообщества — большую определенность, подчеркнуть недостаточно удачно сформулированный законодательный замысел. И в этом есть своя логика. Сообщество, согласно словарному толкованию, — это объединение людей, народов, государств, имеющих общие интересы, цели26. Организация же толкуется, с одной стороны, как общественное объединение лиц или государств, а с другой стороны, как характер строения, устройства, структуры чего-либо27. То есть понятие организации не только не противоречит понятию сообщества, но в рассматриваемом нами случае даже дополняет его.

В теории по данному вопросу существуют две точки зрения. Первая точка зрения заключается в том, что преступное сообщество и преступная организация — это не синонимы, а совершенно разные понятия, обозначающие два самостоятельных преступных объединения. Такой точки зрения придерживается А.И. Долгова, которая утверждает, что преступное сообщество — это некое подобие преступного профсоюза или партии, которое непосредственно преступлений не совершает, а создает благоприятные условия для преступной деятельности отдельных формирований и взаимодействия между ними. В то время как преступная организация — это лишь разновидность преступного формирования, отличающаяся от других формирований большим численным составом и масштабом преступной деятельности28.

Другая точка зрения состоит в том, чтобы, во избежание отождествления с государственными и общественными организациями, отказаться от термина «преступная организация», сохранив в тексте закона лишь термин «преступное сообщество»29.

Преступная организация представляет собой форму соучастия, соединяющую в себе следующие видовые признаки: распределенность ролей, наличие предварительного сговора, высшая степень организованности. В отличие от других форм соучастия, преступная организация — это соучастие особого рода, правовая конструкция которого позволяет осуществлять уголовное преследование тех лиц, общественно опасная деятельность которых проявляется не в совершении традиционных преступлений, а в создании организационных условий для их системного совершения. Законодатель предусмотрел две формы преступной организации: сплоченную организованную группу, созданную для совершения тяжких или особо тяжких преступлений, и объединение организованных групп, созданное в тех же целях. Поскольку последняя форма имеет весьма незначительное практическое применение, наибольшее значение приобретает сплоченная организованная группа. Однако используемые при ее определении оценочные признаки (устойчивость, сплоченность, организованность) не дают четких критериев для ее отграничения от других форм соучастия. Поэтому существует практическая и теоретическая необходимость дополнения ее другими признаками, в том числе разрабатываемыми криминологией. Кроме того, следует законодательно уточнить количество преступлений, для совершения которого создается преступная организация, и здесь целесообразно ввести понятие преступной деятельности, раскрыв его содержание в примечании к ст. 35 УК РФ.

Термин «ОПГ» прочно занял свое место в русском языке в 90-е годы. Слово ОПГ до сих пор используется не только в отчетах полиции, но и в средствах массовой информации.

Однако многие люди, употребляющие этот термин, зачастую не знают признаков организованной преступной группы, о которых и пойдет речь в этой статье.

Почему отменили смертную казнь в России? Узнайте об этом из нашей статьи.

Расшифровка аббревиатуры

ОПГ — что это такое в уголовном деле? Широко известная на постсоветском пространстве аббревиатура «ОПГ» расшифровывается как «Организованная преступная группировка».

В общем случае, под организованной преступной группой подразумевается сообщество единомышленников, скооперировавшихся заранее для совершения правонарушения.

В Уголовном Кодексе Российской Федерации (УК РФ) подтверждается это определение ОПГ и даются следующие ее характеристики:

  1. Постоянство состава такой группировки. Это подразумевает, что такое сообщество не распадается при противостоянии с правоохранительными органами.
  2. Направленность действий группировки на совершение правонарушений.
  3. В группировке должно состоять как минимум 2 человека.

Организации, имеющие данные признаки, попадают под юрисдикцию статей 35, 209 и 210 УК РФ.

Также следует отметить следующие криминальные организации, имеющие характерные отличительные черты:

  1. Группировка мафиозного типа. Ее характерное отличие заключается в наличии жесткой внутренней дисциплины и строгих правил поведения, обязательных к исполнению всеми ее членами (в случае итальянской мафии, например, речь идет об Омерте – кодексе чести).
  2. Этнические ОПГ. Такие группировки держатся в основном за счет прочных этнических, культурных и религиозных связей, поддерживая, помимо этого связи с исторической родиной, если речь идет о группировке, состоящей из иммигрантов. Примером такого сообщества могут служить китайские Триады, действующие по всему земному шару.
  3. Группа, состоящая из профессиональных преступников. Такие сообщества отличаются большей мобильностью структуры.

На чём погорели самые влиятельные и жестокие ОПГ «лихих» 90-х? Немного истории:

Классификация преступных группировок

Статья 35 УК РФ регламентирует правовые нормы, применяющиеся по отношению к организованным преступным сообществам. Согласно этой статье, существует 4 типа подобных сообществ:

  • группировка граждан;
  • группировка граждан, действующих в сговоре;
  • организованная группировка;
  • преступное сообщество.

На Пленуме Верховного Суда России от 27.12.2002 были обозначены характеристики организованной группировки, отличающее ее от обычной группы, действующей в сговоре. Такими характеристиками являются:

  1. У организованного сообщества всегда есть лидер, руководящий его деятельностью.
  2. У организованного сообщества всегда есть разработанный план совершения злодеяния, четко разграничены полномочия между участниками сообщества при планировании преступления и при его совершении.
  3. Организованная группа осуществляет активную деятельность на протяжении большего времени, чем группа граждан, действующая по предварительному сговору.

Также следует отметить, что в статье 35 УК РФ упоминается, что оба этих вида преступных организаций имеют в качестве цели своего существования совершение тяжких или особо тяжких преступлений, а также получения материальной или денежной выгоды, то есть такого деяния, которое может принести членам группы прибыль даже при том, что оно не связано непосредственно с посягательством на чужую собственность.

При этом преступления классифицируются как тяжкие или особо тяжкие исходя из статьи 15 УК РФ.

Согласно этой статье Кодекса, тяжкими преступлениями считаются такие преступления, за которые предусмотрено наказание в виде тюремного заключения на срок, не превышающий 10 лет, а особо тяжкими – такие, которые караются тюремным сроком, превышающим 10 лет.

Участниками ОПГ же признаются как лица, непосредственно участвовавшие в ее деятельности, так и те граждане, которые помогали группировке в осуществлении ее замыслом.

Помощью могут считаться такие действия, как обеспечение группы денежными средствами, вооружением, транспортом, другими предметами, помогающими группе достичь своей цели, обеспечение группы информацией о потенциально интересных ей объектах и событиях.

В свою очередь, соучастие в банде регламентируется статьей 33 УК РФ и заключается в организации, подстрекательстве и помощи в сокрытии преступления. Также подлежат наказанию лица, которые не были участниками ОПГ, но знали о ее замыслах и участвовали в них любым вышеуказанным способом.

Если группировка была создана с целью нападения на граждан или планирования таких нападений, то участие в такой группировке карается согласно статье 209 УК РФ «Бандитизм».

В свою очередь, создание группировки для совершения тяжких или особо тяжких преступлений либо факт состояния в такой группировке попадают под юрисдикцию статьи 210 УК РФ «Организация преступного сообщества».

Террористические группы попадают под юрисдикцию статьи 205 УК РФ, участие в незаконных вооруженных формированиях наказуемо по статье 208 УК РФ, а участие в экстремистских сообществах карается по статье 282 УК РФ.

Что такое совокупность преступлений? Читайте об этом .

Формы соучастия в преступлении:

Уголовная ответственность

Ответственность за действия ОПГ регламентируется статьями 35, 205.4, 208, 209, 210 и 282.1 УК РФ.

Статья 35 дает определение действиям ОПГ и других преступных сообществ, а также дает ссылки на статьи, по которым могут быть обвинены преступники, например, на статью 205 в случае организации обвиняемыми террористической группы.

Статья 205.4 регламентирует наказания за участие и создание террористических групп на территории РФ.

При этом террористической группой считается такое сообщество, которое совершает различные акты насилия и наносит ущерб материальному имуществу с целью дестабилизации ситуации в регионе или в стране в целом.

Согласно этой статье, создание террористического сообщества карается тюремным сроком от 15 до 20 лет со штрафом в размере от 1000000 рублей либо в размере заработка осужденного за 5 лет. Также в качестве наказания может быть назначено пожизненное заключение.

За участие в террористической группировке предусмотрен тюремный срок с возможным штрафом до 500000 рублей либо равный доходу осужденного за 3 года.

Важно отметить, что гражданин, добровольно вышедший из подобной организации и оказавший следствию содействие от ответственности освобождается.

Статья 209 описывает бандитизм – создание преступной группы с целью нападения на граждан. За такое преступление предусмотрены следующие меры пресечения:

  1. За создание банды можно получить тюремный срок от 10 до 15 лет с выплатой штрафа в размере 1000000 рублей либо дохода за срок, не превышающий 5 лет.
  2. За участие в банде можно получить срок от 8 до 15 лет с выплатой штрафа в размере до 1000000 рублей либо равного доходу преступника за период до 5 лет.
  3. За любое из этих деяний, совершенное с использованием служебного положения, грозит срок от 12 до 20 лет со штрафом в размере дохода преступника за период до 5 лет либо равный сумме, не превышающей 1000000 рублей.

В статье 210 речь идет об организации преступной группы с целью совершения правонарушений, классифицируемых УК РФ как тяжкие или особо тяжкие.

Меры пресечения, предусмотренные этой статьей, таковы:

  1. Создание такого сообщества карается тюремным заключением на срок от 12 до 20 лет со штрафом, не превышающим 1000000 рублей либо заработок осужденного за период, не превышающий 5 лет.
  2. Участие в таком сообществе может повлечь за собой лишение свободы сроком от 5 до 10 лет со штрафом, не превышающим сумму в 500000 рублей либо равным доходу преступника за период, не превышающий 3 года.
  3. За любое из этих преступлений, совершенное с использование служебного положения, можно получить срок от 12 до 20 лет с наложением штрафа суммой, равной заработку преступника за период, не превышающий 5 лет либо равной 1000000 рублей.

Наконец, статья 282.1 Уголовного Кодекса регламентирует наказания за участие в деятельности экстремистской группы – такой группы, осуществляющей действия с целью разжигания вражды либо розни между гражданами России.

В этой статье упомянуты следующие наказания:

  1. За создание подобного сообщества можно получить тюремный срок от 6 до 10 лет либо штраф размером от 400000 до 800000 рублей. Этот штраф также может быть равен доходу осужденного за отрезок времени от 2 до 4 лет.
  2. В свою очередь, участие в экстремистской группе может караться тюремным заключением на срок от 2 до 6 лет с возможным лишением права заниматься определенной деятельностью на срок до 3 лет, принудительными работами сроком от 1 до 4 лет с возможным лишением права заниматься определенной деятельностью на срок до 3 лет, либо штрафом суммой от 300000 до 600000 рублей. Штраф также может быть равен заработку осужденного за период от 2 до 3 лет.
  3. Вышеперечисленные злодеяния, совершенные с использованием служебного положения, караются тюремным сроком от 7 до 12 лет с возможным наложением штрафа, равного либо сумме от 300000 до 700000 рублей и с возможным лишением права работы на определенных должностях сроком до 10 лет. Также может быть наложено ограничение свободы на срок от 1 до 2 лет.

Какова ответственность за вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления? Ответ узнайте прямо сейчас.

Пример действий из судебной практики

Граждане Иванов, Петров, Сидоров и Смирнов приняли совместное решение о создании группы, целью которой является нападение на инкассаторские машины.

Используя опыт свой опыт службы в силовых структурах, а также вооружение, которое им предоставил гражданин Казаков, они совершили несколько нападений на инкассаторские машины в разных частях своего города.

Согласно статье 35 УК РФ, их группировка является ОПГ с ярко выраженным лидером – Ивановым – и четким планом совершения преступлений, вкупе с целью получения материальной выгоды.

После их ареста, Петров, Сидоров и Смирнов получили наказание согласно части 2 статьи 209 УК РФ за участие в банде, а Иванов получил срок согласно части 1 статьи 209 УК РФ за создание банды.

Казаков, будучи пособником банды, был осужден по статьям 226 за хищение оружия для банды Иванова и по части 2 статьи 209 за участие, пусть и косвенное, в деятельности банды.

За последние два десятилетия большинство россиян узнали о том, что такое ОПГ.

Для корректной оценки деяний таких преступных сообществ нужно знать особенности их организации, а также цели, преследуемые ими и их методы, что позволит противостоять им с большей эффективностью.

Организованная преступная группа и преступное сообщество (2)

Существуют и другие подходы к классификации преступных организаций. Предлагается выделять следующие виды преступных организаций: 4 Традиционная или мафиозная семья, для которой характерны иерархические структуры, внутренние правила, дисциплина, кодекс поведения и разнообразная незаконная деятельность.

Преступные группы на основе этнических, культурных или исторических связей.

, как квалифицирующий признак в различных составах преступлений и как самостоятельный состав преступления (ст.ст. 209, 210 УК РФ и др.). В соответствии со ст. 35 УК РФ преступление признается совершенным организованной группой, если оно совершено устойчивой группой лиц, заранее объединившихся для совершения одного или нескольких преступлений.

Поэтому в связи с возникающими вопросами при квалификации действий лиц, совершивших преступления в составе организованных групп, Пленум Верховного Суда РСФСР, Российской Федерации неоднократно принимал постановления, касающиеся данной правоприменительной практики.

Согласно ук рф организованная преступность это

наказывается лишением свободы на срок от трех до десяти лет с конфискацией имущества или без таковой. 3. Деяния, предусмотренные частями первой или второй настоящей статьи, совершенные лицом с использованием своего служебного положения, — наказываются лишением свободы на срок от десяти до двадцати лет с конфискацией имущества или без таковой. 1. Состав преступления, предусмотренный комментируемой статьей, впервые введен в российское уголовное законодательство.

Наше стремление соответствовать мировым тенденциям в области развития и формирования права прямо отражается на нашей работе, отвечающей лучшим международным стандартам

Закон неслучайно установил незыблемое правило, что осуществлять защиту лица, обвиняемого в преступлении, может исключительно адвокат. Приняв на себя защиту обвиняемого, адвокат в буквальном смысле берет в свои руки судьбу человека.

Опыт адвоката, его профессиональное мастерство и искусство владения законом порой определяют вверенную ему судьбу подзащитного. Основной принцип нашей работы – независимость в совокупности с профессионализмом Вашего советника по возникшим правовым вопросам.

Статья 210 УК РФ

Существует ряд критериев, по которым организованная преступность отличается от других криминальных форм.

К ним относят: Эти признаки достаточно ярко иллюстрируют отличие бандитизма от организации преступного сообщества. Организованная преступность проявляется в действиях криминальных сообществ.

При этом эксперты отмечают неоднородность феномена.

В минимальной форме он представляет собой комплексный результат функционирования сообществ воров, контрабандистов и прочих лиц.

Организация преступного сообщества (преступной организации): некоторые проблемы юридической оценки

35 и 210 УК РФ. В первую очередь, обратим внимание на неудачное определение преступного сообщества (далее в настоящей работе мы будем использовать только этот термин), что не позволяет правоохранительным органам и судам однозначно определять его признаки и отграничивать от иных организованных преступных форм.

Учитывая необходимость более подробной конкретизации признаков преступного сообщества (иерархичность, структурированность, систематическое совершение преступлений как цель создания соответствующей организованной преступной формы), ч.

3. Деяния, предусмотренные частями первой или второй настоящей статьи, совершенные лицом с использованием своего служебного положения, — 4.

Криминальные сообщества

Тема криминального контроля над СМИ поднимается очень редко в силу отсутствия надежных данных, с одной стороны, и в силу некоторой щекотливости самой темы — с другой. Но мировая практика знает немало случаев, когда СМИ сотрудничали с криминальным миром. В США в конце 1920-х гг. подкупленными журналистами была поднята настоящая информационная истерия по поводу «незаконности» задержания боссов преступного мира, в том числе известного гангстера Аль Капоне. В Италии после принятия в 1982 г. закона № 646 «Роньони — Ла Торре», в котором судьям предоставлялось право накладывать арест и конфисковывать имущество лиц, связанных с мафией, в прессе была развязана мощная кампания против данного нормативного акта, который называли антиконституционным. Что касается России, то, по мнению специалистов, у нас существует ряд сходных моментов.

Вот лишь некоторые сюжеты, которые можно интерпретировать как проявления криминального контроля.

Из уст журналистов нередко звучат дифирамбы в адрес воров в законе, руководителей преступных сообществ, «крестных отцов» российской мафии. «Мы можем отвергать образ жизни тюремных воров, — пишет один из публицистов, — но мы не вправе отказать им в том, что они являются героями в мире неволи». Характерны в этом плане статьи о Я пончике (Иванькове), «принадлежащем к высшему слою, элите русских преступных кругов».

Поощрительный характер носят отдельные публикации о кодексе воровской чести, дисциплине, организованности, оперативности преступных сообществ. Оттенки восхищения сквозят с некоторых газетных полос при описании воровской иерархии руководства — подчинения (своеобразной табели о рангах) и ее соблюдения членами сообщества.

Совершенно недопустимым с криминологической точки зрения представляется часто встречающееся рекламирование в СМИ конкретных мест сбыта наркотических средств, цен на них — вплоть до подробнейших разъяснений, к какому типу распространителей следует обращаться за тем или иным видом наркотиков.

Демонстрация в СМИ силы криминального мира сопровождается регулярным напоминанием читателям о связях преступных авторитетов с сильными мира сего. Внимание аудитории упорно фокусируется на преимуществах боевой и технической оснащенности преступных сообществ, значительно превосходящей по тем и иным показателям правоохранительные структуры. Для большей убедительности периодически обнародуются данные об интенсивности оттока в криминальные круги бывших спортсменов, сотрудников правоохранительных органов, уволенных в запас военнослужащих. Подчеркивается возрастающий интеллектуальный потенциал современной организованной преступности, обслуживаемой целой армией теневых советников, консультантов, экспертов, юристов.

Усугублению страха способствует убеждение в безнаказанности значительной части преступников. Этому содействуют повторяемые с маниакальным упорством высказывания журналистов типа: «В нашем государстве виновных не наказывают, а в большинстве случаев поощряют» или «Большинство заказных убийств авторитетов уголовного мира так и остаются нераскрытыми». Преподнося далеко не всегда проверенную и достоверную информацию о низкой раскрываемости тяжких насильственных и иных видов преступлений, тенденциозно подбирая факты, СМИ способствуют формированию у граждан установок на вседозволенность и безнаказанность нарушения уголовно-правовых запретов.

Подача материалов о деятельности правоохранительных и судебных органов в отдельных периодических изданиях скорее похожа на целенаправленный сбор компромата, нежели на объективное освещение их работы. В газетных публикациях и телевизионных программах просматривается тенденция противопоставления двух полярных типов: образа «врага народа» в лице работника милиции, прокурора, таможенника, налогового инспектора — преследователей и обидчиков обывателя и «строгого, но справедливого» образа преступного авторитета.

Обобщение множества фактов связей медиа с криминальным миром указывает на следующие формы давления криминалитета на СМИ.

  • 1. Прямое физическое насилие и месть за опубликованные критические материалы, судебное преследование, финансовое давление, индивидуальное коррупционное воздействие: оплаченные званые обеды, презентации, путешествия, рауты, влияние рекламодателей, долговременные контракты по размещению рекламы, концентрация СМИ (объединение, слияние).
  • 2. Коррупционные связи редакторов и журналистов поддерживаются в абсолютном большинстве случаев (более 90%) непосредственно с лидерами организованных преступных группировок — уголовными авторитетами — через руководителей подконтрольных коммерческих организаций, посреднические организации (клубы, политические образования, благотворительные организации; деятелей культуры, искусства, спорта, связанных с ОПГ), предоставление кредитов, аренду, открытие ресторанов, организацию встреч и фестивалей и т.п.
  • 3. Некоторые издательства и отдельные журналисты своими специфическими методами активно присутствуют в традиционных методах воздействия организованной преступности на неугодных: инфильтрация, выведывание информации, подчинение влиянию, шантаж, подкуп, использование зависимого положения, компрометация.
  • 4. Коррумпированные журналисты используются для повышения имиджа уголовных авторитетов, подготовки материалов в печати или телепрограммах с целью дискредитации проводимых оперативно-следственных мероприятий в отношении членов ОПГ (предприятия), соучастия в совершении общеуголовных преступлений (хищении информации, экономическом шпионаже, шантаже, сводничестве и т.п.). Сотрудниками правоохранительных органов устанавливались случаи, когда работники СМИ выполняли функции исполнителя, связника, разведчика, наводчика (с использованием метода «маски» и документов прикрытия), т.е. практиковалось использование «карманных» журналистов для разведки в интересах преступных групп.

По мнению А. Макиенко, одним из наиболее опасных симптомов криминализации российского общества, реально угрожающих его национальной безопасности, являются регулярно публикуемые в прессе советы относительно наименее рискованных способов совершения преступлений, не попадающих в сферу уголовного преследования. Тиражируются рецепты уголовно ненаказуемых или сложно доказуемых разновидностей квартирных афер, мошеннических операций, шантажа, «выбивания» долгов, легализации преступно нажитых средств, операций с валютой, компьютерных и экономических преступлений и т.д., вплоть до особо жестоких способов лишения жизни. Подробно описываются нетрадиционные разновидности преступной деятельности, якобы не наказуемые по действующему уголовному законодательству и приносящие наиболее высокие и стабильные доходы. Разносторонне обосновывается предпочтительность одних способов совершения преступлений перед другими. Подчеркиваются, в частности, наибольшие безопасность и доходность разного рода незаконных финансовых махинаций, хищений с использованием компьютерной техники, пластиковых платежных средств, промышленного и информационного шпионажа, лжебанкротства и т.д.

На страницах периодических изданий без труда можно найти рецепты не только уголовно-правового, но и процессуального характера. До сведения подследственного и подсудимого в нужном объеме доводится информация, касающаяся стратегии и тактики поведения в уголовном процессе: выбор наиболее выгодной для преступника линии поведения на следствии и в суде, способы достижения изменения в его пользу, квалификации преступления и смягчения наказания, приемы выгораживания сообщника или, напротив, возложения на него своей вины и т.п.

Обобщая данные о криминогенных информационных воздействиях, А. Макиенко выделяет следующие направления:

  • • формирование привлекательного образа преступного мира, в частности средствами искусства;
  • • информационное и морально-психологическое обеспечение отдельных видов и направлений преступной деятельности;
  • • создание положительного образа представителей преступных структур и коррумпированных представителей власти;
  • • распространение преступной идеологии;
  • • информационная поддержка продвижения представителей преступного мира в выборные органы власти;
  • • информационно-психологическая поддержка в СМИ (информационное лоббирование) экономических и правовых интересов криминальных структур;
  • • компрометация проектов в области экономического законодательства, не соответствующих интересам преступных сообществ;
  • • информационная поддержка соглашений и контрактов выгодных «полу- мафиозным», т.е. юридически легализованным, преступным структурам;
  • • информационное противодействие продвижению нормативных правовых актов антикриминальной направленности.

Говоря о формах медийной поддержки криминальных структур, автор классифицирует их следующим образом:

  • • распространение заведомо ложной информации, а также публикация сведений и фактов, уводящих следствие в сторону по делам, связанным, например, с крупными хищениями и заказными убийствами;
  • • создание средствами СМИ общественного мнения, способствующего развал}’ уголовных дел, которые имеют большой резонанс;
  • • разглашение конфиденциальных сведений, в частности, составляющих служебную тайну;
  • • компрометация правоохранительных органов и их отдельных представителей, проявляющих активность в борьбе с преступностью.
  • Макиенко Л. Криминалитет и СМИ. URL: http://www.dzyalosh.ru/01-comm/books/korrupcia/makienko-kriminal.html (дата обращения: 09.10.2016).
  • Подробнее см.: Гриб В. Г., Макиенко А. В. Организованная преступность и средства массовой информации. М.: Изд-во ВНИИ МВД России, 1999. С. 71.
  • Макиенко А. Криминалитет и СМИ. URL: http://www.dzyalosh.ru/01-comm/books/korrupcia/makienko-kriminal.html (дата обращения: 09.10.2016).
  • Макиенко А. Криминалитет и СМИ. URL: http://www.dzyalosh.ru/01-comin/books/korrupcia/makicnko-kriminal.html (дата обращения: 09.10.2016).
  • Там же.

Структурированность как признак преступного сообщества

Преступное сообщество характеризуется признаком структурированности, под которой понимается наличие строго определенного иерархического порядка построения сообщества, включая внутреннее подразделение сообщества на функциональные группы; особого порядка подбора его членов и их ответственности перед сообществом; оснащение сообщества специальными техническими средствами; наличие систем конспирации, взаимодействия и защиты от правоохранительных органов; разработка и реализация планов легализации для прикрытия преступной деятельности, жесткая дисциплина, запрет на выход из состава преступного сообщества и комплекс принимаемых к этому мер; состояние организованной группы в другом объединении и т. д.

В числе других признаков называется устойчивый, чётко спланированный и законспирированный характер деятельности, использование механизмов теневой экономики и совмещения легальной экономической деятельности с преступной, распространение влияния на определённую территорию, нейтрализация общественных институтов, осуществляющих контроль над преступностью через их коррумпирование и т. д..

Примечания

  1. Например, в уголовном праве России — тяжких и особо тяжких преступлений, то есть умышленных деяний, наказываемых лишением свободы на срок более 5 лет.
  2. Определение Верховного Суда РФ от 21.12.2005 N 81-о05-86 «Об отмене приговора по делу о создании организованной группы с целью совершения мошенничеств в части оправдания осужденных в организации преступного сообщества в связи с допущенными судом противоречиями в вопросе о сплоченности данной организованной группы, а также об отмене обвинительного приговора как связанного с вынесенным судом решением об оправдании, оставлении без изменения оправдательного приговора по одному из эпизодов, изменении некоторым осужденным меры пресечения на подписку о невыезде».
  3. Уголовное право России. Практический курс / Под общ. ред. А. И. Бастрыкина; под науч. ред. А. В. Наумова. М., 2007. С. 140.
  4. Гаухман Л. Д., Максимов С. В. Уголовная ответственность за организацию преступного сообщества. М., 1997; Иванов Н. Г. Групповая преступность: содержание и вопросы законодательного регулирования // Государство и право. 1996. № 9. С. 69—71.
  5. Уголовное право России / Под ред. В. Н. Кудрявцева, В. В. Лунеева, А. В. Наумова. М., 2006. С. 275.
  6. Уголовное право России. Практический курс / Под общ. ред. А. И. Бастрыкина; под науч. ред. А. В. Наумова. М., 2007. С. 141.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *