Создание полков иноземного строя

ПОЛКИ́ НО́ВОГО СТРО́Я

ПОЛКИ́ НО́ВОГО СТРО́Я (пол­ки ино­зем­но­го строя), во­ин­ские час­ти рус. ар­мии 17 в., сфор­ми­ро­ван­ные на но­вой ор­га­ни­за­ци­он­ной ос­но­ве (вме­сто де­ся­тич­ной сис­те­мы вве­де­на рот­ная ор­га­ни­за­ция) в хо­де во­ен. ре­фор­мы 1630–32, наи­бо­лее пол­но от­ве­чав­шие так­тич. тре­бо­ва­ни­ям сво­его вре­ме­ни. Хо­тя П. н. с. не яв­ля­лись по­сто­ян­ным вой­ском, но в них от­чёт­ли­во про­смат­ри­ва­лись эле­мен­ты ре­гу­ляр­но­сти, за­ло­жив­шие пред­по­сыл­ки для соз­да­ния нац. ре­гу­ляр­ной ар­мии. П. н. с. фор­ми­ро­ва­лись с учё­том опы­та ор­га­ни­за­ции на­ём­ных зап.-ев­роп. ар­мий. По срав­не­нию с по­ме­ст­ным вой­ском они име­ли бо­лее чёт­кую струк­ту­ру, од­но­об­раз­ное воо­ру­же­ние и фор­му оде­ж­ды, оп­ре­де­лён­ную сис­те­му ие­рар­хии ко­манд­но­го со­ста­ва, про­хо­ди­ли сис­те­ма­тич. во­ен. обу­че­ние. Впер­вые в рус. ар­мии для П. н. с. вве­ли во­ин­ские зва­ния, со­от­вет­ст­во­вав­шие оп­ре­де­лён­ным штат­ным долж­но­стям, что упо­ря­до­чи­ло во­про­сы под­чи­нён­но­сти и чёт­ко рег­ла­мен­ти­ро­ва­ло долж­но­ст­ные обя­зан­но­сти ко­манд­но­го со­ста­ва от кап­ра­ла до пол­ков­ни­ка. П. н. с. на­хо­ди­лись в ве­де­нии Ино­зем­ско­го при­ка­за (с 1649 так­же Рей­тар­ско­го при­ка­за), т. к. зна­чит. часть их ко­манд­но­го со­ста­ва и час­тич­но ря­до­во­го со­став­ля­ли на­ём­ни­ки- ино­стран­цы. В 1630–32 сфор­ми­ро­ва­ли 7 П. н. с. (6 сол­дат­ских и 1 рей­тар­ский). Сол­дат­ский (пех.) полк чис­лен­но­стью 1,8 тыс. чел. со­сто­ял из 8 рот по 200 сол­дат в ка­ж­дой и имел пол­ко­вую ар­тил­ле­рию (6–12 ору­дий ка­либ­ром 1–3 фун­та). Ко­манд­ный со­став, управ­ле­ния пол­ка и рот на­счи­ты­ва­ли 200 чел. Пе­хо­та бы­ла воо­ру­же­на муш­ке­та­ми, копь­я­ми и шпа­га­ми. Рей­тар­ский полк (тя­жё­лая ка­ва­ле­рия) чис­лен­но­стью 2 тыс. чел. вклю­чал 12 рот по 167 чел. в ка­ж­дой, 1/3 из ко­то­рых со­став­ля­ли ко­пей­щи­ки, 2/3 – рей­та­ры. На воо­ру­же­нии рей­та­ров бы­ли муш­ке­ты, па­ла­ши, из средств за­щи­ты – ме­тал­лич. ла­ты; ко­пей­щи­ков – ко­пья и шпа­ги. Ком­плек­то­ва­ние П. н. с. про­во­ди­лось за счёт воль­ных «охо­чих лю­дей» (доб­ро­воль­цев), по­сту­пав­ших на во­ен. служ­бу по най­му. Воо­ру­же­ни­ем, в от­ли­чие от по­ме­ст­но­го вой­ска, их обес­пе­чи­ва­ло го­су­дар­ст­во. По­ми­мо жа­ло­ва­нья, ря­до­вым сол­да­там вы­да­ва­лись «кор­мо­вые день­ги». Ко­манд­ный со­став со­сто­ял из дво­рян (см. Дво­рян­ст­во) и иностр. на­ём­ни­ков. Все 7 П. н. с. при­ни­ма­ли уча­стие в Смо­лен­ской вой­не 1632–1634 (см. в ст. Рус­ско-поль­ские вой­ны 17 в.), про­явив до­воль­но вы­со­кие бое­вые ка­че­ст­ва. В хо­де вой­ны сфор­ми­ро­ва­ли ещё 3 П. н. с. (2 сол­дат­ских и 1 дра­гун­ский). При этом из-за не­дос­тат­ка доб­ро­воль­цев для вновь фор­ми­руе­мых пол­ков пра­ви­тель­ст­во при­бег­ло к на­бо­ру да­точ­ных лю­дей (по­жиз­нен­но во­ен­но­обя­зан­ные в 16–17 вв., вы­став­ляв­шие­ся гор. и сель­ским на­се­ле­ни­ем для служ­бы в вой­ске в во­ен. вре­мя). Дра­гун­ский полк имел чис­лен­ность 1,6 тыс. чел. и со­сто­ял из 12 рот по 120 чел. в ка­ж­дой. В его со­став вхо­ди­ла так­же кон­ная ар­тил­ле­рия (12 лёг­ких ору­дий). Дра­гу­ны име­ли на воо­ру­же­нии муш­кет, саб­лю и 2 пис­то­ле­та. Об­щая чис­лен­ность П. н. с. к кон­цу вой­ны дос­ти­га­ла 17 тыс. чел. По­сле Смо­лен­ской вой­ны П. н. с. рас­фор­ми­ро­ва­ли. В даль­ней­шем они не­од­но­крат­но вновь соз­да­ва­лись в свя­зи с уг­ро­зой вой­ны или не­об­хо­ди­мо­стью уси­ле­ния ох­ра­ны гра­ниц, но за­тем сно­ва рас­пус­ка­лись. П. н. с. хо­ро­шо за­ре­ко­мен­до­ва­ли се­бя в вой­нах, ко­то­рые Рос­сия в сер. 17 в. ве­ла с Ре­чью По­спо­ли­той и Шве­ци­ей. Тем не ме­нее с их уком­плек­то­ва­ни­ем в этот пе­ри­од воз­ни­ка­ли боль­шие труд­но­сти. Важ­ную роль в уст­ра­не­нии это­го не­до­стат­ка сыг­ра­ла во­ен. ре­фор­ма 1679–82, в ре­зуль­та­те ко­то­рой вве­ли стро­гий учёт слу­жи­лых лю­дей и уч­ре­ди­ли по­ря­док их рас­пре­де­ле­ния по пол­кам в со­от­вет­ст­вии с раз­ря­дом (тер­ри­то­ри­аль­ные рай­оны). С это­го вре­ме­ни фор­ми­ро­ва­ние П. н. с. ста­ло осу­ще­ст­в­лять­ся пу­тём на­бо­ра да­точ­ных и «охо­чих» лю­дей. Рей­тар­ские пол­ки уком­плек­то­вы­ва­лись гл. обр. дво­ря­на­ми (мел­ко­по­ме­ст­ны­ми и бес­по­ме­ст­ны­ми), а так­же го­ро­до­вы­ми ка­за­ка­ми. В по­след­ней четв. 17 в. П. н. с. со­стоя­ли из 10 рот (пех. ро­та – 150 чел., кон­ная – 100 чел.) и име­ли свою ар­тил­ле­рию (до 20 лёг­ких ору­дий). На воо­ру­же­нии сол­дат вме­сто ко­пья и шпа­ги поя­ви­лись пи­ка и саб­ля, у дра­гун – до­пол­ни­тель­но ко­рот­кая пи­ка и вме­сто муш­ке­та ка­ра­бин, у рей­та­ров муш­кет за­ме­ни­ли ка­ра­би­ном и до­ба­ви­ли 2 пис­то­ле­та. В ка­че­ст­ве за­щит­но­го воо­ру­же­ния ши­ро­кое рас­про­стра­не­ние по­лу­чи­ли ме­тал­лич. ла­ты. Воо­ру­же­ние и сна­ря­же­ние П. н. с. по-преж­не­му по­лу­ча­ли от го­су­дар­ст­ва. Про­ве­дён­ная ре­фор­ма по­зво­ли­ла рез­ко уве­ли­чить ко­ли­че­ст­во П. н. с. В сер. 1680-х гг. их на­счи­ты­ва­лось уже 67 (41 сол­дат­ский, 26 дра­гун­ских, ко­пей­ных и рей­тар­ских) об­щей чис­лен­но­стью ок. 92 тыс. чел. (св. 61 тыс. пе­хо­ты и св. 30 тыс. кон­ни­цы), что со­став­ля­ло бо­лее по­ло­ви­ны всех воо­руж. сил Рус. гос-ва. К кон. 17 в. дос­туп ино­стран­цев в рус. ар­мию был рез­ко ог­ра­ни­чен (к 1696 их ос­та­ва­лось лишь ок. 1 тыс. чел.), что обу­сло­ви­ло нац. од­но­род­ность ко­манд­но­го со­ста­ва П. н. с. С на­ча­лом строи­тель­ст­ва рус. ре­гу­ляр­ной ар­мии в кон. 17 – нач. 18 вв. П. н. с. рас­фор­ми­ро­ва­ли, а их лич­ный со­став об­ра­ти­ли на фор­ми­ро­ва­ние но­вых час­тей.

Полки нового строя в России. Часть I

В XVII в. в военном деле России произошла настоящая революция. Для борьбы с соседями, прежде всего Речью Посполитой, русское правительство начало организовывать части западноевропейского типа, т.н. полки «нового строя». Этот прорыв дал возможность на протяжении всей второй половины XVII в. успешно вести войны практически на всем протяжении границ государства.

Первые попытки получить в свое распоряжение полки, организованные по западноевропейскому типу, предпринимались еще в Смутное время Василием Шуйским и Михаилом Скопиным-Шуйским. В 1608 г., по инициативе первого, со шведским правительством были проведены переговоры о предоставлении России для борьбы с врагами отдельного корпуса – в обмен на территорию. В феврале 1609 г. был подписан Выборгский договор, согласно которому в обмен на реальную поддержку в борьбе против Лжедмитрия II Россия отдавала под власть шведской короны г. Корелу с уездом. Командовал иностранными войсками на службе России Якоб Понтус Делагарди (де ла Гарди). Однако прибывшие в марте 1609 г. несколько тысяч наемных солдат не оказали воздействия на ход борьбы Русского государства с Речью Посполитой, а вскоре наемники перешли к открытому грабежу русской территории (Кобзарева Е. И. Шведский военачальник Я. П. Делагарди в России «Смутного времени» // Новая и новейшая история. 2006. №3. С. 170).

Впервые с успехом организовать в составе русской армии полки «иноземного» или «нового» строя удалось в период Смоленской войны 1632–1634 гг. с Речью Посполитой. Тогда, для отвоевания у поляков Смоленска, царь Михаил Федорович по совету своего отца, патриарха Филарета, организовал первые солдатские и рейтарские полки. Организация первых двух солдатских полков была начата в апреле 1630 г. Нижние чины полка набирались из числа беспоместных детей боярских, а позднее и просто добровольцами из числа служилых и вольных людей. Но идея комплектования солдатских полков одними только беспоместными детьми боярскими провалилась. Разосланные в 1630 г. грамоты в несколько городов о наборе их на службу с жалованьем 5 руб. в год и кормовыми деньгами по 3 алтына в день не помогли набрать требуемое число солдат. К сентябрю в солдаты записалось всего 60 детей боярских. Расширение же контингента новобранцев солдатских полков, разрешение записываться в солдаты служилым людям, татарам, казакам дало свой результат, и через год число солдат уже превышало 3 тыс. человек (Чернов А. В. Вооруженные силы Рyccкого Государства в XV–XVII вв. М., 1954. С. 134–135).

Структура солдатского полка в начале 1630-х гг. в русском войске сложилась следующая. Полк состоял из 1600 чел. нижних чинов и 176 начальных людей. Полк делился на 8 рот, которыми командовали полковник, подполковник («полковой большой поручик»), майор («сторожеставец») и пять капитанов. Полковник, помимо выполнения функций командира полка, командовал, таким образом, еще отдельной, полковничьей ротой. В каждой роте полагалось быть поручику (в полковничьей роте – капитан-поручику), прапорщику, трем сержантам (пятидесятникам), квартирмейстеру, каптенармусу (дозорщику над ружьем), шести капралам (есаулам), лекарю, подьячему, двум толмачам и трем барабанщикам. Рота состояла из двухсот солдат, из них 120 были вооружены мушкетами (пищальники), а оставшиеся 80 солдат – пехотными пиками (пикинеры). В отдельных нюансах структура полка могла изменяться, но основа была неизменной. Наименование одних и тех же должностей и чинов в русских полках «нового строя» стало единообразным только к середине XVII в., до этого момента по причине пестрого национального состава начальных людей в проектах организации полка встречались различные названия (см. например, именование второго человека в роте, поручика, и просто «порутчиком», и «ротным порутчиком», и даже «лютенантом») (Малов А. В. Московские выборные полки солдатского строя в начальный период своей истории. 1656–1671 гг. М., 2006. С. 126, 162). Офицерский состав (или начальные люди полка) укомплектовывался наемными «служилыми» иноземцами, которые должны были обучить приемам современного боя личный состав.

Илл. Кн. М.В. Скопин-Шуйский. Парсуна XVII в.

Полки иноземного строя — воинские части (полки), формировавшиеся в России XVII века из служивых, «охочих» вольных людей, иностранцев, казаков и других наёмников, позже и из даточных людей по образцу (организации, обучению) западноевропейских армий. В войске Русского государства являлись выборными (отборными) полками разрядных полков. В ходе петровских реформ эти полки были использованы при формировании регулярной русской армии. В трудах русских военных историков (Мышлаевского, Гудим-Левковича и других) новые полки XVII века именуются «полками иноземного строя», советские военные и гражданские историки (Чернов и другие) называют их «полками нового строя». Изучение исторических документов показывает, что эти термины выдуманы авторами и в XVII веке не применялись.

История

Первая организация

В начале XVII века для борьбы с польским войском в России нанимались военнослужащие (войска) со всей Западной Европы, но пользы от них было немного. В частности, в Тверском сражении 11 июля 1609 года французская и немецкая конница не выдержала атаки польско-литовских гусар и обратилась в паническое бегство, понеся тяжёлые потери. Но немецкая и шведская пехота, находящаяся в центре, выдержала и стойко отразила польскую атаку.

Первую попытку создания в русской армии подразделений, обученных по европейскому военному образцу, предпринял М.В. Скопин-Шуйский. По его распоряжению летом 1609 года шведский офицер Кристер Сомме обучал полевым упражнениям собравшееся в Новгороде 18-тысячное русское войско, сформированное в основном из крестьян-ополченцев. Ратники учились действовать в тесном строю, пользоваться огнестрельным оружием и пиками («списами»), быстро возводить полевые укрепления. Именно эта армия, взаимодействуя с частями шведского корпуса Я.П. Делагарди, смогла разгромить «тушинские» войска и деблокировать Москву. Позже она была погублена бездарным воеводой Дмитрием Ивановичем Шуйским, братом царя Василий Шуйского, в злосчастной Клушинской битве 24 июня 1610 года. Но вскоре Михаил Скопин-Шуйский был отравлен, а войско разошлось.

Вторая организация

Вновь к европейскому опыту организации вооруженных сил в России обратились спустя 20 лет, накануне новой войны с Речью Посполитой. В 1633 года истекал срок Деулинского перемирия. Русское правительство не хотело мириться с потерей смоленских, черниговских и новгород-северских земель, поэтому, готовясь к возобновлению борьбы, старалось укрепить армию и усилить артиллерию. Целью готовящегося нападения являлся Смоленск, представлявший собой первоклассную крепость. Овладеть ею и другими потерянными в Смутное время городами, а затем удержать их, было невозможно без победы над сильной польской армией,которая имела лучшую кавалерию в Европе и неплохую пехоту в том числе наемную (в основном немецкую).

К концу 20-х гг. XVII века правительство смогло восстановить старую военную систему, но возрожденная русская армия имела недостаточный опыт, поэтому русское командование испытывало вполне обоснованные сомнения в боеспособности своих вооруженных сил. Из 92 555 человек, числившихся на службе в 1630 года, лишь около 20 тыс. могло выступить в поход в составе полевой армии; остальные 72,5 тыс. человек находились на городовой службе. Тогда решено было подготовить в качестве ударной группировки несколько солдатских полков, обученных приемам ведения военных действий на западный манер.

Помощь в подготовке полков «нового строя» оказали Швеция и Голландия. В эти страны для закупки больших партий вооружения (мушкетов, пик, шпаг), найма офицеров и солдат направили находившихся на русской службе полковников А. Лесли и Г. ван Дамма. В апреле 1630 гjlf в Ярославль, Кострому, Углич, Вологду, Новгород и другие города были посланы грамоты о наборе на службу беспоместных детей боярских, которым предписывалось быть в «ратном наученье» в Москве у полковников-иноземцев. Запрещалось «писать в службу» тех из них, «за которыми поместья есть». Всем зачисленным в строй обещали жалованье в размере 5 руб. человеку в год и кормовые деньги по алтыну в день. Кроме того, каждый получал казенную пищаль, порох, свинец. Организовывалось 2 полка, по 1600 человек в каждом. Указанной грамотой было положено начало комплектованию и формированию полков «нового строя».

Судя по тексту грамоты, правительство намеревалось создать новые полки исключительно из детей боярских, не имеющих возможности нести полковую службу (из-за скудного материального положения), сформировав дворянскую пехоту нового строя, однако те не проявляли интереса к пехотной службе — к сентябрю их записалось лишь около 60 человек. Из Великого Новгорода в солдатское «научение» прислали всего 8 беспоместных детей боярских. Поэтому в полки разрешили принимать стрелецких детей, «охочих вольных людей», казаков и др., в результате чего к декабрю 1631 года численность полков составила уже 3323 человека.

К этому времени состав каждого солдатского полка был установлен в 1600 рядовых и 176 начальных людей, как правило, из иноземцев «старого» и «нового выезду». Оба полка делились на 8 рот во главе с полковником, полковым большим поручиком (подполковником), майором (сторожеставцем или окольничим) и пятью капитанами. В каждой роте полагалось быть поручику, прапорщику, трем сержантам (пятидесятникам), квартирмейстеру (станоставцу), каптенармусу (ружейному дозорщику), шести капралам (есаулам), лекарю, подъячему, двум толмачам, трем барабанщикам и 200 рядовым солдатам, в том числе 120 пищальникам (мушкетерам) и 80 копейщикам (пикинерам).

В начале 1632 года число солдатских полков увеличилось до шести. Правительство стало привлекать в солдаты «вольных охочих людей», что дало положительные результаты: именно ими были укомплектованы последние солдатские полки. В середине 1632 года началось формирование рейтарского полка из дворян и детей боярских. К декабрю численность рядовых рейтар составила 1721 человек. В составе полка была организована драгунская рота. Так что общая численность полка была около 2400 человек. В 1633 году они были отправлены на войну. Вскоре был сформирован отдельный драгунский полк, численностью 1600 человек, из которых 1440 рядовых. Он делился на 12 рот.

Комплектование и обучение первых четырех солдатских полков закончилось к августу 1632 году, и уже в начале войны они приняли участие в походе армии М.Б. Шеина на Смоленск; два последних полка направили туда в июне 1633 г. К сожалению, овладеть городом не удалось. С прибытием к месту боев главной польской армии короля Владислава IV события приняли неблагоприятный для России оборот. Под стенами Смоленска сошлись две армии, обученные и вооруженные по европейскому образцу. Преимущество оказалось на стороне поляков, армия которых за год до описываемых событий была реорганизована.

Мушкетер Полка Нового строя.

К исходу Смоленской войны существовало уже 10 полков «нового строя», составлявших внушительную по европейским меркам армию общей численностью не менее 17 тыс. чел., что было почти эквивалентно русской полевой армии конца 1620-х гг.

После окончания Смоленской войны полки «нового строя» были распущены,так как оказались непозволительно дороги для еще не оправившейся от Смуты страны: на их годичное содержание (сентябрь 1632 — октябрь 1633 г.) ушло около 430 тыс. р., при том, что доходная часть бюджета России даже через полвека, в куда более благополучном 1681 г., составляла не более 2 млн. р. Очень дорог был и иноземный офицерский корпус с его чрезвычайно завышенными (просто колоссальными, чему удивлялся еще А.З. Мышлаевский) окладами месячного денежного жалования в 250-400 р. для полковника и в 75-100 р. — для капитана (последнее, учитывая падение как минимум вдвое стоимости рубля, фактически равнялось годовому (216 р.) жалованию петровского капитана-иноземца по штату 1711 г.). Оклады эти, на чрезмерность которых жаловались после Смоленской войны даже московские дворяне, обеспечили быстрый, но кратковременный приток «первой волны» иноземных офицеров.

Кроме того, в самой военной европейской традиции первой половины XVII в. эти полурегулярные полки («нового строя») рассматривались преимущественно как наемные, собираемые на время военных действий и распускаемые после их окончания, в связи с чем по завершении Смоленской войны они были распущены и в России. Увольнение излишних офицеров-иноземцев, пересмотр с 1634 г. явно завышенного офицерского жалования, резкое (в некоторых случаях до 10 раз) снижение офицерских окладов с доведением их до умеренных и реалистичных, перевод с 1634 г. офицерского жалования на ставки мирного времени, учитывающие действительную службу (полный оклад — только участвовавшим в военных действиях, занятым в гарнизонной службе — 2/3 полного оклада, не несшим действительной службы — 1/3) способствовали оттоку иноземных офицерских кадров и сокращению полков «нового строя». Не вполне понятно, намерено ли было правительство сохранить их хотя бы как кадровые военные структуры для развертывания полков в будущем (скорее всего, даже здесь не было ясности).

Пожелавшие вернуться в Европу офицеры и солдаты, получив причитающееся им кормовое жалованье, выехали из страны через Новгород и Архангельск. Лишь часть их осталась в России и познее использовались для развертывания полков в 1638 г. при строительстве Белгородской черты.

Третья организация

Набор новых частей закончился к осени 1638 г.; всего на южной границе было собрано 5055 драгун и 8658 солдат. Служба их продолжалась недолго, сезонность пограничной охраны отразилась и на полках нового строя. 1 ноября 1638 г. все солдаты и драгуны были распущены по домам и лишены жалованья. Оружие, коней и «всякую ратную сбрую» они сдали в Туле «дозорщикам».

Во время русско-польской войны 1654—1667 годов полки нового строя стали основной частью вооруженных сил. Солдатские и драгунские полки комплектовались из даточных людей на пожизненную службу. Повинность была общегосударственной — солдата брали со 100, а впоследствии — с 20 — 25 дворов. Ежегодно и ежемесячно им выдавалось денежное и хлебное жалование или надел 12 — 25 четвертей. Рейтары комплектовались не только из даточных, но и из мелкопоместных и беспоместных дворян и детей боярских и за свою службу также получали денежное жалование, а некоторые и поместья. В ходе войны из состава рейтар выделились конные копейщики — гусары. Все они сами снабжали себя в дорогу. Оружие им либо продавалось, либо давалось бесплатно из казны. В мирное время часть полков распускалась. В середине века более 2/3 командного состава составляли иностранцы, однако все они подчинялись русскому воеводе.

Происходили и переформирования полков. Так, например, в 1658 году Белгородский воевода князь Г. Г. Ромодановский получил указ царя Алексея Михайловича

«тульского драгунского строю Аристова полку Фамендина драгунам быть в рейтарском строе»

. Бывшим драгунам было положено жалованье против рейтар, а новообразованная рейтарская шквадрона вошла в состав Большого полка Белгородского воеводы.

В 1650-х годах, столкнувшись с превосходными рейтарами шведского короля, русское войско подверглась значительной реформе. Дворянские сотни переводились в рейтарский строй. Шведский опыт оказался особенно полезен ввиду сходства в качествах русской и шведской конницы: «меринки» русских детей боярских, как и скандинавские лошади шведов, проигрывали чистокровным турецким лошадям польской «гусарии», зато государство имело возможность в избытке снабдить своих рейтар огнестрельным оружием, а их полки — подготовленным офицерским составом.

Новосформированные рейтары сразу выделились в среде русской конницы выучкой и снаряжением, привлекая к себе внимание иноземцев:

«Конница щеголяла множеством чистокровных лошадей и хорошим вооружением. Ратные люди отчетливо исполняли все движения, в точности соблюдая ряды и необходимые размеры шага и поворота. Когда заходило правое крыло, левое стояло на месте в полном порядке, и наоборот. Со стороны, эта стройная масса воинов представляла прекрасное зрелище»

, — писал польский хронист Веспасиан Коховский в 1660 году.

В ходе войны было набрано не менее 100 000 человек; из которых на службе к 1663 году находилось 50 — 60 тысяч человек в 55 солдатских полках; а в мирное время численность сократилась до 25 — 30 тысяч. В 1681 было 33 солдатских (61 000 человек) и 25 драгунских и рейтарских (29 000 человек) полков. В конце XVII века они составляли свыше половины всех войск и в начале XVIII века были использованы для формирования регулярной русской армии.

Гусарские части

Первые гусарские роты в России появились в Смоленскую войну 1632—1634 годов. Комплектовались они первоначально выходцами из Речи Посполитой.

7 января 1634 года по царскому указу была организована сводная шквадрона «гусарсково да… рейтарсково, да… драгунского строю». В 1650 году гусарские роты были развернуты в тысячный полк «гусарского строя» за счет беспоместных «новиков» из детей боярских. Этот набор «худых» и «непожалованных» служилых людей предопределил их главное несоответствие гусарскому стандарту: русский и польско-литовские гусары стали занимать несопоставимое положение в обществе и войске (по имущественному статусу и знатности). Тогда же к полку была придана драгунская шквадрона в 600 драгун, расписанных в 6 рот, которым были выданы 600 «мушкетов драгунских» и 12 протазанов начальным людям шквадроны. Таким образом, общая численность полка была доведена до 1 600 человек, что делало этот полк одним из самых больших в русском войске.

Брандт Ю. «Гусар». Русские гусары были организованы как польские, только на прапорцах (флажках) и доспехах вместо крестов изображался золотой двуглавый орел на белом поле.

Весной 1654 русские гусары, во главе со своим полковником Христофором Рыльским, торжественно выступают из Москвы и через год уже пропадают из документов. Судя по всему, они не оправдали себя и были переведены в рейтарский строй.

В сентябре 1660 года, после поражения под Полонкой, князь Иван Хованский приказал выбрать из каждого рейтарского полка по 100 рядовых для рот «гусарского строя». В гусары отбирались дворяне «служилые по отечеству» и только состоятельные, ни одного городового дворянина в гусары переведено не было. Гусар получал значительное денежное содержание «для его тяжелой гусарской службы». Для подготовки новых гусар был назначен учитель гусарского строя Варфоломей (из поляков или литовцев), который стоял вне чиновной системы.

К марту 1661 года были сформированы три роты гусар, которые возглавляли список первого новгородского полка рейтарского строя. В отличие от польских гусар, в русской гусарской роте не было «товарищей» и «почтовых», командовали ротой ротмистр, поручик и прапорщик («хорунжий»). В отличие от рейтар, у новгородских гусар не имелось капралов и подпрапорщиков, так как они не придерживались линейного строя.

Первое боевое применение гусар состоялось в октябре 1660 года. Тогда Хованский смелым броском вышел в тыл польско-литовской армии за Днепром. Этим он отвлёк на себя лучшую часть её конницы и нарушил равновесие сил, установившееся на реке Басе после боёв Чарнецкого, Сапеги и Паца с войском князя Юрия Долгорукова, литовцы были вынуждены спешно отступить оттуда к Шклову.

К августу 1661 года гусарские роты были развернуты в полк, который из Оружейной палаты получил «гусарские древки» (копья) и доспехи.

Этот полк стал одним из самых образцовых в Новгородском полку. Во время отступления русского войска после поражения под Кушликами именно гусарам Хованский поручил охрану Государева знамени. За 25 вёрст до Полоцка, возле переправы, отступающему войску пришлось принять еще один бой.

В 1662 году этим полком командовал подполковник Никифор Караулов. В полку служили: майор — 1, ротмистров — 4, поручиков — 9, прапорщиков — 2, хорунжих — 3, гусарского строю дворян и детей боярских — 352. Всего 372 человека. К 1662 году полк был увеличен до 405 человек, «гусар новгородцев, тверич, новоторжцев, пскович, лучан, торопчан и пусторжевцев».

Офицер рейтарского полка (прим. кираса была не медной как на картинке,а стальной).

В 1673 году полком командовал полковник Кирилл Нарышкин, дед Петра I. В 1678 году его сменил МихаилТимофеевич Челищев, пожалованный в полковники гусарского строя по именному указу царя Федора Алексеевича. Челищев командовал полком, как минимум, до 1696 года.

Полк принимал участие в Крымских походах князя Василия Голицына в 1687 и 1689 годах. Свой боевой путь гусары этого полка закончили уже в Великую Северную войну. Новгородские гусары входили в состав рейтарских полков Ивана Кокошкина, Михаила Франка и Федора Ушакова из рейтар, копейщиков, гусар и служилых людей сотенной и полковой службы Новгородского разряда. Они сражались в Ингерманландии, у Печерского монастыря и на Ижоре. В конце 1701 года эти полки были расформированы, образовав драгунские части. Последним командиром сводного копейно-рейтарско-гусарского полка был стольник и полковник Яков Челищев. 20 октября 1701 года окольничий и новгородский воевода Пётр Апраксин сформировал Новгородский драгунский полк, в состав которого вошли сотенные гусары, копейщики, рейтары, набранные в Бежецкой, Обонежской и Шелонской пятинах и в городах: Твери, Новом Торжке и Старице». Этим актом закончилась история гусарского полка Новгородского разряда XVII века.

Вооружение

Пикинёры были вооружены пиками — в 1650 — 1660-х годах они закупались в Голландии, а длина ясеневого древка составляла около 4,73 метра. Применялись также полупики. Хотя позднее пикинёры, как класс, были упразднены. Солдаты вооружались как импортными, так и отечественными шпагами. Шпага носились на шпажном ремне (портупее). Кроме того, по старинке они комплектовались бердышами, поскольку это было очень удобное и эффективное оружие. В первой половине века, помимо этого, к оружию полков нового строя относились протазаны и алебарды у командного состава.

Солдаты вооружались пищалями или мушкетами. А с 1660-х годов появляются также гренадеры, метавшие ручные гранаты массой 0,5 — 2 кг.

Драгуны конной и пешей службы были вооружены пищалью или мушкетом, реже — карабином. Они должны были выполнять функции и пехоты, и конницы, но конный бой практически не вели. Из холодного оружия они иногда вооружались шпагой или другим клинковым оружием, а также на их вооружении были драгунские копья, бердыши и даже рогатины. Рейтары были вооружены карабином и двумя пистолетами, а также саблей (реже — шпагой или палашом). Сабли у рейтар, как и у дворян и детей боярских сотенной службы, были свои, а не выдавались из казны. Оружием гусар были кавалерийские пики («гусарские копьеца») и пистолеты.

4 декабря 1659 года в частях, действовавших на территории Украины, были произведены изменения вооружения. В драгунских и солдатских полках вводились бердыши. Царский указ гласил:

«… в салдацских и драгунских во всех полкех у салдатов и драгунов и в стрелецких приказех у стрельцов велел учинить по пике короткой, с копейцы на обеих концах, вместо бердышей, и пики долгие в салдацких полкех и в стрелецких приказех учинить же по рассмотрению; а у остальных салдатех и у стрельцов велел быть шпагам. А бердышей велел учинить в полкех драгунских и салдатских вместо шпаг во всяком полку у 300 человек, а достальным по прежнему в шпагах быть. А в стрелецких приказех бердышей учинить у 200 человек, а достальным быть в шпагах попрежнему».

В 1660 году по указу царя для

«солдатцкого строя полку Миколая Бодмана салдатам на 1000 на 319 человеком» из Пушкарского приказа было выделено 8 «пушечек скорострельных с клинем» на лёгких станках, «да под ними 16 колёс на 2 колеса, по 5 пуд железа… адын станок по 3 пуда…»

Униформа

Униформа солдат мало отличалась от стрелецкой — они носили почти такие же кафтаны из цветной лятчины. В солдатских полках использовались латы, состоящие из кирасы и латной юбки, иногда с ожерельем. Поначалу они импортировались, но вскоре начались производиться и в России. В середине XVII века стоимость таких лат, произведённых на тульско-каширских заводах, составляла 2 рубля, что было относительно немного. Используемые шлемы, отмеченные как «шишаки», — скорее всего, морионы и кабассеты. Однако во второй половине века, когда полки нового строя составляли основу всех вооружённых сил, доспехи в солдатских и драгунских полках не использовались, кроме выборных полков.

Соответственно в коннице также использовались доспехи — рейтарские и гусарские, которые выдавались из казны. В 1640-54 годах в Европе было закуплено более пяти тысяч «лат рейтарских», что позволяло обеспечить полки примерно наполовину. К концу войны с Польшей, когда их производство было налажено на Тульско-Каширских заводах, одоспешенность рейтар возросла. Новгородские рейтары, например, были обеспечены ими полностью: в 1667 во Пскове они сдали в арсенал 1890 шишаков и 2080 лат.

Наиболее дорогим был доспех гусарский. Сохранилось описание полного гусарского доспеха из Оружейной палаты:

«Латы с нарамками и с наколенками, в лице высподи по три доски прикреплены гвоздьми медными репейчатыми, на передней доске орел двоеглавной с коруною, опушкою около всех лат бархат червчатой, прикреплен гвоздми репейчатыми; привяска и обшит червчатым бархатом, в том числе на верхних по плащу железному, в лице исподние привяски пришиваны золотом пряденым, у передней доски две пряжки медных, у задней одна, гвозди все золочены; наручи в лице в длину по четыре дола поперег протерто, у тех наручей по три доски медных, прикреплены на красном бархате гвоздьми медными золочены, рукавицы бархатные червчатые, на них шиты травы пряденым золотом, шапка чешуйчатая вороненая, на ней десять орлов, наушки медные, на них выбиты лошки, по них дол опушен бархатом червчатым, покреплен гвоздми медными репейчатыми, золочен, полка медная, нос железной, в лице наверху репей медный золочен»

. Этот доспех и сейчас хранится в Оружейной палате, но с утратами, общий вес доспеха 28,3 кг. В случае необходимости гусары могли использовать и рейтарские латы. Так, например, поступил князь Хованский в 1661 году, когда он не успел получить гусарские латы. Как писал князь:

«360 лат у меня в полк приняты. Из этого числа отдано гусаром 91 латы, по нужде на время, покамест по Твоему (царскому) указу присланы будут ко мне гусарские латы, а достальные 269 латы отданы в полк полковника Давыда Зыбина рейтарам… А гусарские латы и шишаки ко мне в полк июля по 7 число не бывали, а гусаром без лат и шишаков и без наручней отнюдь нельзя быть»

Некоторые полки нового строя и их численность

Рейтарские полки

Русские рейтары, 17 век.

  • Рейтарский полк Я. Фанрозербаха (фон Розенбаха) (1658) — 1200 чел.
  • Рейтарский полк С. Скорнякова-Писарева (1658) — 600 чел.
  • Рейтарский полк И. Шепелева (1658) — 600 чел.
  • Рейтарский полк А. Г. Фанстробеля (фон Стробеля) (1659) — 1265 чел.
  • Рейтарский полк В. Змеева (1659) — 1272 чел.
  • Рейтарский полк В. Джонстона (1659) — 1000 чел.
  • Рейтарская шквадрона В. Фангалена (фон Галена)
  • Рейтарская шквадрона И. Саса (бывший «тульского драгунского строя Аристова полк»)

— в двух шквадронах на 1659—1091 чел.

Драгунские (конной и пешей службы) полки

  • Драгунский полк В. Фанзейца (фон Зейца) (1658) — 1251 чел.
  • Драгунский полк Р. Корсака (1658) — 1329 чел.
  • Драгунский полк Х. Гундермарка (1658) — 1299 чел.
  • Драгунский полк Я. Фанзагера (фон Зангера) (1658) — 1121 чел.
  • Драгунский полк Х. Юнгмана (1659) — 768 чел.
  • Драгунский полк С. Брыкина (1659) — 1124 чел.
  • Драгунский полк И. Мевса (1659) — 533 чел.
  • Драгунский полк Я. Гевиша-Фенгобена (Гевиша фон Гобена)(1659) — 510 чел.
  • Драгунский полк Я. Ивалта (1659) — 390 чел.

Солдатские полки

  • Белгородский солдатский полк Ф. А. Фанбуковена (фон Буковена)
  • Яблонский солдатский полк Я. Лесли
  • Солдатский полк Я. Краферта
  • Карповский солдатский полк Я. Фанзагера (фон Загера)

— в четырех полках на 1659 — 4298 чел

  • Солдатский полк (усиленного инженерного назначения) Н. Баумана (1659) или «Полк Бодмана» — 1500 чел
  • Усердский солдатский полк Ф. Вормзера (1658) — 1481 чел.;
  • Верхососенский солдатский полк Я. Инвалта (1658) — 1400 чел.
  • Козловский солдатский полк Я. Ронарта (1658) — 1575 чел

Знамёна полков иноземного строя

Каждая рота имела своё знамя. Первые знамёна изготовлялись из шёлковых тканей. Размеры и вид знамени определял ротмистр по своему желанию.

Олеарий описывает встречу Турского посланника в Москве. У встречавших посланника войск было шесть знамён. Одно из белого атласа, в лавровом венке написан двуглавый орёл под тремя коронами с надписью Virtute Supero (Доблестью побеждаю). Три знамени голубых с белым: на одном изображён гриф, на другом улитка, на третьем рука с мечом. Одно знамя из красной камки, на нём написана голова Януса. Одно красное знамя без изображений.

Рейтарские знамёна

Прапорщик отдельной роты капитана Якова Фарбеса. Худ. О. Федоров.

Pнамёна рот рейтарского и копейного строя одинаковые. Каждая рота имела своё знамя. Знамёна изготовлялись из шёлковых разноцветных тканей. Размер стороны знамени — 12 вершков. Знамёна опушались каймой и бахромой. В верхнем левом углу знамени изображался крест с подножием. В середине знамени размещались изображения льва, грифа или зверей. Количество звёзд соответствовало номеру роты. Признаки всегда серебряные. Древки крашеные. Под гротиками повязывались шёлковые шнуры и кисти.

Знамёна рейтарских полковников белого цвета. Обшивались золотой бахромой, признаки и шнуры золотые. В таком виде рейтарские знамёна просуществовали до конца XVII века.

Драгунские знамёна

В драгунских ротах знамёна двух типов: солдатские и драгунские.

В первой половине XVII века драгунские знамёна квадратные, размер стороны от 12 вершков до 1¼ аршина. В центре знамени разцветы — то есть изображения животных. К правой стороне знамени пришивался откос — ткань в форме прямоугольного треугольника. Длина откоса от 1 до 3 аршин. Иногда знамёна имели два откоса.

Полковничье знамя было белого цвета. В них часто нашивался двуглавый орёл. Во время царствования Алексея Михайловича драгунские знамёна были приведены к единому образцу. Знамёна опушались каймой. В центр нашивался крест из угла в угол. К правой стороне пришивалось два хвоста длиной от 2 аршин 12 вершков до 3 аршин. С 1652 года на драгунских знамёнах признаки начинают писать золотом, серебром и красками.Древки были крашеные, чехлы суконные красного цвета. В таком виде драгунские знамёна просуществовали до 24 июля 1700 года.

Солдатские знамёна

В каждом солдатском полку было полковое знамя (полковничье), подполковничье и ротные (по числу рот). Все знамёна изготовлялись по указу полковника из тафты и дорогов разных цветов. Длина знамени 3 аршина, ширина 2½ аршина. В середине знамени нашивался крест. Все знамёна в одном полку одинаковые. Отличалось только полковничье знамя — из тафты белого цвета. Солдатские знамёна никогда не имели каймы. Древки крашеные, знамя прибивалось к древку гвоздями. Чехлы суконные. Во время царствования Алексея Михайловича изменились размеры знамён (длина могла быть от 3 до 4 аршин). В левый верхний угол пришивался 8-ми конечный крест с подножием, количество звёзд означало номер роты в полку. Эти правила строго не соблюдались. В 1668 году появился новый образец солдатских знамён. В середину знамени вшивался круг, в котором размещалось изображение льва, инрога, грифа и т. д. Эти изображения получают название разцвет. Крест остаётся в левом верхнем углу, звёзды размещаются на полях вокруг круга. В конце XVII века на знамёнах встречаются изображения гербов городов.

Значки

Значки (прапорец) — разновидность прапора, личный знак нижних чинов: сержантов, фурьеров, каптенармусов. Значки применялись только в полках Иноземного строя. Изготовлялись в полках, вероятно, единого стандарта не имели. Описания значков в архивах Оружейной палаты встречаются с 1685 года.

>Галерея Добавить фото

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *